Превратятся ли опасные отходы в безоопасные доходы?
Почему об утилизации отходов I-II классов опасности российские власти всерьез задумались только в прошлом году, иначе как тем, что руки не доходили, не объяснить. Эта система отсутствовала десятилетиями. Промышленные предприятия - основные поставщики опасных отходов, решали их проблему как придется: сдавали на переработку, самостоятельно утилизировали или куда-то прятали с глаз долой.
Только в 2019 году Минприроды РФ обратилось к президенту с предложением закрепить полномочия по обращению с чрезвычайно опасными (I класс) и высокоопасными (II класс) отходами за госкорпорацией Росатом.
В итоге федеральным оператором по обращению с опасными отходами стала «дочка» Росатома - РосРАО, до этого занимавшаяся утилизацией радиоктивных отходов. РосРАО же правительственным постановлением были переданы комплексы, занимавшиеся уничтожением химического оружия. В Саратовская, Курганской, Кировской областях и Удмуртии на базе заводов, уже уничтоживших имевшиеся в стране запасы химоружия, и предполагается строить первые комплексы (ПТК) по утилизации опасных отходов.
Что это за опасные отходы, которые собираются утилизировать комплексы, дает понять федеральный классификатор, в котором несколько сотен наименований. К опасным отходам относятся, например, те же лампочки, батарейки и автомобильные аккумуляторы, есть среди них и те, даже контакта с которыми следует опасаться.
Федеральный оператор заявляет, что именно ртуть и свинец-содержащие отходы, а также органические горючие и водные органические отходы и будут утилизировать комплексы. Строить их собираются с запасом, каждый мощностью 50 тыс. тонн отходов в год, утверждая, что утилизацией отходов из-за рубежа и радиоактивных отходов ПТК в четырех регионах заниматься точно не будут.
Но декларациям федерального оператора не особенно верит население городов и поселков, десятилетия живущее рядом с химоружием, а теперь вынужденное мириться с еще одной потенциальной угрозой. И хотя РосРАО заявляет о полной безопасности технологий утилизации отходов, вероятность чрезвычайной ситуации есть всегда.
А серьезное ЧП на таком предприятии может грозить экологической катастрофой. Химоружие в России уничтожали в местах его хранения, и соответственно ПТК по утилизации отходов располагаться будут в том числе вдоль рек, как, например, комплекс в Камбарке (Удмуртия). Не случайно митинги протеста против строительства ПТК в Камбарке проходят не только в Камбарке, но и в Нижнекамске (Башкортостан), расположенном ниже по течению Камы.
Если уничтожением химоружия в непосредственной близости населенных пунктов занимались вынужденно, то утилизировать опасные отходы РосРАО могло бы вдали от населенных пунктов и водоемов. Противники строительства ПТК считают, что все дело в экономии: для РосРАО утилизация отходов - бизнес, государству и федеральному оператору выгоднее использовать имеющуюся базу, а не заниматься строительством с нуля. Но экономия эта, в конечном итоге, на людях: Камбарка, Горный, Щучье и Марадыковский и до того были малопривлекательными для жизни, имеющие такую возможность, уезжали из них куда глаза глядят, лишь бы подальше. Что станет с ними после того, как ПТК начнут принимать и перерабатывать по 50 тыс. тонн отходов в год?
И кстати, а откуда они возьмутся, эти отходы. Понятно, что ПТК проектируются с большим запасом, и все-таки... Противники строительства приводят данные Росприроднадзора, согласно которым в стране образуется в год около 20 тыс. тонн отходов I класса опасности и около 220 тыс. тонн II класса. Сами производители отходов и сторонние компании перерабатывают около 70% отходов I класса и почти все II класса. Непереработанными остаются около 7 тыс. тонн отходов. Что будут перерабатывать аж четыре комплекса, если работающий в Челябинской области завод по утилизации батареек загружен всего на 5%? В аналогичном положении находится и завод по утилизации ртуть-содержащих отходов в Белгородской области.
Этот диссонанс между заявленными мощностями и реальным количеством опасных отходов в стране вызывает у противников строительства ПТК серьезные опасения: уж не зарубежные ли отходы собираются там утилизировать? И хотя в РосРАО официально заявляют, что заграничных отходов на ПТК перерабатывать не станут, верят этому отнюдь не все. Никто не знает и о социальных программах и существенные вложениях в развитие социальной сферы, как это было в прежние времена, когда строили школы, больницы, дороги. Хотя власти регионов, в которых РосРАО намерено строить комплексы по утилизации отходов, смотрят на ПТК с надеждой - это и инвестиции, и рабочие места, и развитие инфраструктуры. К тому же строительство комплексов - часть федерального проекта, но убедить людей в том, что замена химоружия на «заводы смерти», как именуют ПТК противники их строительства, все никак не получается. Митинги в городах и поселках не утихают, к местным противникам строительства то и дело присоединяются активисты всевозможных экологических организаций, и перерастут ли локальные протесты в массовые, никто гарантировать не может.
Такая вероятность есть - панику обычно порождает отсутствие информации, очевидно не хватает специалистов, готовых просто и понятно объяснить людям, что и как будут утилизировать комплексы и почему это безопасно. Мы продолжим следить за темой, в ближайшее время дадим комментарии экспертов и РосРАО.
ИСТОЧНИК KP.RU