Редким изданием пополнилось собрание Сарапульского музея

С редким изданием, посвященным строительству железнодорожного моста через Каму, можно познакомиться в рамках проекта «Путешествие по фондам». Cарапульский музей-заповедник сотрудничает с Геннадием Алексеевым – заместителем начальника отдела по работе с Федеральным собранием РФ ОАО «Российские железные дороги», который занимается изучением истории железной дороги «Казань-Екатеринбург» . Он-то и прислал музею скан редкого издания: книги Н.А. Березкина «Дважды рожденный. Рассказ клепальщика камского моста С. Рыбкина». Она была издана в издательстве «Удмуртия» в 1977 году. В ней изложена история строительства и восстановления железнодорожного моста через Каму около Сарапула. В этом году отмечается 100-летие восстановления моста после взрыва, произведенного в годы Гражданской войны. Вот как описывается самая трагическая страница в истории моста: «О секретном предписании реввоенсовета II армии Восточного фронта по взрыву моста нам, рабочим, не было известно. А поэтому я рассказываю по устным и письменным признаниям И.В. Густа и К.А. Ипатьева. Нас эвакуировалось семьсот человек рабочих. С семьями это составило около двух тысяч человек. Как только мы эвакуировались, два красноармейца-взрывника пригнали к мосту двуколку с взрывчаткой. Комиссия решила обложить взрывчаткой средний пояс пролета. Потом Густ зажег бикфордов шнур, и люди, отбежав и спрятавшись за колонны, замерли. Взрывная волна качнула пролет, но он устоял. Тихо. Наступили сумерки. – Оставим до утра, – предложил Густ. – Авось еще подойдут вагоны с семьями и оборудованием с Буйского моста. 7 апреля, к утру, поезд с Буя не пришел… Чуть слышно доносились отдаленные орудийные залпы. По мосту прошел отряд красноармейцев-удмуртов. «Фронт близок», – сообщили они. Ждать нельзя. На этот раз члены комиссии решили взорвать средний пролет, собранный 10 января 1919 года. Обкладывая взрывчаткой верхний пояс пролета, Густ вспомнил все пережитое с нами: и переправу бронепоезда «Свободная Россия», и рвущиеся гранаты на левом берегу, и пролитую кровь рабочих, и ком подступил к его горлу. Зажигал он бикфордов шнур с таким чувством, «словно дуло на сына поднимал». Взрывная волна подняла пролет в воздух и, медленно зашатавшись и цепляясь за гранитный бык, он упал на лед, не разбив его. Вскоре подошел паровоз с Буйского моста. Семьи рабочих эвакуировали по льду, а три вагона с оборудованием увели в Камбарку. Весть о взрыве моста взволновала нас всех… Был ли взрыв моста ошибкой членов Реввоенсовета С.И. Гусева, В.И. Шорина, П.К. Штеренберга? Конечно, нет. Надо было найти шансы любым путем остановить врага, чтобы выиграть время и для мобилизации и вооружить солдат. Именно этим руководствовались члены Реввенсовета, взрывая мост. Темпы наступления Колчака резко упали, так как парализованный от Сарапула железнодорожный транспорт он вынужден был заменить гужевым – мобилизуя крестьянские подводы. А затяжная дождливая весна размывала дороги так, что лошади с орудиями и боеприпасами утопали по уши в грязи». После освобождения Прикамья от Колчаковских войск первоочередной задачей стало восстановление моста, по сообщению пресс-службы Сарапульского музея-заповедника.Информация не имеет возрастных ограничений.