Зов Трильби: Вертинский и летающая Татьяна на калужской сцене
День театра — праздник исполнительского искусства — тех, кто играет музыку, танцует, произносит текст. И праздник всех тех, кто им помогает: режиссёров, дирижёров, балетмейстеров, костюмеров… Перелистнём воспоминания театральных премьер года.
Без исполнителя даже Моцарт в нотных листах мёртв, нем Чехов на страницах книги. Сочинения должен оживить талантливый артист, расшифровать послания гениев. Артисты ныряют в пучину шедевра и достают оттуда для нас жемчужину смысла.
Открытия года
Это происходит, если артист талантлив и умён. Фёдор Тарасов в филармонии спел «Вечерний звон», будто его вчера написали. Дмитрий Трифонов спектаклем «Вино любви» из цикла «Внеклассная классика» и на сцене Театра кукол, и в зале ИКЦ реинкарнировал романс. Поистине, «рояль был весь раскрыт, и струны в нём дрожали, как и сердца у нас под песнею твоей». Вы снова сможете услышать эту программу 30 марта в Театре кукол.
Ошеломлённый ропот пробежал по залу драмы, когда запела Любовь Казарновская на Фестивале старейших театров России. Мария Селявинская в филармонии дала пригубить зрителям горечь доли Татьяны Лариной в постановке оперы Чайковского.
Публика нынче пёстрая и ищет противоположных впечатлений в Калужской драме, получившей приз Всероссийского конкурса «Звезда театрала». Часть зрителей не приняла «Недоросля» Кирилла Солёнова с феноменальной работой Елизаветы Лапиной, часть – «Онегина» Константина Тришина. Почему Татьяна летает? «Какое, милые, у нас тысячелетье на дворе?» Тарковский в прошлом веке отвечал чиновникам от кино на такое же недоумение: «Она счастлива, потому и летает».
После звёздной гастроли спектакля «Метод Горнхольма» Государственного театра наций партер расходился в гробовом молчании. Задело! Но критики не последовало, так как постановка имеет признанный статус.
Бывает реакция — точно по слову Оскара Уайльда, только цифру поменять: «Ненависть девятнадцатого века к Реализму — это ярость Калибана, увидевшего себя в зеркале. Ненависть девятнадцатого века к Романтизму — это ярость Калибана, не находящего в зеркале своего отражения. Если произведение искусства вызывает споры — значит, в нём есть нечто новое, сложное и значительное».
Космические силы
Искусство обрушивает на нас космические силы. Актриса драмтеатра Ирина Шуркина сказала, что «актёр — профессия эзотерическая. Артист открывает канал энергии, он связывает мир духа и зрителя». Положение артиста двойственно. Его ставят на пьедестал и в то же время разбирают по статям, как скакуна: «Ох, он располнел. Фу, волосы поредели». Артист для публики — и полубог, и собственность.
Ещё больше требований, если актёр играет героев. Посмотрев сериал «Доктор Хаус», тысячи мальчиков и девочек по всему свету стали врачами. Но все понимают, что актёр Хью Лори никого не вылечит. Когда же публика видит артиста в роли Дон Кихота, от него лично требуют такой же чистоты и доблести. Ведь без порядочности нет культуры.
Мы беседовали с Валерием Кирилловым, актёром и режиссёром, педагогом, народным артистом России, художественным руководителем Российского театра драмы имени Фёдора Волкова. Он сказал: «Театр – это единственное живое искусство. Театр – смыслообразующее место для любого города.
Чудо и притягательность русского психологического театра в том, что он вызывает сопереживание зрителя. Но мы ни в коем случае не должны идти на поводу у зрительской реакции. Миссия театра – воспитание, просвещение».
Роман «Трильби» описывает артистку. «Она пела, как напевает ребёнок. Но голос её был таким сильным и при этом таким мягким, чистым, что, казалось, он раздаётся отовсюду: интонации были математически точными; чувствовалось, что слух её не только безошибочен, но непогрешим, а неповторимое, непонятное, неотразимое очарование её тембра!»
Калужская публика не раз чувствовала: «Если бы Трильби, раскрыв белоснежные крылья, грациозно вспорхнула под купол и села на люстру, она не могла бы произвести более ошеломляющего впечатления, чем то, которое произвела своим пением. Что-то растаяло в душе. Половина зрителей плакала, но то были слёзы восторга и душевного умиления!»
Душ для души
Эти слёзы вымывают из наших глаз осколки злого, лживого зеркала троллей из сказки Андерсена «Снежная королева». То же случилось со зрителями на «Сказке с оркестром» в Доме музыки, когда музыканты во главе с дирижёром Александром Левиным сопровождали Маленького принца, Дмитрия Трифонова, в странствии по звёздам.
Что ж, только плакать от искусства? Нет, смех — тоже очистительная стихия, язвит пороки. На том же «Маленьком принце» публика смеялась над шаржами «странных взрослых», которых Трифонов представил, подобно Аркадию Райкину. А уж на «Недоросле» в драмтеатре зрители просто покатывались от хохота.
Комедия «12 стульев», вошедшая в число трёхсот лучших спектаклей России, постановка «золотомасочника» Петра Васильева с тем же Трифоновым и Романом Сухоруковым в Театре кукол поразила актуальностью.
Искусство бесполезно? «Ни съесть, ни выпить, ни поцеловать». Вернее, поцеловать можно, но удовольствие от этого самое банальное. Ведь розы не едят! Искусство будит жажду небесного отечества — творчества. И до конца она неутолима. «Сложишь песню — отпустит, а дальше — пуще». Чем ответить на зов Трильби? Каждый свой день сделать актом созидания. Спасибо театру за крылья!