Череп из принтера
Этим материалом мы открываем цикл статей об уникальных операциях не только для региона, но и для всей России. А выполняют их калужские хирурги, порой в корне меняя жизнь пациентов.
Падение, ДТП или болезнь — способов получить «пробоину» в черепе множество. А каково жить с дырой в голове? Постоянно беречься, с утроенной силой ощущать погодные перепады давления и массу других осложнений. Однако калужские нейрохирурги настолько успешно научились решать такие проблемы, что едут к ним со всех уголков страны на краниопластику.
В августе специалисты областной клинической больницы за один день провели сразу две операции по исправлению деформации костей черепа у разных пациентов. Уникальность выполненного хирургического вмешательства в том, что у обоих больных отсутствующие части костей были неровной формы с рваными краями. Будь «пробоины» ровными, хирурги могли бы использовать специальные титановые пластины, которым можно придать нужную форму и размер непосредственно в операционной. Для этих же пациентов потребовалось заказывать костные заменители из специальных полимеров, что требует особенной подготовки.
При помощи компьютерного и магнитно-резонансного томографов были выполнены 3D-модели травмы в мельчайшей детализации. Далее эти реконструкции направились в Нижний Новгород. Именно там находится отечественное предприятие, изготавливающее под заказ недостающие кости… на принтере.
«На каждом этапе изготовления индивидуальной пластины мы напрямую контактируем с производителем. Материал, крепление, особенности. Все обсуждается», — отмечает заведующий отделением нейрохирургии Иван Гладков.
Да-да, полностью российское производство от заменителей костей до специального клея. И это еще одна особенность этих операций — благодаря собственному изготовлению необходимых материалов весь процесс занимает около двух — трех недель. При этом создается не только сам костный протез, который индивидуален, но и та часть черепа, к которой он будет крепиться. Это позволяет нейрохирургам еще до оперативного вмешательства примерить, посмотреть, как «сядет» протез на поврежденную часть черепа, как выглядят края разломов. А дальше — дело техники. Точнее, нейрохирургов.
Анализы, подготовка, планирование хода операции и день Х. Больного завозят в операционную, подключают кардиомонитор и вводят наркоз. Для него сон, пусть и медикаментозный, а для врача начинается самая сложная работа. За несколько лет жизни без части черепа мозговые оболочки пациента срослись в этом месте с мышцами и прочими тканями. Все это послойно и очень осторожно отделить, а также освободить края перелома занимает много времени — львиную долю всего оперативного вмешательства. Установка же импланта — дело пары минут. Крепится он либо специальными фиксами, либо клеем. После установки композитной пластины на место рана ушивается, и череп снова обретает природную форму. Еще одной уникальной особенностью подобной краниопластики является отсутствие противопоказаний для последующих процедур томографии. Не звенит пластина и на рамках металлодетекторов.
Постоперационный период в большинстве случаев не занимает и недели.
«Смотришь на следующий день, а пациент уже ушел куда-то на улицу погулять без спроса. Ругаешь, конечно, а на душе радостно — значит, все прошло по плану, все хорошо», — смеется нейрохирург.
Сами хирурги Калужской областной больницы подобные операции для себя считают уже практически рядовыми. Об этом говорит и то, что они готовы проводить их по паре в день. При помощи краниопластики они не просто устраняют косметические дефекты, а провалы в голове действительно выглядят устрашающе, но и меняют к лучшему жизнь самих пациентов. Так, один из них до травмы, полученной в результате пулевого ранения, был преступником, в чем сам и признается. Побывав на грани смерти, он поменял свою жизнь на 180 градусов. Сказались и ранение, полученное несколько лет назад, и пребывание в коме после того, как его спасли врачи, и последующая беспомощность. Сергей после рокового выстрела, как он рассказывает, не мог ходить, говорить, никого не узнавал. И повлияли на него слова именно врачей.
«Занимайся собой», — сказала мне реабилитолог. Она довольно резко, но очень уважительно говорила об этом. Не просила, не уговаривала, но видно было, что переживала», — вспоминает пациент.
Постепенно физические занятия, обучение чтению и письму, каким-то бытовым навыкам с нуля вошли в привычку. Со временем они дали свои плоды, но в то же время бывший преступник обратился к религии. Спустя пару лет после травмы он продолжает служить в церкви. А реконструкция черепа дала ему возможность жить без головных болей.
Еще один бесспорный плюс подобного вмешательства в организм человека — отсутствие долгосрочных последствий, требующих реабилитации. Все, что необходимо пациенту после краниопластики, — периодическое наблюдение в поликлинике по месту жительства.
«Они могут прийти к нам, если что-то беспокоит, но, как правило, такой необходимости не возникает», — делится наблюдениями Иван Гладков.
Оба пациента, прооперированных в один день, выписались спустя пять дней после одного из сложнейших хирургических вмешательств. Оба получили возможность избавиться от головных болей, сопутствующих отсутствию части черепа, а также шанс не бояться малейших механических воздействий на незащищенную костью часть мозга. Калужские же нейрохирурги положили в свою копилку опыта еще пару уникальных случаев, с которыми справились с честью.
Фото Андрея ХОРОШАВИНА.