Маруся Климова: «Мне нужен мужчина, который скажет: «Да, я хочу семью»

Откровенное интервью звезды сериала «Аль Капотня».

«Я не готова была больше терять время в таких отношениях. Конечно, я не робот, мне тяжело. Это было непростым решением. Ведь мы не скандалили, не ругались… Но что делать, насильно мил не будешь», — рассказала актриса Маруся Климова.

— Маруся, в последнее время вы чаще бываете в Ярославле, чем в Москве. Что вы там делаете?

— Снимаюсь в детективном проекте «Напарники» для НТВ, это 20-серийная история про сотрудников полиции. Брать в руки пистолет и надевать форму на съемочной площадке мне приходится не в первый раз, и, честно говоря, в какой-то момент я даже устала от этих образов. Хотя было время, когда я, бывший оперативник, никак не могла получить роль сотрудника МВД. Вот, например, меня не взяли в сериал «Девушки с Макаровым». А ведь кто, если не я, на самом деле знает, как все это устроено изнутри? Однажды мне эта история надоела, и я решила: «Все, больше не буду об этом мечтать, даже на пробы не стану ходить на роли полицейских». И когда я отпустила ситуацию, посыпались именно такие предложения. Летом мы снимали «Аль-капотню» для «Пятницы!», а вот сейчас заканчиваем «Напарников». Гештальт закрылся.

— Так фильмам, где вы играете сотрудницу полиции, можно верить, там все правдоподобно?

— Есть нюансы. Например, в «Напарниках» я играю стажера, а на самом деле стажеров-полицейских просто не существует. Человек с улицы не может устроиться туда, где работает моя героиня, ни по чьему приказу. Я сама окончила институт МВД и была прикреплена к оперативно-разыскному отделу. На площадке я, конечно, могу повозмущаться: мол, ребят, так не бывает. Но смысла в этом нет. Все равно будет снято так, как прописано в сценарии. Больше всего на правду похоже то, что показывают в «Аль-капотне», которая сейчас идет в эфире. Кстати, ее снимали в настоящем отделении полиции. Спасибо Илье Куликову — он действительно много понимает в системе МВД. И, насколько мне известно, сценаристы тоже имели к ней отношение. В сценарии есть логика и знание истории изнутри, он написан грамотно. Как и, например, «Полицейский с Рублевки». Да, понятно, что герой Сергея Бурунова — Володя Яковлев — сумасшедший, курит дурь прямо на службе, а такого в принципе не бывает. Но в целом работа полиции показана верно. И «Аль-капотня» отличается тем же самым. Это история про отдел по делам несовершеннолетних — довольно светлая, хотя она и про жесткие ситуации.

— А как вышло, что вы оставили работу в полиции в Хабаровске и поехали в Москву поступать на вечернее отделение Щукинского училища? Полиция оказалась не для вас, вам там не нравилось?

— Наверное, я сделала все, что смог­ла, но в какой-то момент поняла, что не могу больше смотреть на трупы и гонять бомжей. И отправилась покорять Москву — страсть к сцене у меня была с детства. В столице все началось с модельных конкурсов. Участвовала даже в третьем сезоне шоу «Топ-модель по-русски», но меня оттуда быстро слили. Я была такая наивная, на вопросы «как ты находишь общий язык с девочками?» отвечала что-то вроде «замечательно, все такие хорошие»! А надо было плести интриги, участвовать в скандалах, лезть в драку. Помню, я ревела так, что со мной не могли даже записать нормально интервью. Потом потихоньку стала работать моделью: на презентациях, выставках, была и мимом — что только не делала! Так провела год. Мама спрашивала меня, не хочу ли я вернуться в полицию. А я уже насмотрелась на бесконечные разборки, мордобой и насилие, и точно знала: куда угодно, только не в полицию. Позже я поступила на вечернее отделение «Щуки», вскоре начались первые интересные предложения в кино, и наконец, к счастью, их много.

— Теперь вы окончательно сделались москвичкой, купили квартиру в Москве. Кстати, поздравляю, это большое дело!

— Спасибо! Это семейная квартира, в которой буду жить я, а еще, надеюсь, моя мама и сестра, если она захочет вернуться в Россию из Китая, где сейчас работает. Ну а мама вот-вот переберется из Хабаровска в Москву, хотя она и не очень хочет. Но так будет правильно и всем удобнее. Дело в том, что мама собирается уехать за границу, ее бойфренд живет в Нидерландах. А там сейчас карантин, поэтому они временно не могут уладить формальности. Держать квартиру в Хабаровске — неразумно, там у нас никого не осталось, жилье бы просто пустовало. А продав его и вложив деньги в квартиру в Москве, мама получит возможность приехать и жить в любой момент. Но первое время я окажусь в квартире в гордом одиночестве (не считая котов), и ремонт я тоже делаю за свои кровные. Я рассталась со своим мужчиной, и, честно говоря, хочется скорее доделать ремонт и переехать. Сейчас я практически каждый день в Ярославле, а все мои вещи и любимые коты — у него в Москве. Мне пока просто некуда их перевезти. Эта история тянется с декабря прошлого года, когда мы окончательно решили расстаться. Он думал, что мой ремонт закончится в январе, а сейчас конец марта, и переехать я до сих пор не могу, в моей квартире пока нет ни сантехники, ни воды. Мне периодически намекают, что пора бы забрать и вещи, и котов, но пока все так…

— Жалеете о том, что длинная история отношений закончилась?

— Да, наверное, жалею. Если бы мой молодой человек хотел семью, детей, я бы не ушла. Но мы были вместе восемь лет, а такого желания у него так и не возникло.

— Восемь лет — немалый срок!

— Согласна. Мы расставались на полгода, потом я снова вернулась. Думала, что он все-таки передумает насчет детей. Не передумал. А я не готова была больше терять время в таких отношениях. Конечно, я не робот, мне тяжело. Это было непростым решением. Ведь мы не скандалили, не ругались. Он очень важный человек в моей жизни, мы с ним как друзья, как брат с сестрой. Наверное, в Москве у меня нет человека ближе. Но что делать, насильно мил не будешь. Мне очень сложно быть одной, не выношу одиночества. Может, жизнь таким образом мудро распорядилась, дала возможность понять саму себя. И это необходимое испытание, шаг, который нужно сделать, чтобы в конце концов встретить своего мужчину. Ведь если есть у тебя запрос, в космосе его услышат, и рядом окажется человек, который твой пазл дополнит. Тогда все и сложится. А с моим бывшим мужчиной пазл не сошелся. Он не готов еще. Может, никогда не будет готов, а может, не со мной. Мы повзрослели и оказались на разных жизненных этапах. Сейчас мне нужен человек, который бы сказал: «Да, я хочу семью». Надеюсь, что такие мужики еще существуют. Но, выйдя из долгих отношений, я точно понимаю, что не добьюсь своей цели — семьи — одними только упорством, талантом и ежедневным трудом. Это же не работа, тут другие законы, все должно произойти само… И от того, что я не могу повлиять на дальнейшее развитие событий, становится немного страшновато.

— То есть восемь лет назад вы иначе смотрели на вещи и о настоящей семье еще не мечтали?

— Любому человеку в первую очередь важна безопасность. Когда я только переехала в Москву, сначала скиталась по вокзалам, по друзьям. А потом появился тот, кого сегодня я называю своим бывшим. И мы стали жить вместе — скажем так, на его условиях. Я всегда знала, что он может выгна­ть меня в любой момент, когда ему захочется. Помалкивала в тряпочку и старалась ни при каких обстоя­тельствах не обострять отношения, потому что понимала: мне просто некуда будет пойти. В Москве у меня нет ни одного родственника. Ближайшие — в Калуге, но это не вариант, все-таки три часа езды. Снимать квартиру возможности тоже не было, потому что я не зарабатывала так, как сейчас, чтобы поз­волить себе существовать самостоятельно. Конечно, мне всегда хотелось свою квартиру, я старалась понемногу копить, как могла, и вот сейчас наконец все получилось. Я пока сама до конца не могу поверить. Все-таки я постоянно в Ярославле, а в квартире идет ремонт, и я прихожу туда, как в гости… Какое-то время ремонт делали рабочие из Средней Азии, там же и жили. Они оказались запойными, вышла неприятная история…

— Что за история?

— Эта бригада досталась мне от подружки, моей однокурсницы, которая тоже делала ремонт. Справедливости ради надо сказать, она предупреждала, что они пьют, но я не думала, что настолько. Решила: ладно, хороших ремонтников днем с огнем не сыщешь, и непонятно, как их выбирать, так пусть будут эти. И уехала на съемки, пока они работали в моей квартире. Потом у меня была единственная свободная дата в съемочном графике, и мы назначили встречу. Бригада должна была отчитаться за проделанную работу, получить от меня деньги и съехать. Но оказалось, что многое сделано плохо, некачественно. Они сказали: «Да, да, доделаем, завтра будет готово». Я попросила друзей, чтобы те приехали, приняли работу и рассчитались с бригадой. Но это все затянулось еще дней на десять. Потому что выяснилось, что рабочие ушли в жесткий запой, буянили, кидались на моих бедных друзей, в общем, треш. В моей почти уже отремонтированной квартире был устроен притон. Пришлось попросить группу товарищей, чтобы они пришли и физически выставили рабочих. После чего я решила: теперь все по ремонту буду контролировать сама.

— Но это же уметь надо. У вас не было человека, который руководил бы работами?

— Если бы я не делала это сама, никто бы не сделал. А раз мне негде сейчас жить, то вариантов нет: нужно быстро заканчивать ремонт. Не могу сказать, что мне в кайф заниматься такими вещами, я это все ненавижу. Зато сколько всего я знаю теперь! Например, что такое пазогребневые блоки, пустотелые нужны или полнотелые, какую стяжку, какой пескобетон нужно купить, как лучше провести отопительную разводку. Я была вынуждена всему этому научиться. Конечно, помогала дизайнер, которая до этого делала ремонт в квартире моего бывшего мужчины, где мы и жили. Мы с этой девушкой в хороших отношениях. Она в какой-то момент свой план выполнила и могла бы самоустраниться от проекта, но продолжает мне помогать. Договаривается насчет мебели и ванны, выбивает какие-то скидки, за что большое ей спасибо. Для меня необходимость выбора, чего бы он ни касался, мучительна. Право выбора мне лучше не предоставлять. Даже с блюдом в меню в ресторане мне трудно определиться, и я обычно прошу о помощи человека, который находится рядом. Такой уж у меня характер. А ремонт — это же постоянный выбор, который надо делать бесконечное количество раз. Сейчас в моей бетонной коробке уже есть пол, потолок, стены. Проведена почти вся электрика, не хватает каких-то розеток, лампочек, но это мелочи. Скоро это все будет доделано, и я заживу, наконец, в свое удовольствие.

— А кстати, что вообще в жизни приносит вам удовольствие?

— Сон. Это мое любимое времяпровождение, я сплю при любой возможности. Наверное, это не очень правильно, потому что жизнь ведь состоит из действий. Но мне все время кажется, что надо урвать еще часок для сна. И я хожу такая вся недовольная, если не высплюсь. Иногда я только встаю и сразу же начинаю высчитывать, когда смогу снова прилечь. Ну и конечно, огромное удовольствие приносит работа. То, чем я занимаюсь, — это истинный кайф! Надеюсь, актерская профессия не надоест мне никогда. Только подумайте, как это круто — хобби, любимое дело, за которое тебе еще и платят. Признаюсь, душа моя иногда требует рисовать картины или организовать собственный бизнес. Но не сейчас. Пока большое счастье — сниматься в кино. Для этого я прошла долгий путь, и мне понадобилась определенная смелость. Не знаю, о чем бы я думала, если бы до сих пор работала в отделе полиции. Может, была бы преподавателем в институте МВД… Моя жизнь в любом случае сложилась бы по-другому.

— Маруся, а вы слушаете советы близких, когда речь идет не о выборе блюда в меню, а о личной жизни?

— Если бы я слушала советы, никогда бы не делала то, что я делаю. В детстве и юности, конечно, я слушала родителей и подчинялась. Но потом внутренний бунт взял свое, и я вообще перестала ориентироваться на чужое мнение. Бывало всякое, родственники подъедали мне мозг на тему «хотим внуков, зайку и лужайку». Говорили, что мои одноклассницы уже по третьему ребенку родили. Но мне было все равно. Иметь настоящую семью захотелось только в последний год. Видимо, у этого биологического существа — Маши Климовой — пришло подходящее для таких мыслей время. Я хочу всего того, о чем говорю, не потому, что общество навязывает. А только потому, что действительно мечтаю растить детей. У меня есть подружка, нам было по 19 лет, мы учились в институте. Гуляли, ходили по барам, хихикали, знакомились с мальчиками на улице. И в какой-то момент она говорит: «Все, я хочу детей». Я спросила, не сошла ли она с ума. «Нет, хочу, и все». Через полгода после этого разговора мы в очередной раз пошли гулять, познакомились с двумя парнями, и вскоре она вышла замуж. Сейчас они живут в Оренбурге, купили дом с участком, у них сад, огород, животные. А еще четверо детей и полная идиллия. Подруга работает учительницей русского и литературы в школе. Она абсолютно адекватная, но тогда ей приспичило, тумб­лер какой-то переключился в голове.

— Получается, сейчас он переключился и у вас?

— Наверное. Хотя возникает ощущение, что не бывает хорошо во всем: либо на работе все круто, либо в отношениях. У меня пока первый вариант. Но, может, все сложится и там и там.

— Ваша мечта сыграть героиню в погонах сбылась, и не раз. А о какой роли теперь мечтаете?

— О главной. Даже в «Аль-капотне», где у меня одна из главных ролей, нас все-таки трое, у нас ансамбль, и нельзя сказать, что это я «тащу» проект. Надеюсь, когда-нибудь я сыграю героиню, которая будет в самом центре сюжета. Вот как в «Ольге». Или в «Обычной женщине»: там снималось много прекрасных актеров, но все внимание — к Анне Михалковой. Мне бы тоже хотелось пережить такой опыт, и для этого надо круглые сутки работать. Что я и делаю. Поверьте, несколько раз в неделю переезжать из Москвы в Ярославль и обратно, как сейчас, — это очень утомительно. Но я никогда не пожалуюсь на загруженный график, скорее для меня страшно безделье, вот от него я умираю. Если нет работы, сразу мир рушится, начинается депрессия, в такие моменты я думаю, что жизнь — там, где меня нет. Чем меньше у меня работы, тем меньше энергии. Тогда я могу сутками спать. Встаю, чтобы выпить чая или бокал сухого вина, и снова ложусь. Не могу сказать, что нравлюсь себе в таком состоянии. Уж лучше бесконечные поезда и я, невыспавшаяся, но счастливая, на съемках в другом городе в шесть утра. Вот мама — совсем другой человек.

Когда были простои с работой, она говорила: «Иди запишись на курсы, получи очередное образование». Она так умеет, а я — нет. Недавно я стала маме жаловаться: встаю в шесть утра, режиссер ругает, партнер такой-сякой, устала я… На что она справедливо заметила: «Когда у тебя полгода назад не было работы, ты мне весь мозг вынес­ла!» И я подумала: правда, чего это я… Примерно год назад я жаловалась подруге, актрисе Ане Котовой-Дерябиной, с которой мы снимались в «Мылодраме», на то, что ничего у меня в жизни не происходит, на премии не зовут. А у нее и красные дорожки, и фотосессии, и интервью на радио. Она тогда сказала: «Какая же ты неблагодарная, как можно постоянно ныть?» И заказала в интернет-магазине для меня специальный дневник, называется «6 минут». Крутая вещь! Примерно четверть книжки — введение, а остальные страницы занимает дневник. Нужно утром и вечером задавать себе по три вопроса и сразу отвечать. Я не очень доверяю мозгоправам, которые издают бестселлеры в стиле «Как заработать миллион за неделю». А эта книжка действительно помогает. Я записываю только положительное: что хорошего произошло за день, кому и за что я благодарна, что буду делать завтра. Настраиваю себя на то, что позитива в моей жизни гораздо больше, чем негатива.

— Странно, вы производите впечатление веселой, даже беззаботной девушки, а оказывается, вам надо еще настроить себя на позитив…

— Это кажется, что я веселая, а на самом деле я довольно унылый человек. Только учусь видеть во всем хорошее и благодарить. Например, позавчера я написала в дневнике: «Жаловаться мне не на что, скоро приедет мама и поможет мне с ремонтом» и «У меня идет ремонт, и скоро я перееду». Пожалуй, именно переезд сейчас занимает все мои мысли.

Статьи по теме:

• Маруся Климова: «Я стреляю в «десятку» и владею приемами самбо»