Тайна двух Перельманов
В современной истории есть два крайне значительных для науки Перельмана.
Один — наш современник Григорий Яковлевич Перельман — российский математик, доказавший гипотезу Пуанкаре и возмутивший общественность отказом получать «Премию тысячелетия». Другой – Яков Исидорович Перельман – популяризатор науки, писатель, журналист и автор термина «научно-фантастическая» литература.
КСТАТИ, ИМЕННО ЯКОВ ПЕРЕЛЬМАН ПРЕДЛОЖИЛ СЕЗОННО ПЕРЕВОДИТЬ СТРЕЛКИ ЧАСОВ, ЧТОБЫ ЭКОНОМИТЬ ЭНЕРГИЮ
Несмотря на парадоксальное совпадение имён, Перельманы не являются родственниками. Яков Перельман скончался за 20 лет до появления на свет Григория Яковлевича.
Хотя, вероятнее всего, ваше знакомство с ним состоялось несколько десятков лет назад. Ведь имя Перельмана было известно каждому старшекласснику, учившемуся некогда в советской школе. «Занимательная физика» помогла не одному поколению школьников заниматься этой наукой с большим удовольствием и даже с огоньком. И не исключено, что Григорий Перельман тоже вдохновился в свое время работами своего тёзки.
Страсть к познанию, воспитанная с детства
Яша Перельман родился в 1882 году в продвинутой, как бы мы сейчас сказали, но бедной семье. Мать одна воспитывала четверых детей, отец скончался, когда Яше был год. Надо отдать должное матери Якова – учительнице младших классов, за ее неутомимое желание привить детям любовь к познанию. Кстати, брат Якова Перельмана прославился как драматург – он писал под псевдонимом Осип Дымов.
Благодаря усилиям мамы или же от природной склонности к познанию Яков Перельман действительно учился легко и с удовольствием, поэтому трудно подтвердить или опровергнуть факт, что ему повезло с педагогами. Тому, кто учится страстно, везёт всегда, не правда ли?
В 1899 году, как это принято у человечества накануне смены веков, все ожидали конца света. Студенту реального училища Перельману было 17 лет. В ответ на всеобщую панику Яков опубликовал в газете очерк «По поводу ожидаемого огненного дождя», где дал простое и понятное научное разъяснение разным пугающим физическим процессам и явлениям. Статья имела общественный резонанс. Якова заметили, и он довольно легко поступил в Лесной институт в Петербурге – одно из самых передовых учебных заведений того времени.
500 статей и «Мир приключений»
Попав в серьёзные научные круги и пообщавшись со светилами науки, Яков стал не только понимать довольно сложные вещи, но и смог дать им доступные трактовки. Его очерки в журналах были написаны так легко и понятно, что пользовались огромной популярностью. Сначала статьи были посвящены астрономии, но потом появились математические и физические исследования. Перельман, одержимый идеей космонавтики, выступил в журнале «Природа и люди», с которым сотрудничал, с инициативой напечатать некоторые работы Циолковского.
Вся эта история привела к тому, что к окончанию института в 1908 году Перельман чувствовал себя не специалистом по лесному делу, а журналистом. Несмотря на то, что официальная специальность Перельмана звучала как «ученый лесовод 1 разряда», именно страсть к журналистике решила дальнейшую судьбу Якова Исидоровича.
В 1913 году была опубликована первая часть книги Перельмана «“Занимательная физика», которая имела бешеный успех у читателей. Молодого журналиста признали и в ученом мире. Один из светил науки того времени так отозвался об авторе:
«ЛЕСОВОДОВ-УЧЕНЫХ У НАС ПРЕДОСТАТОЧНО, А ВОТ ЛЮДЕЙ, КОТОРЫЕ УМЕЛИ БЫ ТАК ПИСАТЬ О ФИЗИКЕ, НЕТ ВОВСЕ».
За 17 лет работы в «Природе и людях» Перельман напечатал более 500 статей. Благодаря ему появилось приложение «Мир приключений», где печатались рассказы Герберта Уэллса, Артура Конан-Дойля, Эдгара По. После революции журнал перестал существовать. Но с Уэллсом Перельман всё же встретился – писатель приезжал в СССР в 1934 году.
Заглядывая далеко вперед, Перельман рассказывал о пребывании космонавтов на Луне и Марсе: «В особых непроницаемых костюмах, вроде водолазных, будущие Колумбы Вселенной, высадившись на планету, рискнут выйти из небесного корабля. С запасом кислорода в металлическом ранце за плечами они смогут бродить по почве неведомого мира, вести научные наблюдения, изучать его природу». Путешествия по Луне или Марсу, предсказывал Перельман, будут совершаться в специальных «автомобилях, привезённых с собой».
А ведь так и происходило на самом деле, когда земляне опустились на поверхность Луны. И скафандры были на космонавтах («костюмы, вроде водолазных»), и лунные автомобили они имели в своём распоряжении.
В один из летних дней 1915 г. из Петрограда в Калугу пришёл пакет. По его фирменной надписи «Издательство П.П.Сойкина» Циолковский сразу понял, что это — от Перельмана.
Действительно, в пакете находилась его новая книга «Межпланетные путешествия», первая в мире общедоступная книжка о космонавтике. На титульном листе учёный прочитал дарственную надпись: «Инициатору этой книги, глубокоуважаемому Константину Эдуардовичу Циолковскому от автора. 1915.14.VII. Я. Перельман».
Было большим достижением издать такую книгу в военное время. Она имела успех и увлекла многих. Прочитав её, сотни людей поверили в реальность предстоящих космических полётов.
Прошло всего четыре года, и потребовалось новое издание «Межпланетных путешествий». Но второй раз книга вышла уже при новой власти, в 1919 г. В Петрограде — голод холод, разруха. И в этих условиях работники типографии, что находилась на Измайловском проспекте, коченеющими от мороза пальцами набирали книжку о звездоплавании. Факт удивительный!
Дом занимательных наук
После революции журналиста не оставляла идея научно-популярного журнала. В 1919 году увидел свет первый номер «В мастерской природы», с которым впоследствии сотрудничали генераторы мысли начала прошлого века, от Дзержинского до Циолковского.
Известно, что страстно увлечённый фантастикой учёный написал дополнительную главу к роману Жюля Верна «Из пушки на Луну», которой дал название «научно-фантастическая».
ДО ЭТОГО РОМАНЫ БЫЛИ ЛИБО НАУЧНЫМИ, ЛИБО ФАНТАСТИЧЕСКИМИ, ПОЭТОМУ ИМЕННО ПЕРЕЛЬМАН СТАЛ АВТОРОМ ПОНЯТИЯ «НАУЧНАЯ ФАНТАСТИКА».
В двадцатых годах Яков Перельман работал в «Науке и технике», «Педагогической мысли», «Красной газете», в издательстве «Молодая гвардия». Вслед за «Занимательной физикой» была опубликована «Занимательная арифметика», «Занимательная алгебра», «Занимательная астрономия», «Занимательная геометрия», «Занимательная механика».
Интересно, что общий тираж перельмановских книг, изданных только в нашей стране, — более тринадцати миллионов экземпляров! Цифра эта намного возрастёт, если учесть и зарубежные издания — в европейских странах, Египте, Японии, Китае.
В начале тридцатых годов Яков Исидорович был членом президиума Ленинградской группы изучения реактивного движения, в числе прочего он занимался разработкой первой советской противоградовой ракеты.
15 октября 1935 года стало важной датой в судьбе Перельмана. В этот день благодаря его инициативе и хлопотам был открыт ленинградский Дом занимательных наук — прототип современных музеев занимательной науки.
Когда началась война, Яков Перельман нашел новое приложение своему таланту. Он разрабатывал темы, касающиеся экстремальных ситуаций, ориентирования и физических аспектов военных действий и с энтузиазмом читал лекции солдатам и матросам.
Накануне Великой Отечественной войны Яков Исидорович закончил подготовку новых изданий «Занимательной физики» и «Межпланетных путешествий». Война перечеркнула всё. Перельману шёл 60-й год. Эвакуироваться из Ленинграда он и его жена отказались. Анна Давидовна, врач но специальности, начала работать в госпитале. Яков Исидорович читал лекции на военных курсах. Когда в блокадном Ленинграде остановились трамваи, он вынужден был ходить на лекции пешком через весь город.
Силы таяли. В середине января 1942 г. от истощения умерла Анна Давидовна. Яков Исидорович остался один в заледенелой квартире. Стёкла к окнах были выбиты, а пустые рамы — завешены одеялами;
Настал день, когда писатель уже не смог подняться с постели. Он скончался 16 марта 1942 г. Так мученически завершилась жизнь выдающегося популяризатора науки, приобщившего к знаниям миллионы людей, И до него и после писались научно-популярные книги. Популярные, но, увы, не занимательные.
Перельман обладал редким даром удивляться и удивлять других. Вот почему его книгам было суждено такое поразительное долголетие.