Игра у престола: Валерия Гергиева наградили в императорском зале

Валерий Гергиев получил премию в главном тронном зале Российской империи, продирижировал шестичасовой оперой Вагнера и в который раз отказался комментировать слухи о своем назначении на пост руководителя Большого театра (но заметил, что ничего не скажет «пока»). Главным героем финального дня Санкт-Петербургского форума объединенных культур ожидаемо стал худрук Мариинки. И хотя деловая программа завершилась еще накануне, художественно-церемониальный «постскриптум» получился по-своему примечательным.

«Ничего не скажу. Пока»

Новость о том, что Гергиев, а вместе с ним худрук балета Михайловского театра Начо Дуато станут первыми лауреатами только что учрежденной Эрмитажной премии, появилась еще до форума. Интрига, однако, была в другом: во-первых, как будет построена сама церемония, и во-вторых, не скажет ли глава Мариинки что-нибудь о своих московских планах.

Мероприятие было срежиссировано с царским размахом. Местом проведения стал Георгиевский (Большой тронный) зал Зимнего дворца. Именно в нем проходили самые важные церемонии Российской империи. И это обстоятельство несколько раз подчеркнули в своих речах директор Эрмитажа Михаил Пиотровский, вице-премьер Татьяна Голикова и губернатор Санкт-Петербурга Александр Беглов.

Необычным оказался сигнал к старту церемонии: военный оркестр начал играть после того, как раздался залп из пушки Петропавловской крепости. Гергиев, принимая награду, пошутил, что никогда еще не участвовал в событиях, начинающихся таким образом. Остальная часть его речи оказалась лишенной неожиданностей — как, впрочем, и самого ожидаемого.

Потому-то после церемонии, будучи окруженным прессой, дирижер сразу услышал выкрик: «Маэстро, вы возглавите Большой театр?» С невозмутимой улыбкой он парировал: «Я возглавляю Мариинский театр. Точка».

Уже уходя из зала, Валерий Абисалович остановился, чтобы разъяснить свое молчание нескольким журналистам, включая обозревателя «Известий»: «Я ничего не скажу. Пока».

Приемный сын России

Маэстро хотелось посочувствовать: второй день подряд ему приходится отбиваться от одного и того же вопроса, задаваемого в разных вариациях. Появившись накануне на пленарном заседании форума, где выступал президент России, Гергиев сначала бросил многозначительное «Поживем — увидим», потом долго объяснял, что не искал возможности работать больше, но «когда сходятся какие-то возможности — там уже не важно: два театра, три города, четыре региона...» А в конце концов почти разозлился, в очередной раз услышав: «Вы готовы работать вдвое больше?» «Не готов! У нас другая тема сейчас», — отрезал дирижер, занимая свое место в зале и явно не желая оттягивать внимание от будущей речи первого лица государства.

Более разговорчивыми в кулуарах оказались другие деятели культуры. Так, спецпредставитель президента РФ по международному культурному сотрудничеству Михаил Швыдкой отметил, что назначение трудно комментировать, пока Гергиев не изложит свою программу.

— Гергиев — выдающийся дирижер с огромным количеством обязанностей и по Мариинскому театру, и по филиалам Мариинского театра на приморской сцене, в Кемерово, на подходе — Калининград, и так далее. Он лучше меня понимает, на какую голгофу он решил пойти, поэтому в таком случае можно пожелать удачи, — поделился Михаил Швыдкой с «Известиями».

А Начо Дуато, заметив, что слышал слухи о назначении Гергиева, назвал его одним из лучших современных дирижеров и признался, что горд получать вместе с ним премию.

Уже на самом вручении испанский хореограф повторил комплименты в адрес российского маэстро, а еще признался в любви к России.

— Я чувствую себя приемным сыном России. Я здесь навсегда. Когда на пленарном заседании я слушал речь президента Путина, то был преисполнен чувств, потому что это речь невероятно выверенная, речь тонко чувствующего ситуацию человека. И если раньше у меня были какие-то сомнения, оставаться в России или уезжать, после этого мероприятия мои сомнения развеялись, — сказал Начо Дуато, получая статуэтку (уменьшенную копию Колыванской вазы, выполненную из яшмы).

Бесконечная мелодия

Вечером того же дня Валерий Гергиев встал за дирижерский пульт и в который раз подтвердил свою репутацию трудоголика. В рамках форума в Мариинке-2 была дана постановка «Нюрнбергских мейстерзингеров». Чистый хронометраж самой длинной оперы Рихарда Вагнера — около пяти часов. И это материал, на котором дирижеру никак не расслабиться. Причем надо следить не только за тем, как оркестр, выигрывая сложнейшую полифоническую ткань (привет композитора старым мастерам), координируется с певцами, но и за тем, чтобы в массивном красочном звучании не потонул юмор, столь нетипичный для Вагнера и потому особенно ценный.

Поначалу маэстро явно осторожничал и на протяжении всей увертюры придерживался усредненной динамики, из-за чего этот торжественный номер прозвучал без привычного блеска. Вдобавок, когда сразу после увертюры должен был на фортиссимо заиграть орган в начале хорала, первый аккорд куда-то пропал — то ли органист зазевался, то ли оркестр его перекрыл, а то ли дирижер недостаточно четко показал вступление (находился мыслями в Москве вместо Нюрнберга?). Но чем дальше, тем коллектив с маэстро всё больше отдавались магии Вагнера — и вот уже музыка начинала искриться иронией, увлекать упоительной «бесконечной мелодией» и покорять величественными кульминациями.

Заслуживают теплых слов и певцы, прежде всего, обладатели образцовых вагнеровских голосов тенор Михаил Векуа (Вальтер фон Штольцинг) и бас Евгений Никитин (Ганс Сакс). Тогда как постановка выглядела крайне консервативно: самое смелое режиссерское решение Константина Балакина — водрузить в церкви, где начинается действие, засохший ствол белого дерева, напоминающий аналогичный образ из «Властелина колец». В остальном задача явно была попросту не мешать артистам петь и не отвлекать внимание от музыки. Поэтому — минимум экспериментов, исторические костюмы и самые традиционные декорации. На фоне провокационного московского «Летучего голландца» Константина Богомолова такой спектакль — почти революция. Ну или контрреволюция, это как посмотреть.

Привезет ли тот же стиль маэстро Гергиев в столицу, окажись слухи верными? Хороший вопрос. Но если он научит труппу Большого так же работать с Вагнером и расширит репертуар главного театра страны за счет вагнеровских опер, это уже будет благо. В конце концов, в случае с «Мейстерзингерами» важен сам факт: мы такое можем! Да ещё сами, без приглашенных певцов, без коопераций с немцами. Никто не сомневался том, что Валерию Абисаловичу масштабные задачи по плечу и он способен работать в два раза больше (то есть стоять пять часов за дирижерским пультом вместо стандартных двух-трех; а вы о чем подумали?). Но для труппы это все-таки вызов. И она с ним справилась.

Форум тысячи

Стоит признать: более весомое художественное завершение форума сложно было придумать. Вдобавок опера-то максимально позитивная и воспевающая всепобеждающую силу искусства. Чем не воплощение идеи прошедшего трехдневного мероприятия, где неоднократно заявлялось, что культура должна развиваться несмотря ни на что?

И сам форум точно подтвердил: даже в период изоляции российская культура успешно продолжает свой путь и остается важной частью международного художественного процесса. В Петербург приехали тысячи участников из 76 стран, в том числе 34 зарубежных министра, а итогом работы стало подписание совместной декларации, которая среди прочего гласит:

«Мы выражаем готовность участвовать в формировании общей международной инфраструктуры, необходимой для поддержки национальных отраслей культуры и искусства стран — участниц форума, а также обеспечения их многопланового культурного сотрудничества».

Остается надеяться, что на 10-й Форум объединенных культур прибудет еще больше зарубежных делегаций, в том числе с Запада, и убедительная победа искусства и здравого смысла состоится не только в опере Вагнера на сцене Мариинки.