БАРС готов к прыжку: в Южном военном округе против Украины и НАТО сформирован второй фронт
1 сентября 2021 года не только очередной День знаний. Это еще и дата завершения первого этапа важнейшей для укрепления обороноспособности России генштабовской затеи – спешное создание в Южном военном округе 38-тысячного боевого армейского резервного состава. Сокращенно – БАРСа.
На практике это означает, что отныне в случае начала большой войны у границ с Украиной и Закавказьем мы в дополнение к трем общевойсковым армиям (8-й, 49-й и 58-й) этого округа в случае мобилизации БАРСа в течение считанных дней сможем рассчитывать приблизительно еще и на новый отдельный армейский корпус. Или эквивалентный ему набор свежих воинских соединений и частей.
При этом, судя по сведениям, которыми уже поделилось с широкой публикой военное ведомство, в случае начала войны на фронт этот корпус если и попадет, то лишь в крайнем случае. Скажем, если на передовой сложится катастрофическая для России ситуация. Как, допустим, в 1941-42 годах. В иной поддающейся прогнозу обстановке в задачи БАРСа войдет охрана и оборона особо важных объектов военного и государственного назначения в тылу, поддержание правопорядка в населенных пунктах, оказание помощи местному населению при эвакуации. Но и это – хлеб для Генштаба. Потому что при начале широкомасштабных боевых действий охрана фронтового тыла в любой войне всегда отвлекала и отвлекает значительные войсковые контингенты, которых остро не хватало и не хватает в окопах.
Что из себя представляет новое воинство? Если вкратце, БАРС – это десятки тысяч добровольно подписавших с Министерством обороны РФ контракты и прошедших жесткий отбор в военкоматах резервистов из числа недавних военнослужащих. Несколько лет назад уволенных в запас и еще не успевших окончательно растерять все армейские навыки, приобретенные на службе. На официальном сайте Минобороны таким уже гарантированы новые «верные друзья и незабываемые впечатления», участие «в крупномасштабных, захватывающих дух маневрах, учениях и армейских играх», а также «разнообразные, потрясающей красоты пейзажи нашей страны».
Чтобы столь захватывающие дух, с точки зрения генералов, перспективы стали реальностью, каждый подписавший такой контракт обязуется ежемесячно на три дня покидать жену и детей, по первому зову срываться с постоянного рабочего места или с уютного домашнего дивана и мчаться в расположенную неподалеку воинскую часть, к которой приписан. А уж там за компьютером, рычагами танка или на стрельбище в ускоренном темпе и под руководством местных строевых отцов-командиров вспоминать «науку побеждать».
Один раз в год – армейские сборы. Что характерно: ни на минобороновском сайте и вообще нигде в открытую не указана их предполагаемая продолжительность. Скорее всего, потому, что наши генералы и сами это не очень-то пока представляют. Хотя бы потому, что всякий раз ключевую роль в этом будут играть не их желания, а банальные бюджетные деньги. Которые Минфин то ли сумеет выделить армии на сборы резервистов, то ли – нет. А финансы для того, чтобы разместить, обогреть, приодеть и прокормить 38 тысяч мужиков хотя бы в течение пары-тройки недель или месяца, потребуются немалые. К тому же (опять же по тому же контракту) Министерство обороны берет на себя обязательство на весь период армейских сборов компенсировать предприятию, на котором работает резервист, размер его среднего заработка.
Естественно, грядущие тяготы и лишения для давно гражданских людей, а особенно – не каждого радующая перспектива на сборах регулярно знакомиться с «разнообразными, потрясающей красоты пейзажами нашей страны», предполагает наличие у резервистов не одних только высокопатриотических соображений. В пору строительства развитого капитализма в России при формировании БАРСа приходится выкладывать и реальные выплаты. Они и предусмотрены. При заключении первого контракта в зависимости от его продолжительности офицеру-резервисту военведом махом выплачивается до 66 тысяч рублей. Солдату и сержанту - до 39 тысяч рублей.
Но и это не все. За резервистами гарантировано сохраняется рабочее место и заработная плата. За трое суток на тренировочных занятиях в воинских частях (то есть – ежемесячно) офицер резерва дополнительно будет получать до 10 тысяч рублей. Сержант и солдат - до 5 тысяч рублей. Что, согласитесь, вовсе неплохо с учетом среднего уровня жизни в нашей стране. И особенно – с учетом свирепого уровня безработицы в некоторых республиках Северного Кавказа, на территориях которых значительная часть войск Южного военного округа как раз и дислоцирована.
Поэтому ничего удивительного в том, что БАРС на Юге России формально был сформирован в удивительно сжатые сроки. Буквально – за месяц-два. Почему военкоматам пришлось действовать при этом в режиме ошпаренной кошки? К бабке не ходи – наверняка военным до последнего пришлось торговаться с прижимистым ведомством Антона Силуанова о параметрах финансирования этого весьма затратного проекта. И лишь после того, как реальные деньги были получены Минобороны, дело и закрутилось.
Но тут логичен другой вопрос. Почему БАРС понадобился стране именно к сентябрю? Напрямую никто нам этого, конечно, разъяснять не станет. И правильно сделает. Но мы-то знаем, что с 1 по 16 сентября 2021 года на территории России и Белоруссии намечены масштабные стратегические командно-штабные учения «Запад-2021». Весьма вероятно, что именно в эти дни многим подписавшим контракт первый раз и предстоит вставать с офисных кресел и сползать с домашних диванов чтобы дебютировать в гигантском учебном сражении. Анализ итогов такого воинского дебюта и должен помочь нашему Генштабу определиться: а туда ли вообще-то мы уже много лет идем с формированием боеспособных резервов на случай большой войны?
Дело в том, что концепцию создания мобилизационного людского резерва президент РФ Владимир Путин утвердил еще в мае 2007 года. В том документе сказано, что целью «является обеспечение гарантированного доукомплектования ВС и других войск военнообученными мобилизационными людскими ресурсами как в период мобилизации, так и для разрешения кризисных ситуаций».
Еще раньше Генштаб засел за обосновывающие расчеты. По ним, обнародованным генералом армии Николаем Макаровым еще в феврале 2011 года, выходило, что для надежной обороны России со всех направлениях, от Калининграда до Владивостока, в дополнение к существующим Вооруженным силам необходимо будет из существующих мобресурсов в кратчайшие сроки развернуть еще порядка 80 мотострелковых и танковых бригад. Получалось, что для этого стране необходимо еще в мирное время каким-то образом заиметь 350-400 тысяч обученных, физически здоровых и мотивированных «штыков».
Как считали? А очень просто. Ни одну серьезную войну ни одна кадровая армия в одиночку никогда не выигрывала. Она, как правило, гибла в приграничных сражениях, давая возможность народу в тылу сформировать стойкую подмогу фронту.
Так, Великую Отечественную войну на западной границе мы встретили, имея в рядах Красной Армии всего 3,5 миллионов кадровых бойцов и командиров. А в 1945-м в Берлин вошли, насчитывая в строю почти втрое больше - 11,3 миллиона человек. Чтобы этого добиться, с учетом убитых, раненных, попавших в плен, за четыре года призвали около 30 миллионов. Эти люди и были мобилизационным резервом Советского Союза. Получается, он составлял 700 процентов от начальной численности Вооруженных сил.
Возможно, вы скажите: нечего генералам готовиться к минувшей войне! И будете правы. Но на такой случай есть примеры и посвежей. Скажем, американцы в 1991 году в преддверии войны с хуссейновским Ираком поставили под ружье сразу 250 тысяч запасников. А в ноябре 2012 года правительство Израиля дало разрешение своим генералам призвать 75 тысяч резервистов для проведения всего одной крупной спецоперации против боевиков ХАМАС. Убеждает?
Но и в США, и в Израиле давно действуют стройные системы массовой подготовки резервов. Если, предположим, для краткости брать только Штаты, то там отлаженно функционируют три очереди мобилизационного резерва.
Резерв 1-й очереди (Ready Reserve) включает организованный резерв (Selected Reserve) и индивидуальный боеготовый резерв (Individual Ready Reserve). Резервисты, относящиеся ко второму компоненту, освобождены от регулярной боевой подготовки и лишь иногда привлекаются к летним лагерным сборам.
Резерв 2-й очереди (Standby Reserve) составляют граждане, отслужившие в ВС не менее шести лет и принявшие решение остаться в этом виде резерва. Они могут быть призваны на действительную службу только при объявлении войны или введении конгрессом чрезвычайного положения в стране.
Резерв 3-й очереди (Retired Reserve) составляют вышедшие на пенсию военнослужащие, не достигшие 60-летнего возраста.
Общая численность этого запасного войска оценивается примерно в 5,5 миллионов человек. При введении чрезвычайного положения в стране президент может призвать на действительную военную службу личный состав резерва 1-й очереди на срок, не превышающий 24 месяца. При этом общая численность этого контингента не должна превышать 1 миллион человек (частичная мобилизация).
Призыв резерва 2-й и 3-й очереди может осуществляться только при объявлении конгрессом чрезвычайного положения и полной мобилизации.
А что до сих пор существовало в России? Да почти ничего, кроме сети худосочных райвоенкоматов, в кабинетах которых после многолетних повальных армейских сокращений остались почти одни только женщины пенсионного и предпенсионного возраста. Вот с этим Путин, подписав в 2007 году концепцию создания мобилизационного людского резерва, и решил бороться. Но до сих пор получалось – курам на смех.
По расчетам Минобороны, сделанным к 2012 году, современная и качественная подготовка одного резервиста в ту пору должна была обойтись казне в среднем более чем в 100 тысяч рублей. Минфину от этой генеральской арифметике стало дурно. Поэтому на первых порах всероссийская бухгалтерия к 2013 году согласилась профинансировать формирование единственной на всю Расею-матушку резервной бригады численностью в 4300 штыков. На это были выделены из бюджета унылые 441,6 миллиона рублей. С обещанием к 1 января 2014 году сумму ассигнований увеличить вдвое. То есть – на целых две бригады.
Это выглядело столь удручающе на фоне 5,5 миллионов американских резервистов, что, складывается впечатление, в Генштабе решили не смешить мир и рук понапрасну не марать. И закинули свой проект на самую пыльную полку.
Только теперь, в 2021 году получив финансовую возможность сформировать хотя бы в одном только Южном военном округе 38-тысячной численности БАРС, старые планы вернули к жизни. В ходе «Запада-2021» генералы проверят их реальную ценность для Вооруженных сил. А там, даст бог, тем же курсом двинутся и другие наши округа и флоты.