Андрей Нечаев: власть хочет и оставить за собой Курилы, и угодить японцам
Вице-премьер Юрий Трутнев заявил, что Курильские острова - те самые, из-за которых мы спорим с Японией с конца Второй Мировой войны и поэтому так и не заключили с тех времён мирного договора - станут "практически оффшором". То есть, почти безналоговой территорией для предприятий и людей, которых будут инвестировать в развитие островов. В течении, как минимум, 10 лет после начала предпринимательской деятельности на Курилах, по утверждению вице-премьера, никакие проверки проводиться не будут. При этом ранее премьер Михаил Мишустин говорил, что Курилы "нельзя превращать в оффшор". Sobesednik.ru взял комментарий у бывшего министра экономики РФ Андрея Нечаева.
- Чем объяснить противоречие между словами наших премьера и вице-премьера?
- Об этом, наверно, лучше спросить у них. Но я думаю, дело в том, что пока нет единой выработанной позиции. Этот вопрос остаётся болезненным на протяжении многих десятилетий. С одной стороны, хочется хороших отношений с Японией. С другой, в свете последних пропагандистских и геополитических усилий по возрождения «СССР.2.0» отдавать Курилы – крайне проигрышный шаг.
- Что власти хотят сделать из Курильских островов, что это за экономический проект и кто его бенефициары?
- Проекта пока нет. Есть разговоры и рассуждения о том, чтобы сделать там или «оффшорную зону», или зону свободной торговли, или особую зону. В любом случае, это должен быть привлекательный инвестиционный климат, чтобы туда пришли, в первую очередь, японские предприниматели и началось развитие этих территорий.
- Почему вместо того, чтобы восстанавливать «разбомбленный Воронеж», надо вкладываться в геополитически спорную окраину страны?
- Не знаю. Наверно, в интересах расширения зоны влияния российского государства и режима. Вкладывать туда ничего особенно не собираются. Много говорилось о развитии Дальнего Востока, но пока это не пошло дальше «дальневосточного гектара», который не пользуется в народе повышенной популярностью. Миллионов желающих начать развивать сельское хозяйство на Дальнем Востоке не нашлось.
- Какие крупные игроки могли бы заняться безналоговыми Курилами?
- Интерес исключительно у японцев: для них это тоже вопрос национального престижа и гордости, тема северных территорий обсуждается несколько поколений, политики эксплуатируют её, превращая в элемент предвыборной борьбы.
Для японцев это тоже скорее политический, чем экономический интерес, однако они всё-таки продвинулись в направлении этих территорий, там есть японские компании и предприятия. Сравнительно недалеко есть свободная зона Шанхай, где все обустроено для хорошего иностранного инвестирования, и ещё ряд свободных зон в Китае.
Вопрос, насколько наша власть решится делать эту зону открытой, поскольку это довольно опасно с экологической точки зрения. Рыбная популяция там и так страдает, развито браконьерство – как японское, так и корейское и китайское, возникают конфликты на этой почве, в том числе с участием российских пограничников.
Уникальных залежей полезных ископаемых на Курилах нет, речь только о рыбе и её переработке. Ничего, кроме рыбных предприятий. Российское население, не считая пограничников, исчисляется несколькими десятками тысяч человек. Особенной инфраструктуры, серьёзного порта там тоже нет, создавать его долго и дорого. С экономической точки зрения эта территория ничем серьёзно не отличается от Камчатки или любой другой части Приморья. На первом месте тут стоит геополитика.
- Вся «безналоговость» и «бестаможенность» – только для японцев?
- Для российской стороны выгода тоже будет: будут создаваться рабочие места. Налоги пойдут в федеральный бюджет и бюджет Приморского края. Японский бизнес, японские предприятия дадут какой-то положительный импульс к развитию территорий. Это в любом случае лучше, чем когда мы просто охраняем эти острова, ничего там не развивая.
- С какой вероятностью Курилы станут «оффшором» в худшем смысле этого слова?
- Я не думаю, что Курильские острова станут источником международного криминала и отмывания денег. Всё-таки к ним будет повышенное внимание как российской, так и японской налоговых служб. К тому же, уже есть свободная экономическая зона в Калининграде.
Кипр тоже считался "оффшором", но налогообложение там всё-таки было. Если говорить о каком-то льготном налогообложении - важно, конечно, до какой степени льготным оно будет. Но вообще «оффшор» в классическом старом понимании – как, например, государство Белиз в Центральной Америке – вряд ли даст импульс к развитию территории. Разве что на этой территории откроется несколько юридических контор по созданию «оффшоров».