Прощай, Дедушка Валя: последнее интервью главного медведолога России

8 июня 2021 года не стало удивительного, масштабного человека – Валентина Сергеевича Пажетнова. 20 июня Заслуженный эколог России, известнейший медведолог отметил бы крупный юбилей – 85 лет.

Новость о его кончине застала нас врасплох. Не только тех, кто был знаком с Валентином Сергеевичем лично, но и тех, кто следил за судьбой косолапых подопечных созданного им Центра спасения медвежат-сирот, читал удивительные заметки биолога, которые приоткрывали тайны дикой природы. Валентин Сергеевич, или, как близкие называли его, Дедушка Валя, всегда с горящими глазами рассказывал о деле своей жизни. Это трепетное отношение и неугасающий энтузиазм он выразил на страницах своих книг.

Так вышло, что месяц назад мы заинтересовались переводами книг Валентина Сергеевича на иностранные языки. Их издавали во многих европейских странах – от Франции до Болгарии. О своих литературных трудах биолог рассказывал неоправданно скромно. В одном из интервью известный писатель Ив Готье поделился, что любит переводить заметки Валентина Сергеевича на французский. Мы решили побеседовать с ними – с автором и переводчиком.

Интервью мы взяли в конце мая и готовили тексты к печати.

Не успели.

Мы публикуем тексты сейчас в память об удивительном человеке, о котором так тяжело писать в прошедшем времени – был.

В своем последнем интервью Валентин Сергеевич рассказал «Тверьлайф» о том, как часто его книги издают за границей, как он познакомился с французским переводчиком и писателем Ивом Готье и почему ни для кого нет исключений из правил при посещении Центра спасения медвежат-сирот.

Ваши труды изданы во многих странах. С Ивом Готье, который перевел ваши книги на французский язык, сложилось не только плодотворное сотрудничество, но и теплые отношения. Как скоро после знакомства Ив заинтересовался вашими заметками?

Валентин Пажетнов: Мы познакомились в 1997 году. В Бубоницы (в Центр спасения медвежат-сирот, – прим. ред.) с Ивом приехал журналист и писатель Василий Михайлович Песков. Их уже объединяла совместная работа: Ив перевёл на французский «Таёжный тупик» Пескова. В ту встречу они познакомились с книгой «Мои друзья медведи» (1979), которую в своё время меня попросил написать Василий Михайлович, и Ива она впечатлила. В 1998 году в переводе Ива Готье издание увидело свет во Франции под названием «Avec Les Ours». Так началось путешествие книги по Западной Европе: двумя годами позже уже с французского языка ее перевели на итальянский. А до этого, в первой половине 1980-х годов «Мои друзья медведи» выходили в Словакии, а затем и в Болгарии. В последний раз с Ивом Готье мы виделись в 2019 году, когда он приезжал в Бубоницы. А в 2017 писатель побывал здесь с женой и сыном.

Как французские читатели приняли издание «Мои друзья медведи»? 

Валентин Пажетнов: Книга «Мои друзья медведи» на французском языке давно распродана. Ив перевел еще одну мою работу – «Моя жизнь в лесу и дома», написанную по просьбе тверского ученого Вячеслава Михайловича Воробьёва и им же впервые изданную в 2007 году. Во Франции она вышла под названием «L’ours est mon maître» тиражом 3 тысячи экземпляров и сравнительно быстро разошлась. Вдохновлялся ли кто-то из иностранных коллег вашим уникальным опытом после прочтения книг? Или самый лучший способ углубиться в тонкости работы – принять в ней непосредственное участие?

Валентин Пажетнов: Не могу утверждать, насколько вдохновляющими оказались именно мои книги. Работа, связанная с изучением медведей и реабилитацией медвежат-сеголеток, вызывает интерес иностранных коллег: не раз мы ездили в скандинавские страны, в Нидерланды, Германию, Словакию, Францию, Индию, Южную Корею, США. Ради знакомства с нашей работой в деревню Бубоницы приезжали учёные, студенты, практиканты из разных стран мира, в которых водятся медведи. На базе нашей Биостанции прошла Первая международная рабочая группа по реабилитации медведей, на которой присутствовали представители 15-ти зарубежных стран.

Известно, что в Центре спасения посетителям не показывают медвежат, чтобы вырастить их дикими. Показали ли бы Вы жизнь косолапых подопечных иностранному гостю, или ни для кого нет исключений из правил? Валентин Пажетнов: Исключений быть не может. Обсуждается возможность установки в вольерах видеоаппаратуры. В этом случае правило жёсткое для всех, однако нам, как и ветеринарам, все же приходится взаимодействовать с медвежатами в период выпуска их на свободу. Тогда мы вынуждены знакомить медвежат с врачами. И присутствующие в Центре гости могут увидеть этот момент.

К слову, лично я в последний раз производил выпуск медвежат-сеголеток, родившихся в нижегородском зоопарке «Швейцария», в заповедник Керженский. Это была короткая передержка медвежат по нашей методике: они проводят 15 дней на месте выпуска, при этом с ними взаимодействует только один человек. Тогда за выпуском медвежат в дикую природу следило множество людей: журналисты областного телевидения, сотрудники природоохранных органов, зоопарка, заповедника. Замечу, такая передержка не имеет аналогов в мировой практике. Подобный опыт есть только у нас. С согласия зоопарков Казани, Нижнего Новгорода, Калининграда, Белгорода, Хабаровска, где рождались малыши, мы успешно выпустили в природу 17 медвежат-сеголеток. Это одно из последних интервью Валентина Сергеевича. Память о его добрых делах будет жить в его наследии, в том числе в книгах. Французский писатель Ив Готье рассказал, как зарубежная аудитория встречает труды русского медведолога.

Ив, что в трудах Валентина Сергеевича особенно вас поразило? Вы не раз бывали в Центре спасения медвежат-сирот, что особенно привлекло ваше внимание?

Ив Готье: Валентин обладает уникальным даром повествования, у него очень богатый, сочный, ухоженный, точный язык, он пишет языком русского леса. Поражает способность автора переносить читателя в гущу природы, в мир зверей, и создаётся впечатление, будто мы сами вдруг живём этой жизнью. Валентин Пажетнов воплощает собой в одном лице и вековую мудрость мужика-лесника, и высоту взгляда биолога с мировым именем. У меня очень субъективное, лирическое отношение к Центру спасения медвежат-сирот. Там сказка «Под небом голубым…». Я понимаю, какой это громадный труд – организовать такой центр, но в нём своя поразительная поэзия.

Вы познакомились с Валентином Сергеевичем в конце мая 1997 года. Каким было это знакомство?

Ив Готье: С Валентином Пажетновым меня познакомил Василий Михайлович Песков. Он называл Валентина Пажетнова самым интересным человеком, с которым он когда-либо встречался.  Это было прекрасное знакомство. Тогда же я прочитал книгу Валентина Пажетнова «Мои друзья медведи», решил перевести её на французский язык и опубликовать во Франции. Я сразу почувствовал масштаб личности этого человека, уникальность его опыта, волшебное сочетание учёности с чувствительностью, способность смотреть на природу изнутри, как бы её же глазами. Пажетнов – человек-гигант. Не так давно я перевёл его замечательные мемуары «Моя жизнь в лесу и дома», в них автор пишет не столько о себе, сколько о лесной жизни, её законах, загадках и тайнах.

Насколько популярны во Франции переводы заметок Валентина Сергеевича?

Ив Готье: В смысле массовой популярности – нет. Хотя, как сказать… На волне публикации французского перевода книги «Мои друзья медведи» был снят документальный фильм «В шкуре медведя» о работе Валентина Сергеевича, и этот фильм был показан по многим телеканалам франкоязычного телевидения. Так что деятельность Пажетнова охватила широкую публику. Книги же читает более узкий круг любителей природы, чьи отзывы и письма всегда восторженные. Кстати, творчество Пажетнова заслуживает большего внимания и в России, где его ещё мало читают соотносительно с его значимостью.

Что в литературе о природе Вас особенно привлекает? Над какими переводами по этой теме вы работаете или работали в последнее время?

Ив Готье: Сейчас готовлю полный, «академический» перевод знаменитейшей книги Владимира Арсеньева «Дерсу Узала». Это очень важное произведение, оно должно выходить в этом году в Париже по случаю столетия первого издания этого легендарного романа. Мне кажется, я неплохо знаю русскую литературу о природе – от Аксакова до Василия Пескова, не забывая о Тургеневе, Пришвине и других, но по уровню проникновения в предмет Валентин Пажетнов затмевает многих…

Чем, по вашему мнению, русская природа отличается от европейской? Не слишком ли литературные классики её романтизируют?

Ив Готье: Разве любовь к природе бывает без романтики? Сам Валентин Пажетнов ещё какой романтик! Этим он и захватывает, сплачивая науку с чувственным восприятием жизни. Как-то Тургенев написал об Аксакове: «Если бы тетерев мог рассказать о себе, он бы, я в том уверен, ни слова не прибавил к тому, что о нем поведал нам Аксаков». А если бы русский медведь мог рассказать о себе, он бы начал свой рассказ с посвящения Валентину Пажетнову, я в этом просто уверен.

РИА Верхневолжье выражает соболезнования в связи с кончиной Валентина Сергеевича и скорбит вместе с теми, кому он был дорог.