Протесты, дубль два

Оппозиционные СМИ пишут, что мы уже живём в другой стране после протестных акций 23 января. Ссылаются на массовый характер волнений, на невозможность дальнейшего диалога власти и общества. Проводятся аналогии и с отечественной историей прошлого века, и с белорусскими событиями.

Актуализируется слоган «Так жить нельзя!», заимствованный из названия давнего документального фильма С. Говорухина, вспоминать о котором, кстати, режиссёр впоследствии не любил.

Так ли уникальна российская ситуация? За последние месяцы мы убедились, что в мире полыхает всюду, включая страны так называемой развитой демократии, где уровень жизни несоизмеримо выше, чем в России. Пандемия сорвала застарелые язвы, безжалостно ударила по карманам граждан. Диалог власти и общества на Западе ведётся сейчас в основном с помощью водомётов и слезоточивого газа. В Америке несколько штатов до сих пор не могут смириться с украденными выборами, и, думается, эти обиды и агрессия сойдут на нет нескоро.

Вспомним Болотную, протестную волну 2011–2013 годов. К каким позитивным изменениям она привела? Были приняты законы, облегчающие регистрацию политических партий, вводящие прямые выборы глав исполнительной власти субъектов Федерации и уменьшающие число подписей, необходимых для выдвижения кандидатов на выборах президента.

Мы увидели новых людей, которые искренне отстаивали чистоту выборов. «Там были разные люди, и я радовался тому, что увидел свежие, интеллигентные, здоровые, энергичные лица людей, которые активно высказывают свою позицию. Ещё раз могу повторить, что, если это результат путинского режима, меня это радует, радует, что появляются такие люди». Чьи это слова? Одного из лидеров оппозиции? Нет, тогдашнего председателя правительства Путина. И тогда лица оппозиции вынырнули из небытия, стали появляться на телеэкранах, на переговорных площадках в Госдуме, кто-то был приглашён на встречу с президентом. Плохо, конечно, что подобные формы общения вскоре прекратились.

Сейчас, похоже, наша оппозиция, вдохновившись белорусскими событиями, намерена сделать протестные акции регулярными. Пока новых лидеров мы не видим. Никакой внятной политической повестки. Протесты управляются либо социальными сетями, либо региональными кураторами. Кстати, одному из них, Александру Черникову из Калининграда, совесть не позволила выводить людей на сомнительное мероприятие и выполнять указание свыше совершать провокации. За что с ним «поборники демократии» и расстались.

Вызывают большие сомнения и методы привлечения на улицу. Резко преувеличивается количество участников акций и пострадавших, живописуются «зверства» силовиков, интернет заполонили страшилки, фейки, снятые ещё во время украинских и белорусских событий. Вместе с тем замалчиваются факты нарушения общественного порядка со стороны самих участников акций. При том, что нападения на правоохранителей, их избиения и оскорбления не были единичными. И, конечно, безнравственно зазывать на митинги детей.

Ну и, наконец, самое тревожное. Врачи опасаются новой вспышки пандемии: ни о каких мерах предосторожности на митингах и шествиях речи быть не может. Авторитет российского врача Николая Дайхеса не вызывает сомнений. Не могу не привести его взвешенные слова: «Конечно, в первую очередь организаторы проводят эту акцию очень не вовремя и очень неправильно с медицинской точки зрения – после того, что пережила страна в прошлом году и продолжает переживать тяжёлую коронавирусную инфекцию».

Н. Дайхес справедливо отмечает, что не увидел ранее участия ни одного из оппозиционных деятелей в борьбе против ковида. «Где же были все оппозиционеры? Я не видел ни одного призыва от нашей оппозиции в помощь медикам, обществу, больным людям. Вот где проявляется гражданское мужество и сознательность, а не в том, чтобы выгонять на площади людей».

Если сравнивать протестную волну в наши дни и во время Болотной, вывод один: сейчас она мельче и по форме и по содержанию. Что, однако, не позволяет власти закрывать глаза на скопившиеся проблемы в сфере социальной защиты, правосудия, поддержки малого и среднего бизнеса, здравоохранении и образования. Список можно продолжать. Перемены назрели.