Юрист, рожденный сказочником и музыкантом
Сказки Гофмана знают даже ленивые. Если их не читали, то слушали в детстве или смотрели мультфильм, или балет «Щелкунчик», играли в него — Щелкунчика, пытаясь колоть орехи... Способов познакомиться с этим удивительным сказочником у каждого из нас было множество. Но знаем мы его только по волшебным и не очень добрым историям. А а каким он был в жизни, грустный и добрый Эрнст Теодор Амадей Гофман?
Любовь российских писателей к Гофману особая история, и его место рождения конечно не при чем, но тем не менее его родной город сегодня входит в состав Российской Федерации. Это Калининград, бывший Кенигсберг. Гофман родился в Кёнигсберге в семье прусского королевского адвоката Кристофа Людвига Гофмана (1736—1797) 24 января 1776 года, однако когда мальчику было три года, его родители разошлись, и он воспитывался в доме бабушки по материнской линии под влиянием своего дяди-юриста, человека умного и талантливого, склонного к фантастике и мистике.
Гофман рано продемонстрировал способности к музыке и рисованию. Но, не без влияния дяди, Гофман выбрал себе стезю юриспруденции, из которой всю свою последующую жизнь пытался вырваться и зарабатывать искусствами.
Музыке Гофман учился у своего дяди, затем у органиста Подбельского, позднее брал уроки композиции у Рейхардта. Гофман организовал филармоническое общество, симфонический оркестр в Варшаве, где он служил государственным советником. В 1807-13 работал как дирижер, композитор и декоратор в театрах Берлина, Бамберга, Лейпцига и Дрездена.
С раннего детства и до самой смерти Гофман считал своим настоящим призванием только музыку. Она была для него всем — Богом, чудом, любовью, самым романтичным из всех искусств…
В 12 лет Гофман уже играл на органе, скрипке, арфе и гитаре. Он же стал автором первой романтической оперы "Ундина". Даже первое литературное произведение Гофмана "Кавалер Глюк" было о музыке и музыканте. И вот этому человеку, будто созданному для мира искусства, пришлось почти всю свою жизнь проработать юристом, а в памяти потомков остаться прежде всего писателем.
В школе, а затем и в университете, куда Гофман поступил в 1792 году, он сдружился с Теодором Гиппелем, племянником известного тогда писателя-юмориста Теодора Готлиба Гиппеля, — общение с ним не прошло для Гофмана бесследно, а дружили они до последних дней Гофмана.
В 1800 году Гофман прекрасно окончил курс юридических наук в Кенигсбергском университете и связал свою жизнь с государственной службой. В этом же году он покинул Кёнигсберг и до 1807 года работал в разных чинах, в свободное время занимаясь музыкой и рисованием. Впоследствии попытки его зарабатывать на жизнь искусством приводили к бедности и бедствиям, лишь после 1813 года дела его пошли лучше после получения небольшого наследства.
Все это время он метался между несколькими женщинами, никак не решаясь на выбор. К тому же первая его любовь была старше на девять лет. У юноши возник конфликт с любовником дамы, и семья предпочла отправить влюбчивого молодого человека куда-нибудь подальше.
Неуживчивость Гофмана приводила к тому, что его постоянно переводили — то в Познань, то в Плоцк, то в Варшаву… Обладая огромной работоспособностью, этот удивительный человек ни к одному из своих занятий не относился небрежно и ничего не делал вполсилы. В 1802 году в Познани разразился скандал: Гофман нарисовал карикатуру на прусского генерала, грубого солдафона, презиравшего штатских; тот пожаловался королю. Гофман был переведен, вернее сослан, в Плоцк, маленький польский городок, в 1793 году отошедший к Пруссии. Женой Гофмана к этому времени стала полька — Михалина Тшцинськая (писатель ласково называл ее «Мишкой»). Михалина оказалась замечательной женой, которая стойко переносила все тяготы жизни с беспокойным мужем — поддерживала его в трудный час, обеспечивала уют, прощала все его измены и запои, а также постоянное безденежье.
Гофман устраивается капельмейстером в небольшой театр городка Бамберг. В театре Гофман — композитор, постановщик, декоратор, дирижер, автор либретто… Во время гастролей театральной труппы в Дрездене он попадает в самый разгар боев с уже отступающим Наполеоном, и даже издали видит императора. Но из театра его попросили уйти, назвав некомпетентным.
Пребывание в Бамберге отмечено одним из самых глубоких и трагических переживаний Гофмана — безнадежной любовью к его юной ученице Юлии Марк. Юлия была хороша собой, артистична и обладала чарующим голосом. В образах певиц, которые создаст позднее Гофман, будут просматриваться ее черты. Расчетливая консульша Марк выдала дочь за состоятельного гамбургского коммерсанта. Замужество Юлии и ее отъезд из Бамберга были для Гофмана тяжелым ударом. Через несколько лет он напишет роман «Эликсиры дьявола»; сцена, где многогрешный монах Медард неожиданно оказывается свидетелем пострижения страстно любимой им Аврелии, описание его мук при мысли, что любимую разлучают с ним навеки, останется одной из самых проникновенных и трагических страниц мировой литературы. В тяжкие дни расставания с Юлией из-под пера Гофмана вылилась новелла «Дон-Жуан».
При помощи Гиппеля Гофман устроился на должность советника Берлинского апелляционного суда. Появились средства на жизнь, но о карьере музыканта пришлось забыть. Но приходит писательская слава.
Первыми напечатанными трудами стали критические статьи о музыке. Они публиковались в лейпцигской «Всеобщей музыкальной газете», где редактором был хороший знакомый Гофмана — Иоганн Фридрих Рохлиц.
В 1809 году в газете печатают новеллу Гофмана "Кавалер Глюк".
Место капельмейстера в Дрездене ненадолго удовлетворило его профессиональные амбиции. Причиной невзгод стала война с Наполеоном, которого Гофман стал воспринимать фактически как личного врага. Когда французские войска вступили в Варшаву, Гофман тут же потерял работу, его единственная дочь Цецилия умерла, когда ей было два года, а больную жену пришлось отправить к ее родителям. Гофман перебивается, рисуя и продавая карикатуры на Наполеона. И главное — ему постоянно помогает деньгами второй «ангел-хранитель» — друг по Кенигсбергскому университету, а ныне барон Теодор Готлиб фон Гиппель.В 1813–14 гг., когда окрестности Дрездена в самый разгар войны и последовавшей Битвы народов писатель увлеченно работает над сказкой «Золотой горшок».
После 1815 года Гофман потерял место вынуждён был снова поступить на ненавистную службу, уже в Берлине. Однако новое место давало и заработок, и оставляло много времени для творчества.
Работу юриста Гофман откровенно ненавидел, сравнивал со скалой Прометея, называл «государственным стойлом». Карьера юриста складывалась у Гофмана не совсем удачно, несмотря на высокую квалификацию и отлично сданные экзамены, и все из-за его порывистого и саркастичного характера.
Чувствуя отвращение к мещанским «чайным» обществам, Гофман проводил большую часть вечеров, а иногда и часть ночи, в винном погребке, особенно «Люттер и Вегнер». Гофман не заходит более в литературные салоны, вместо того он становится частым гостем питейных заведений. К тому же в театре сгорели все декорации к его опере «Ундина», что тоже не способствовало хорошему настроению. Расстроив себе вином и бессонницей нервы, Гофман приходил домой и садился писать; ужасы, создаваемые его воображением, иногда приводили в страх его самого. Когда жуткие фантазии начинали выходить из-под контроля, он будил жену и продолжал писать уже в ее присутствии. А в узаконенный час Гофман уже сидел на службе и усердно работал.
Одна за другой в Берлине выходят его книги: роман «Эликсиры дьявола» (1816), сборник «Ночные рассказы» (1817), повесть-сказка «Крошка Цахес, по прозванию Циннобер» (1819), «Серапионовы братья» (1819 — 1821), неоконченный роман «Житейские воззрения кота Мурра вкупе с фрагментами биографии капельмейстера Иоганнеса Крейслера, случайно уцелевшими в макулатурных листах» (1819 — 1821), повесть-сказка «Повелитель блох» (1822).
Гофмана иногда называют романтическим реалистом. Выступив в литературе позднее как старших — «иенских», так и младших — «гейдельбергских» романтиков, он по-своему претворил их взгляды на мир и их художественный опыт. Ощущение двойственности бытия, мучительного разлада между идеалом и действительностью пронизывает все его творчество, однако, в отличие от большинства своих собратьев, он никогда не теряет из виду земную реальность.
"Он, может быть, первый изобразил двойников, ужас этой ситуации —
до Эдгара По. Тот отверг влияние на него Гофмана, сказав, что не из
немецкой романтики, а из собственной души рождается тот ужас,
который он видит... Может быть, разница между ними именно в том,
что Эдгар По трезв, а Гофман пьян. Гофман разноцветен,
калейдоскопичен, Эдгар в двух-трех красках, в одной рамке".
(Ю. Олеша)
Гофман при жизни был больше популярен не в Германии, а в других странах Европы и в Северной Америке; в России Белинский назвал его «одним из величайших немецких поэтов, живописцем внутреннего мира», а Достоевский перечитал всего Гофмана по-русски и на языке оригинала.
Назначенный в особую комиссию, расследовавшую дела так называемых демагогов — студентов, замешанных в политических беспорядках, и других оппозиционно настроенных лиц, Гофман не мог примириться с «наглым попранием законов», имевшим место во время следствия. У него произошла стычка с полицей-директором Кампцем, и он был выведен из состава комиссии. Гофман рассчитался с Кампцем по-своему: увековечил его в повести «Повелитель блох» в карикатурном образе тайного советника Кнаррпанти. Узнав, в каком виде изобразил его Гофман, Кампц постарался помешать изданию повести. Более того: Гофмана привлекли к суду за оскорбление комиссии, назначенной королем. Только свидетельство врача, удостоверявшее, что Гофман тяжело болен, приостановило дальнейшие преследования.
23 января 1822 года по распоряжению прусского правительства конфискованы рукопись и уже отпечатанные листы «Повелителя блох», а также переписка писателя с издателем. 23 февраля больной Гофман диктует речь в свою защиту; 26 марта Гофман составляет завещание, вслед за чем у него наступает паралич.
В 46 лет от роду Гофман был окончательно истощён своим образом жизни, но и на смертном одре он сохранил силу воображения. У него развилась болезнь спинного мозга, и последние дни своей жизни он провел полностью парализованным, созерцая мир лишь в открытое окно.
24 июня паралич достигает шеи. 25 июня в 11 часов утра Гофман умирает. Похоронен на Иерусалимском кладбище Берлина в районе Кройцберг. На могиле Гофмана написано: «Он был одинаково хорош как юрист, как литератор, как музыкант, как живописец». Через несколько дней после похорон его имущество идет с молотка для рассчета по долгам с кредиторами.
Жизни Гофмана и его произведениям посвящена опера Жака Оффенбаха «Сказки Гофмана» и поэма М. Бажана «Ночь Гофмана».
Щелкунчик
Литературоведы считают, что эта сказка родилась во время общения писателя с детьми своего друга Хитцига — Мари и Фрицем. Он делал им к ождеству разнообразные игрушки. В те годы в обиходе был и Щелкунчик.
В оригинальном варианте это очень смешная и ироничная сказка. Она напоминает кукольную буффонаду, где в мышей стреляют драже и пряниками.
А война началась из-за сала, которе мышиные солдаты съели во время приготовления королевой ливерных кобас. Разгневанный король объявляет мышам войну и ставит на них мышеловки. Тогда королева мышей превращает его дочь — принцессу Пирлипат — в уродину. На помощь приходит молодой племянник Дроссельмейера, который лихо разгрызает волшебный орех Кракатук и возвращает принцессе ее красоту. Но дальше происходит то, что вы и сами прекрасно знаете...
Сначала балет по «Щелкунчику» хотел поставить Мариус Петипа. Он хотел приурочить постановку к столетию французской революции. Но идею сделать спектакль с отрывками «Марсельезы» и танцами санкюлотов на императорской сцене пришлось оставить. Петипа отдал переделывать постановку Льву Иванову, а музыку заказали Петру Чайковскому. Но делалось все это не по оригиналу а французской переделке, сделанной Александром Дюма. У него сказка превратилась в мелодраму. Из сюжета при этом полностью вылетела история про орех Крактук, и не читавший книгу отныне не мог знать, откуда же взялся Щелкунчик. Зато к путешествию по царству сластей Чайковский написал замечательную музыку для экзотических танцев — «Шоколад», «Кофе» и «Вальс цветов».
Музыка впервые прозвучала в Петербурге 7 марта 1892 года в одном из симфонических концертов Русского музыкального общества, где дирижировал сам автор. А уже 6 декабря 1892 года на сцене Мариинского театра в Петербурге с не меньшим успехом прошла и театральная премьера балета.
Музыка Чайковского легла и в основу советского мультфильма про Щелкунчика, созданного в 1973 году.
Интересные факты
Первоначально его звали Эрнст Теодор Вильгельм, но, как поклонник Моцарта, Гофман изменил имя в 1805 г. Псевдоним его как композитора — Иоганн Крейслер.
Литературный кружок, образованный М. Зощенко, Л. Лунцем, В. Кавериным и др., носил название «Серапионовы братья», как и сборник рассказов Гофмана.