Стало известно, почему парад Победы принимал Жуков, а не Сталин

Есть кадры, которые можно смотреть бесконечно. Снимавшие 24 июня 1945 года на Красной площади кинодокументалисты запечатлели момент абсолютного и полного счастья всей страны.

До конца своей жизни все участники Парада Победы в июне 1945 года на Красной площади будут вспоминать этот день. Леонид Ильич Брежнев уже стал Генеральным секретарем ЦК КПСС, хозяином страны, но и он был очень доволен, когда на день рождения фронтовой фотокорреспондент Яков Халип преподнес ему снимок, на котором запечатлел бравого и веселого генерала на Красной площади. Генерал Брежнев участвовал в параде в качестве комиссара сводного полка 4-го Украинского фронта. фото: ru.wikipedia.org На белом коне

12 июня 1945 года маршалу Георгию Константиновичу Жукову вручили в Кремле третью «Золотую Звезду» Героя Советского Союза. Через несколько дней его пригласил к себе на дачу Сталин. Спросил, не разучился ли маршал ездить на коне.

Жуков ответил:

— Нет, не разучился, да и сейчас продолжаю упражняться в езде.

— Вам придется принимать Парад Победы, — сказал Сталин.

Жуков дипломатично заметил, что парад по праву и обязанности следует принимать Верховному главнокомандующему. Но Сталин сказал:

— Я уже стар принимать парады. Принимайте вы, вы помоложе.

Прощаясь, Сталин заметил:

— Советую принимать парад на белом коне, которого вам покажет Буденный.

Считается, что Сталин отказался, потому что объехать войска, выстроенные на Красной площади, надо было на коне. Говорят, что Сталин даже пробовал ездить верхом. Но не получилось. Все-таки ему было шестьдесят шесть лет, а в кавалерии он не служил в отличие от маршала Жукова, чья военная карьера начиналась с драгунского эскадрона…

На самом деле он мог принять парад, стоя в открытой машине. Так делал нарком по военным и морским делам Лев Троцкий в двадцатые годы. Сталин не захотел исполнять эту роль, потому что это поставило бы его вровень с другими военачальниками. А вождь мог быть только над всеми, на трибуне Мавзолея.

Солдатский долг

Командовал парадом маршал Константин Константинович Рокоссовский. Считается, что низенькие не выносят высоких: терпеть не могут задирать голову, разговаривая с ними. Сталин не завидовал людям высокого роста, зная, что в любую минуту может укоротить любого из них, снеся ему голову с плеч. Напротив, статные и красивые генералы ему импонировали. Особенно когда они приносили удачу.

А маршал Рокоссовский не был человеком амбициозным, он не только не говорил, но и даже не думал о своей особой роли. И не выносил командиров, которые отдавали приказ: стоять насмерть! За этим приказом, по мнению Рокоссовского, стояла профессиональная беспомощность. Он не считал возможным требовать от солдат, чтобы они стояли насмерть и умирали, компенсируя бездарность своих командиров. Он искал и находил военное решение, которое позволяло с блеском выполнить задачу без лишних потерь. Он действительно жалел своих солдат.

Когда в конце жизни написал воспоминания, ему предлагали разные названия. Он все отверг, сказал: слишком пышно. И назвал книгу просто — «Солдатский долг».

В Параде Победы участвовали сводные полки всех фронтов — от Карельского до 4-го Украинского — и сводный полк Военно-морского флота, а потом еще шли сводный полк наркомата обороны, слушатели военных академий, курсанты военных училищ, войска Московского гарнизона. Не повезло летчикам: из-за нелетной погоды они не смогли пролететь над Красной площадью.

Маршальская справедливость

Первым на Красную площадь вступил сводный полк Карельского фронта. Командующий — маршал Кирилл Афанасьевич Мерецков. Сталин отличал Мерецкова и поручил ему руководить финской кампанией. Затем назначил начальником Генерального штаба. А 24 июня 1941 года генерал армии Мерецков был арестован. Его жестоко избивали. Но ему повезло. Сталин передумал и велел его освободить. Войну он провел на Волховском фронте. В 1944-м принял Карельский.

Ленинградский фронт. Командующий — маршал Леонид Александрович Говоров. Уникальный человек, ему простили даже службу в колчаковской армии в Гражданской войне. Отличился в финскую кампанию. Профессиональный артиллерист, Говоров получил под командование общевойсковую армию и хорошо с ней справлялся. Он оборонял Москву в сорок первом. Он прорвал блокаду Ленинграда и заставил Финляндию выйти из войны.

1-й Прибалтийский фронт. Командующий — генерал армии, будущий маршал Иван Христофорович Баграмян. Хорошо образованный и подготовленный военачальник, испытавший все трудности войны. Когда немцы прорвались к Харькову в 1942 году, Баграмяна хотели отдать под трибунал. Но Жуков вступился за Баграмяна. Командуя фронтом, Иван Христофорович освобождал Прибалтику, где была сильная Курляндская группировка немецких войск. Он взял Кенигсберг (ныне Калининград).

3-й Белорусский фронт. Командующий — маршал Александр Михайлович Василевский, который во время Великой Отечественной возглавил Генеральный штаб, потом он станет военным министром.

Перед концом войны он побывал в одной из своих бригад. Смотр. Василевский обратил внимание на солдата, на гимнастерке которого ни одной награды:

— Что ж ты? Плохо воевал?

— Нет, товарищ маршал. В атаку сходишь — ранят. Отправляют в госпиталь. Отваляешься, снова в пехоту, а тут опять ранят. Не успевали награждать, товарищ маршал.

— Сколько ранений?

— Пять.

Маршал отдал солдату честь и так, чтобы слышал весь строй, торжественно произнес:

— За мужество, проявленное в боях против немецко-фашистских захватчиков, награждаю вас орденом Боевого Красного Знамени!

Солдаты были потрясены этим проявлением справедливости. Судьбы командующих

2-й Белорусский фронт. Командовал фронтом Рокоссовский, поэтому сводный полк вел по Красной площади его заместитель — генерал-полковник Кузьма Петрович Трубников. В Первую мировую он удостоился четырех Георгиевских крестов, участвовал в знаменитом Брусиловском прорыве.

1-й Белорусский фронт. Командовал фронтом Жуков. Поэтому полк тоже вел его заместитель — будущий маршал Василий Данилович Соколовский, до этого первый заместитель начальника Генштаба. Прирожденный генштабист. Командные должности давались ему труднее.

1-й Украинский фронт. Командующий — маршал Иван Степанович Конев, он потом станет первым заместителем министра обороны. Ему тяжело дался первый период войны. А потом он одерживал громкие победы. Его войска форсировали Днепр. Он брал Берлин и Прагу.

4-й Украинский фронт. Командующий — генерал армии Андрей Иванович Еременко, будущий маршал. Одаренный военачальник, смелый, решительный. Но очень самоуверенный. В сорок первом его вызвали к Сталину. Еременко твердо обещал разгромить «подлеца Гудериана». Хайнц Гудериан — создатель немецких бронетанковых войск. Уверенный в себе генерал страшно понравился Сталину:

— Вот человек, который нам нужен в этих сложных условиях.

Разгромить Гудериана в сорок первом Андрею Ивановичу не удалось. Но расположение вождя он не утратил. А потом пришли и победы. Он заставил капитулировать 6-ю армию Фридриха Паулюса под Сталинградом. Он освобождал Белоруссию. Он взял Ригу. И добивал немцев на территории нынешней Чехии.

2-й Украинский фронт. Командующий — маршал Родион Яковлевич Малиновский, будущий министр обороны. В историю он вошел как полководец, осуществивший Ясско-Кишиневскую операцию — одну из самых крупных во Второй мировой. Она закончилась разгромом большой немецкой группировки. Он вел кровопролитные бои на территории Венгрии, он брал Вену. Войну завершил участием в войне с Японией.

И, наконец, самый южный из фронтов — 3-й Украинский. Командующий — маршал Федор Иванович Толбухин. Он выбил немцев из Донбасса и из Крыма, освободил Белград, Софию, Бухарест. Самый скромный из всех командующих. И рано умер — от сахарного диабета.

Сводный полк наркомата Военно-морского флота вел вице-адмирал Владимир Георгиевич Фадеев. В войну он оборонял Севастополь. А наркомом был Николай Герасимович Кузнецов, высоко почитаемый на флоте человек. Последние годы провел в опале. Как и принимавший парад маршал Жуков…

И, наконец, на Красную площадь вышли части Московского гарнизона. Командующий войсками Московского военного округа — генерал-полковник Павел Артемьевич Артемьев. Осенью сорок первого он готовился сражаться за каждый дом, если бы немцам удалось ворваться в столицу. И это он командовал памятным парадом на Красной площади 7 ноября 1941 года, когда немцы еще стояли под Москвой.

Солдатская нежность

Небо заволокли тучи, пошел дождь. По лицам солдат и офицеров с козырьков фуражек стекали струйки воды. За два часа все вымокли. Но на кадрах сохранившейся хроники это совершенно незаметно.

Участники парада, как и вся страна, были счастливы. Под барабанный бой двести солдат бросили к подножию Мавзолея двести знамен разгромленной немецкой армии. Это был миг торжества для всех, воевавших и невоевавших.

По Красной площади прошли лучшие бойцы и командиры Красной Армии, у некоторых вся грудь в орденах — и это не послевоенные награды за выслугу лет или по случаю юбилея. Это свидетельства мужества и героизма. И как много оказалось таких людей! А было и больше. Всех на парад не позвали.

Войну выиграл советский солдат. И это не красивая фраза. Бойцы и командиры регулярной армии, ополченцы, курсанты военных училищ умело и мужественно защищали родину. И немцы не смогли их одолеть.

Сколько славных, талантливых, не успевших раскрыться молодых людей погибло тогда в боях! Воевали они не за Сталина, не за социализм, не за колхозы. Воевали за свой дом, за свою семью, за свою землю, за родину. «Война принесла с собой апологию мести и жестокости, — писал покинувший Россию после революции религиозный философ Георгий Федотов. — Но та же война разбудила нежность к родине».

Прием в Кремле

На следующий день в Кремле устроили торжественный прием. Вечером главному редактору «Известий» Леониду Федоровичу Ильичеву позвонил вождь:

— Сталин говорит. Это главный корректор?

— Товарищ Сталин, это главный редактор «Известий».

— Так вот, корректор, позвони во все газеты и скажи, что на приеме по случаю Дня Победы было не тысяча двести, а тысяча триста человек.

Ильичев понял, что Сталин празднует уже давно. Связался с коллегами — главным редактором «Правды» и ответственным руководителем ТАСС, чтобы повсюду значилась правильная цифра участников приема.

Брежнев рассказывал, как после кремлевского банкета они с одним знаменитым летчиком зашли в гостиницу «Москва». После полуночи их попросили уйти. Летчик вытащил пистолет и выстрелил в потолок. На следующий день об этом доложили Сталину. Тот благожелательно сказал:

— Герою можно!

Во время войны вождь был снисходителен к военным. И офицеры должны были знать, что вождь разрешает им то, что нельзя прочим смертным.

Вскоре Сталин сделает 9 Мая рабочим днем. 9 Мая станет выходным и праздником — с военным парадом! — через два десятилетия, уже при Брежневе, в 1965 году.