Доколь Урушадзе и иже с ним будут нас дурачить?
Прямо сейчас идет читательское голосование за книги из Короткого списка национальной литературной премии «Большая книга» в 2019 году, все книги доступны для бесплатного чтения до 3 декабря. Об этом недавно поведал руководитель этой премии Георгий Урушадзе. И он предлагает нам: «Следите за премиальным процессом, чтобы быть в курсе литературных тенденций. Произведения-победители составляют лицо нашей литературы начала века».
Действительно, такие новости будоражат читателей от предвкушения, что на литературном небосклоне наконец-то загорится настоящая Звезда! Правда, это эйфория длится, пока не объявят победителя премии. И так по кругу каждый год. Теперь вот зашли на 14-ый круг. Но мы обманываться рады. Это уж потом придут к нам сомнения: толи с писателями у нас что-то не так, толи с премией? Если с последней, то почему?
Пора разобраться. А то уже и новый, пятнадцатый премиальный сезон не за горами: с 15 января до 29 февраля 2020 года начнется приём работ на «Большую книгу».
Кто из нас, листая очередную свежевыпеченную книгу, не восклицал в сердцах. Ну, почему издательства современной худ литературы пичкают нас писательскими «копролитами»?! И не видно конца потоку этих «экскрементов в твердых обложках». А как же сильна Русь талантами, где те?
«Настоящие писатели, как правило, "аутсайдеры", не дружат с нашей "литературной мафией". Они "исключённые", а посему быть им непризнанными», – считает литератор из Питера Николай Кофырин.
Но какая-то странная эта мафия. Наступает на горло собственной песне о Сверхприбылях. Возится с малотиражными, мало кем читаемыми «экскрементами в твердых обложках» себе в убыток. Видно, ошибочно кого-то другого принимают за нее.
Писатель из Калининграда Сергей Сальников подсказывает, что надо искать заказчиков «экскрементов в твердых обложках», это они подмяли под себя издательства. По его мнению: «Именно тем авторам за прокорм необходимо выдавать нужный им продукт». Мысль понятна, кто девушку ужинает, тот её и танцует.
Ну ладно, издательства продавили какие-то заказчики. Но почему победители писательских конкурсов те же авторы, что на фото на «экскрементах в твердых обложках» в книжных магазинах. Ведь в этом состязании должно быть все, как говориться, по чесноку.
Но литератор из Питера и этому не удивляется. По его разумению, так настроен механизм отбора лауреатов. «Прочих – быть может, трижды гениальных! – просто отметают», - уверен он.
Но почему? По каким критериям отбирают победителя премии? Например, в Национальной премии «Большая книга» (у нас самой знаковой).
На недавнем ноябрьском вебинаре руководитель трех главных национальных литературных премий – «Большая книга», «Лицей» и «Книгуру» – Георгий Урушадзе подчеркнул. Национальная премия – это ответственность и репутация, как для организаторов, так и для членов экспертного совета. Механизм отбора исключает возможность выбирать «своих». Цель премии – выбирать лучшие и самые достойные произведения на русском языке. Известность и место жительства автора не имеют значения. Только талант!
Правда, совершенно другое нам говорит бывший член жюри премии «Большая книга», известный литературный критик Сергей Куняев: «На протяжении трёх или четырёх лет я украшал своим присутствием жюри премии «Большая книга». Почему «украшал своим присутствием», а не работал? Таков механизм работы этой премии, который весьма любопытный».
Вы удивитесь, но на словах «весьма любопытный» можно все заканчивать. Даже критику, будучи внутри процесса, не удалось раскрыть этот механизм. Из его слов лишь понятно, что есть некий отбор изначальный для «малого списка». Кто участвует в отборе первоначально, что там сидят за люди, кто вычленяет книги для «малого списка», критику неизвестно по сей день. И когда он как член жюри получал желанный список, то обнаруживал, что там вообще нет ни одного в реальности значимого имени со значимым произведением, а таковы точно выдвигались на премию. «И в результате я уже имею дело, как говорится, со «слитым молоком»… Мне до сих пор не известны принципы отбора», – признается Куняев.
Единственное, что ему оставалось – это дать свою оценку деятельности премии: «Говорить о том, что эта премия делает «классиков»... «Классиков» в кавычках всегда можно сделать на сезон, на два, на три. Эта премия существует десять лет (сейчас уже больше). Кто-нибудь может назвать книгу, которая стала лауреатом премии за эти десять лет, и которая стала событием в нашей литературе, которая была бы у всех на слуху?» Поэтому после третьего своего сезона нахождения в жюри критик подал заявление, чтобы его больше не числили в этом «кукольном театре».
А на прощание он в сердцах, переходя на личности писателей, взрывает скандальную «бомбочку»: «Само по себе наличие Владимира Сорокина в «лонг-листе», а Бориса Хазанова в «шорт-листе» способно, считаю, подорвать доверие к авторитету любой премии».
Невольно же приоткрыл щелочку к механизму Национальной литературной премии «Большая книга» ее председатель экспертного совета Бутов одним своим примечательным признанием: «Я бы был доволен, если бы первую премию получил в этом году Владимир Сорокин. Мне кажется, ситуация для этого созрела…» Видно, эти слова были посылом членам жюри.
Выходит, эффекта от «бомбочки» критика Куняева никакого. Бутову и Сорокину такие «взрывчики» по барабану. Для ник Куняев никто и звать никак. Сорокин и вовсе раскатал губу. Он считает, в России должна быть создана одна очень большая и авторитетная премия за литературное событие десятилетия с размером в один миллион евро. «Эта премия поспорила бы с Нобелевской… Мы все-таки имеем на нее право. Я бы хотел дожить до учреждения такой премии», – заявил Сорокин. Он явно уверен, что снова какой-то «Бутов» заявит: «ситуация созрела для награждения Владимира Сорокина одним миллионом евро»…
Что Бутов и есть Карабас-Барабас, это вряд ли. Он в этом «кукольном театре» тоже кукла, ну, старшая, но никак не кукловод. Что роднит этих кукловодов с мафией, они тоже на свет не лезут. Предпочитают быть в тени.
Может их лучиком высветят сами победители премии «Большая книга»? Писатели народ болтливый, вдруг ненароком проговорятся. Послушаем.
В частности, поэт, писатель и просветитель Дмитрий Быков смачно подоил с двух сосков премиальное «вымя» «Большой книги», которую впору называть «Большой коровой» (БК). И что он сказал: «Из всех видов жульничества… самым надёжным оказалась литература, то есть такой способ разводить лохов, за который они сами платят с наибольшим удовольствием…»
Захару Прилепину тоже удалось прилепиться к одному соску БК. А оторвавшись от него, он, подмигнув нам, молвил: «Ну, вы же понимаете, что это – литературный спорт».
А Леонид Юзефович, когда отоварился от второй премиальной титьки БК, проурчал от везения: «Это такая лотерея».
Наши лауреаты юморят бойко, но их глазки виновато бегают. Ох, нелегко им скрывать, что «девушек» танцуют. Даже за Vivat-кричалками группы поддержки немзеров-архангельских-латыниных. Но, как партизаны, не сдают заказчиков.
Как всегда, ищи cui prodest литературные «копролиты»? И не просто кому выгодно, а кому издавать их, видать, необходимость. Иначе к чему такая тотальность. Ключевыми словами тут являются «необходимость», «тотальность» и «копролиты». Необходимость и тотальность говорят нам о явной борьбе за выживание. «Экскременты в твердых обложках» выдают, что они средство борьбы со своей противоположностью. Если все это синтезировать, то понимаешь, с кем борются наши заказчики: это люди с даром художественного слова. И особенно заказчики боятся их печатного слова… Когда же физическое число таких писателей укоротить сложно (сегодня уже есть риск напороться на международный скандал, санкции), то нужно просто лишить их печатного слова. А пустоту заполонить неважно чем, главное, убедить общество, что других писателей у нас нет.
Осталось выявить лица этих заказчиков-кукловодов.
Вернемся снова к ряду лауреатов премии «Большая корова», который идентичен, как мы помним, раскладу книг на полках магазинов. И внимательно на них посмотрим. Коль этих «девушек» танцуют, то за их плечами должны торчать уши тех, кто ими водит. Заметили те, а теперь немного подпрыгните, чтобы увидеть, чьи они. Правильно: большие рыжие уши – это наших всегда влиятельных либералов, а серые поменьше – власти. Последняя или проиграла в борьбе или бросила кость первым. Поменьше уши ее тоже устраивают. Здесь цель-то у них общая – заменить художественную литературу «копролитной». И совместными усилиями они это сделали! Ни нового Пушкина, ни Белинского, ни Толстого у нас нет, и не предвидится в будущем.
А представим, если б те были в жюри БК. Что, Бутов призвал бы членов жюри вручить премию «Большая книга» Сорокину? Да того не включили бы даже в «лонг-лист». То-то была бы «бомбочка», пострашнее куняевской. Ну хорошо, Бутов не пригласил бы в жюри Пушкина, Белинского и Толстого и включил бы Сорокина в «шорт-лист». Тогда Белинский и Толстой своим пером разнесли бы в пух и прах Бутова, Сорокина и всю их камарилью. Вслед негодовала бы вся Россия. А от эпиграмм Пушкина она бы над ними ржала… Вот такое оно авторитетное слово.
Исторически число личностей с авторитетным словом в российском обществе начало резко сокращаться еще в первой половине прошлого века. Во второй же половине – было сведено к минимуму. До сегодняшнего их полного отсутствия.
Да, нас накрыло мрачное время безавторитетного слова. Конечно, это время никакими заклинаниями не прогонишь. Но и безропотно перелистывать навязываемые нам «экскременты в твердых обложках» надоело. Предлагаю в ответ создать рейтинговый – «Большой мешок литературного Г…» И бросать туда книги авторов, которых танцуют ушастые. И каждый, набив свой «мешок», разошлет его этим авторам и бутовым для ознакомления. Дойдет он и до заказчиков. Интернет нам поможет…
Сегодня свой рейтинг «Большой мешок книг литературного Г…» я начну с тех лауреатов премии «Большая корова», кого звонче навязывают нам.
Если по какому-то автору у меня есть сомнения, бросать ли его книги в мешок Г… то есть подсказка. Проверить их по двум спискам лучших книг. Есть главный – список 110 мировых художественных книг. Как он образовался? Ранее классик сказал, что в мире есть всего 100 стоящих книг. После его оценки, спустя полтора века, в него добавилось еще с десяток книг. Не более. Второй – список 51 стоящая книга русских писателей. Оба этих списка книг составил капитан современной русской словесности. Чтобы привести в статье названия и фамилии авторов всех 110 мировых книг и 51 стоящую книгу русских писателей в полной мере потребуется куда больше места, чем мы сейчас имеем. Поэтому я приведу из каждого списка только по три первых книг и одной замыкающей. Для ориентации достаточно. Итак, из первого списка: И. Гёте «Фауст», Ф. Достоевский «Братья Карамазовы», У. Шекспир «Гамлет», …… Г. Маркес «Сто лет одиночества». Из второго списка: Ф. Достоевский «Братья Карамазовы», Л. Толстой «Война и мир», А. Пушкин «Евгений Онегин», …. В. Ерофеев «Москва-Петушки» (это пятидесятая книга, о 51 ниже).
Для разминки я начал составлять свой рейтинг «Большой мешок книг литературного Г…» с
ПРОСВЕТИТЕЛЯ
Думаю, я не ошибся, когда все романы с их кондовым вымыслом и длиннотами, а также все сборники стихов «разводить лохов» просветителя, дважды сосца БК я сразу бросил в «Мешок литературного Г…» Даже не стал смотреть в списки-подсказки (кто сомневается гляньте). С таким мешком он уже явно не попрется в третий раз к премиальной корове, его запах той может не понравиться и боднет…
Зато как заиграло в мешке поэтическое признание просветителя: «Что ни напишешь, выходит все тот же я «Г…»
ЛИТЕРАТОР-СПОРТСМЕН
Книги этого писателя, который видит в премиях литературный спорт, не будем с ходу бросать в «Мешок литературного Г…». Человек-то, вроде, хороший. Ну, знаю, что это не профессия. Но вдруг он действительно включился в премиальную дойку чисто из спортивного интереса, азарта. И ненароком стал победителем. На самом же деле пишет стоящие книги. Так проведем их по рейтингу.
Конечно, вспоминать о списке 110 мировых книг не будем. Сразу захожу во второй список… Книг этого литератора-спортсмена там нет. Увы, их место тоже в «Мешке литературного Г…»
ЛОТЕРЕЙЩИК ВЕЗУНЧИК
Этому писателю, который видит участие в премиальной дойке лотерею, дважды выпал из барабана счастливый шар. Будем опять же непредвзятыми, не будем махом кидать его книги в мешок. Может, он просто такой везунчик. И у него полно стоящих книг.
Конечно, проверяем тоже сразу по второму списку… Увы, там нет ни одной книги нашего везунчика. Значит, прочь сомнения! Кидаем их в наш «Мешок Г…»
Но не все писатели, навязываемые нам ушастыми, стали победителями премии «Большой коровы». Место-то одно, а их много. Но в «лонг-листе» и «шорт-листе» этой премии то же есть любопытные экземпляры. Да еще какие!
ОТЕЦ КОПРОФАГИИ В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ
О нем можно рассказывать долго. Но главное, его книги – это хорошая подготовка перед модной ныне фекатерапией. Причем, он не какой-то там тренеришка. В русской литературе (а может, и мировой) он родоначальник виртуальной копрофагии. Правда, кому фекатерапия не прописана, лучше его книги не читать. Не портить себе аппетит картинами поедания собственных или чужих экскрементов. Хотя с виду он похож на гусара (см. фото), но внутри чистый улан. Не удивительно, что он большой мастер и виртуальной садомии. Ну, если и уступает в этом искусстве Маркизу де Саду, то чуть-чуть.
Вроде бы, книги отца литературной копрофагии уже по запаху от их истоков нужно бросать сразу в мешок Г... Однако, надо быть объективными. Все же у него два серебра и бронза от «Большой коровы». Конечно, речи о вхождении книг этого писателя в список 110 стоящих мировых книг не может быть, коль туда не входят книги даже Маркиза де Сада. Но вдруг хотя бы одна книжонка отца литературной копрофагии затесалась в список 51 стоящей книги русских писателей?
Итак, захожу в список… Все! «Вроде бы» в начале предложения предыдущего абзаца можно смело убирать. Ни одной книги отца литературной копрофагии в списке нет. Короче, со спокойной совестью кидаем книги этого улана в литературный «Мешок Г…»
ПОДОИВШИЙ КОЗОЧКУ…
Пожалуй, из «шорт-листа» премии БК он единственный писатель, кого еще можно читать. Он не глубок, но наблюдателен, проницателен, остроумен. И скромняга. Один журналист поставил его на постамент лидера современной русской словесности. Тот решительно спрыгнул с него. Нет, возразил он. Это место капитана русской словесности. А он лишь лейтенант. Я же говорю, скромняга. Может, поэтому, он ни разу не стал победителем премии «Большой коровы», хотя как-то ему там бросили бронзу. Видно, не совсем свой, но жюри дало слабину, уступило под напором толпы почитателей лейтенанта. И он словно подоил пасущуюся рядом с БК козочку...
Книги лейтенанта русской словесности лично я сомневаюсь все махом бросать в «Большой литературный мешок Г…». Заглянем в наши списки от капитана русской словесности.
Конечно, в списке 110 мировых книг его искать не будем. Понятно почему. А вот чтобы убедиться, что я все-таки прав на счет «его еще можно читать», зайдем во второй список. Одна книжонка лейтенанта туда затесалась. Да-да, на скромное, как он сам, место под №51, какая вы сами догадались. Видите, я не ошибался на счет лейтенанта. Все-таки бывают маленькие заштатные премиальные случаи.
Но не БК единой живо премиальное пространство России. Есть и другие литературные премии. Их победители тоже толкаются на полках магазинов.
С КОСЫНКОЙ
Даже удивительно, что эту писательницу с косынкой к соскам «Большой коровы» не подпустили. Ей досталась лишь премия «Триумфа». Обидно за нее. Уж больно ее физиономия неотступно всплывает у меня перед глазами как символ, когда вспомнишь о современных российских писателях либерального крыла. Лично я ее книги сразу бросил бы в большой литературный «Мешок Г…» Но, возможно, это мое субъективное мнение.
Но каким бы оно не было, книги этой писательницы никогда не входили и не войдут в список 110 стоящих мировых книг, зуб даю. Итак, открываем второй список… Не подвело меня мое чувство: где место ее книгам.
ПОСЛЕДНИЙ ПИСАТЕЛЬ ИМПЕРИИ
После писательницы с косынкой я просто не мог пройти мимо писателя из противоположного ей крыла. Да и либералы обидятся, обвинят меня в однобокости. Но физиономия этого литератора тоже неотступно маячит у меня перед глазами как символ, когда вспоминаешь о писателях так называемого патриотического крыла. Этот писатель империи тоже не дояр «Большой коровы», однако лауреат даже двух премий «Ленинского комсомола» и «Нацбеста». Это вам не лаптем щи хлебать.
Я быстро перешел к списку 51 стоящей российской книги. Для чистоты эксперимента. Нет, ни одной книги этого последнего литературного солдата империи капитан русской словесности не включил в свой список. Не ведется он даже на забронзовелость лауреатов.
Остается лишь одна непонятка с этими двумя последними писателями. Если они два крыла одной бездарной птички, то, как она летает? В полете эти два крыла перегрызутся же…
P.S. Ох, не просто будет нашему капитану отбиваться за свои рейтинговые списки книг от такой своры лауреатов. Да и заказчики, «Бутовы» тоже понимают, вакансия «Капитана российской словесности» для них опасна, если не пуста.