Морской сюрприз для Гитлера. Мемуары адмирала Кузнецова

Мало кто вспоминает, к большому сожалению, героические бомбардировки Берлина еще в 1941 году морскими лётчиками Балтфлота. При этом похожую историю легендарной авиации дальнего действия Александра Голованова знают почти все.

Мы как-то рассказывали про героического полярного лётчика Водопьянова. Как он на обычном гидросамолёте без радио в первый же день Войны добрался с Енисея до Москвы.

Как вытребовал у Сталина право лететь бомбить Берлин. И как в первом же рейде повёл авиагруппу тяжелых бомбардировщиков по сверхдальнему маршруту. Но это история традиционной военной авиации.

Удивительно, но адмирал Кузнецов в своих мемуарах вспоминает похожую историю, только про авиацию военно-морскую. Казалось бы, морские лётчики имеют свои довольно узкие задачи: сопровождать конвои, прикрывать с воздуха морские базы. Для регулярной войны в воздухе эти соединения как бы и не вполне предназначены.

Обратимся к мемуарам легендарного адмирала. Да-да, это тот самый Николай Кузнецов, благодаря которому наш флот встретил двадцать второе июня во всеоружии. Тот самый, в честь которого назван последний советский, а ныне российский тяжелый авианосный крейсер.

После первого дерзкого налёта германцев на Москву в июле 1941 года советские моряки загорелись идеей ответного удара по Берлину. Первые же расчёты показали, что от Ленинграда авиация с бомбовой нагрузкой до вражеской столицы просто не дотянет.

Даже дальние бомбардировщики третьей серии с форсированием и минимальной нагрузкой в три четверти тонны бомб вернуться из такого полёта просто бы не смогли. Пришлось бы садиться на оккупированной врагом территорией, а это неизбежный плен.

Моряки предложили использовать дальний аэродром на острове Эзель. Для тяжелых машин он годился не слишком, но выбирать не приходилось. Но даже оттуда достать дальше нынешнего Калининграда не получалось.

Опытные морские лётчики подсчитали, что на пределе задача всё же решаема. Если лететь строго прямым курсом на Берлин, лететь без наземных ориентиров, на самой выгодной высоте, морским маршрутом. Если не мешкать при бомбометании, а сразу же ложиться на обратный курс. Если повезёт с погодой. Очень много разных "если".

Адмирал Кузнецов пишет, что риск был огромный. Для того времени вылет на дальность почти тысячи километров и обратно с бомбовой нагрузкой - дело почти немыслимое!

Даже если сложатся все "если" - садиться домой придётся с почти сухими баками. Любая задержка, накладка в полёте и не дотянуть до своих.

Принять такое решение ни Кузнецов, ни командир авиации ВМФ Жаворонков не могли. Пришлось ехать в Ставку к Сталину.

Сталин долго сомневался, приглашал специалистов, советовался. В итоге было решено снизить бомбовую нагрузку до полутонны - двух бомб по двести пятьдесят килограмм каждая. И план операции был утвержден.

На прощание Сталин задержал Кузнецова и еще раз повторил:

- За эту операцию ответственность на Вас, товарищ адмирал. Личная ответственность. Не забывайте об этом!

Началась уникальная военно-морская операция. Ночными рейсами шли баржи с авиационным бензином и бомбами от Кронштадта, мимо Таллина и на остров Эзель. Сам Таллин был уже окружен фашистами, морские коммуникации патрулировались германской авиацией.

Ко второму августа командующий морской авиацией Жаворонков привел на Эзель пятнадцать дальних бомбардировщиков из первого минно-торпедного полка. Провели несколько пробных полётов с полной загрузкой. Трудно, но опытным лётчикам удалось поднять машины с небольшого аэродрома.

Ночью седьмого августа началась операция возмездия. Пятнадцать бомбардировщиков шли группами под командованием полковника Преображенского, капитанов Гречишникова и Ефремова.

Шли без прикрытия истребителями, которые не могли сопровождать на таком расстоянии. В случае обнаружения фашистами самолёты оказались бы почти беззащитны. Но морской риск и удача не подвели - такой наглости враг не ждал.

Берлин на удивление оказался ярко освещен. Британская авиация почти не беспокоила немцев и соблюдать светомаскировку было просто не нужно.

Отбомбились наши лётчики красиво, по отлично видимым военным целям. Вызвали этим нешуточную панику у фашистов.

Самое забавное, германцы не смогли поверить, что в этот раз их бомбили русские из далёкого и сломленного, как кричала геббельсовская пропаганда, СССР. Берлинские газеты утром вышли с сообщением о британском налёте и якобы шести сбитых английских самолётах.

Только когда военное ведомство Британии сообщило, что в эти числа вылетов на Германию не было, пришлось признать советскую бомбардировку. Да и байка про шесть сбитых английских бомберов куда-то делась.

Наша морская авиация летала с военно-морскими подарками Гитлеру целый месяц. Был произведён десяток авиа-налётов, сброшено три сотни бомб.

За героические, немыслимые для немцев вылеты целый ряд военно-морских лётчиков были представлены к Золотым Звездам Героев. Среди них Преображенский, Хохлов, Гречишников, Ефремов и Плоткин.

Подробнее об этой истории можно прочитать в замечательных мемуарах адмирала Николая Кузнецова "Курсом к Победе". Вечная слава Героям!