На грани запретного. Почему в России не готовы к откровенному кино о женщинах и любви

Почему многие смутились «Верность» кинематографисты-курортники приняли хоть и с овациями, но в то же время смущенно. Во время фестивального показа фильма в зале сдавленно смеялись, в том числе на постельных сценах (в основном, как показалось, мужчины). На пресс-конференции критики в летах, краснея и аккуратничая, спрашивали, как же им «ну, это» удалось снять и как отреагирует мама. Очевидно, к разговору о сексе на таком уровне «Кинотавр» оказался не готов. Нигина Сайфуллаева (34 года), сама замужем за режиссером Михаилом Местецким, сдержанно отвечала на абсурдные вопросы, которые относились и к ней самой. Такую же реакцию фильм, кажется, вызвал и у жюри, ему дали самую третьестепенную, необязательную награду — диплом, употребив совершенно издевательскую, даже хулиганскую формулировку «За безграничную веру актеров в режиссера». То есть авторы формулировки подразумевают, что в таком разврате можно было сниматься, только если очень сильно доверяешь Сайфуллаевой, или задумка была и того превратнее: фильм получился не очень, зато голые актеры — герои, хотели намекнуть члены жюри во главе с актером Хабенским. Впрочем, фестивальные ошибки жюри забываются быстро, куда раньше, чем фильм обычно выходит в прокат. «Кинотавр» — на неделю, кино — навсегда. Нигина Сайфуллаева «Верность» или «Ревность» Действие происходит в Калининграде, городе европейской архитектуры и заселенной туда по решению Потсдамской конференции русской ментальности. Впрочем, эти же категорически не примечательные события могли бы произойти с кем угодно в любом городе, и в Европе тоже. Таким образом Сайфуллаева, видимо, подчеркивает, что даже в такой якобы ханжеской стране все то же самое, что и у людей везде. Более того, сюжет подчеркнуто не важен и описывается парой предложений: у молодой пары кризис, жена Лена (Евгения Громова), подозревая мужа Сережу (Александр Паль) в нелюбви и измене, начинает спать со случайными встречными. Лена — гинеколог, которая может и плод в животе беременной голыми руками перевернуть в правильную сторону, но не может разобраться ни в своем браке, ни в своем естестве. Фильм построен калейдоскопом: привычное течение жизни Лены прерывают знакомства с несколькими незнакомыми и знакомыми мужчинами, пациентками, и еще муж, муж, муж. Встречает она его дома, каждый раз будто неожиданно, с желанием снова увидеть и в то же время с понятным отстранением, с болезненной любовью, которая с годами притупилась. Верность вступает в противоречие с ревностью (так фильм и назывался изначально — «Ревность»). Объяснений подобной ситуации приводят в критических текстах немало: героиня по разным оценкам оказывается и страдающей/наслаждающейся гиперсексуальностью, и просто нимфоманкой. Так легко, впрочем, все не объяснить: изменяет Лена подсознательно, по наитию, многое проходит за пределами фокуса ее восприятия. Все куда сложнее. Первое, на что обращаешь внимание в фильме — естественность, антипорнографичность постельных сцен, которых много, отчего, видимо, проектом заинтересовались продюсеры онлайн-кинотеатра ТНТ-Premier, которые собираются выпустить фильм сначала в прокат, а потом уже — для домашнего просмотра, где картина будет, кажется, более уместна. Это очень красивое, возбуждающее кино, совсем не порно, но ради него актеров уже попросили раздеться и двигаться так, словно они друг в друге, значит, в «Верности» уже пройден какой-то важный барьер. Каждая откровенная сцена — особенная и оставляет с разными эмоциями: страхом, волнением, радостью. Ближе к концу — примирительный секс главных героев, безупречно срежиссированный с точки зрения хореографии. Другой вопрос, что на такой витиеватый вопрос о том, как именно любовь и страсть управляют нами, как жить с одним человеком и (не) спать с другими, не может и не должно быть дано точного ответа. Сайфуллаева и не стремится его давать. Это вовсе не детальное обсуждение трепетной темы, а просто начало разговора, первые вежливые слова. Даже не слова, а так, прелюдия, одни касания. Прежде всего режиссер стремится показать обычного человека со своими желаниями и чувствами, безотносительно политической и экономической ситуации в стране и в мире, без поправки на мнение общества и окружающих. В этом фильме говорят не как на сцене (собственно, как Сережа, который служит актером в молодежном, но провинциальном театре), а как в жизни. Но если продолжить сравнение фильма с сексом, которое в данном случае неизбежно напрашивается, то это кино полутонов, намеков и тихих вздохов ощущается как чувственный, тактильный, страстный секс, но без итоговой разрядки. Сайфуллаева избегает однозначности в финале, фильм словно сидит у зрителя на коленях, а потом уходит, оставив в некотором недоумении. Впрочем, как говорит в «Верности» податливый и милый герой Сережа (блестящая, возможно, лучшая роль Александра Паля), это и не самое главное. А как было раньше? «Верность» объявили на «Кинотавре» едва ли не революционным фильмом, говорящим о сексе теми словами, которые раньше никому не приходили в голову. Простое, человеческое, житейское отношение к делам постельным — это у нас уже провокация и радикализм. «Осень» может считаться первой симфонии советского эротизма — с пшеничными усами и роговыми очками» Сложно сходу вспомнить российские фильмы, претендующие на такой уровень интимности. Сайфуллаева (такой вывод можно скоропалительно сделать всего по двум ее фильмам) выступает в своеобразном «поджанре», который даже на Западе не слишком распространен: постельная драма/трагикомедия в пастельных тонах — без, например, французских вульгаризмов и хардкора и без болтливости, присущей американскому мамблкору (среди которого тоже встречаются замечательные и очень близкие к телу и душе фильмы, из последнего — сериал Easy на Netflix). Совсем дальним предвестником сверхновой искренности можно считать «Осень» Андрея Смирнова 1974 года. Там довольно сложная коллизия (еще не разведшийся муж в кризисе уезжает отдохнуть в деревню с одинокой подругой детства, с которой неожиданно начинается роман), в которой сложнее найти себя сегодняшнего, чем в «Верности». Конечно, это совсем не эротическое кино, впрочем, все равно завернутое за излишнюю откровенность, слишком страстные поцелуи и край женского соска. Но все же, пусть с понятной в контексте советской мелодрамы театральностью, пусть с оговорками, но «Осень» может считаться первой симфонии советского эротизма — с пшеничными усами и роговыми очками. Кадр из фильма «Осень», 1974 год Кажется, едва ли не впервые удалось воплотить на экране трепетную телесность Кире Муратовой (ушла из жизни в 2018) в картине «Настройщик». Это первая работа в ее фильмографии, где случилась сцена поцелуя: сама Муратова не любила эти показушные киношные сцены — и поэтому решила сама поставить поцелуй Георгия Делиева и неподражаемой Ренаты Литвиновой так, чтобы ей самой нравилось на него смотреть. Наверное, такой подход можно считать правопреемником того, что делала на съемочной площадке «Верности» Сайфуллаева: они с актерами даже обсуждали на репетициях, что им нравится в сексе, чтобы постельные сцены получились искренними и чувственными. Впрочем, в последние годы традиционно «скрепное» российское общество все чаще заглядывает себе под одеяло, а следом за ним и кино. Картин все еще очень не много, но они уже довольно известны. Дебютный фильм той же Сайфуллаевой — «Как меня зовут» (2014), где вязкую жизнь российского курортного юга и особенно повседневный уклад одного одинокого невоздержанного мужчины (Константин Лавроненко) смутили две барышни с голыми ногами в коротких шортах, одна из которых — его дочь, а другая ею притворяется (Александра Бортич), но непонятно, кто из них конкретно. Растерянные дети неполных семей всех возрастов встречаются в одной прибрежной халупе, чтобы выяснить, кто из них кто. Этот фильм — экранизация полуэротической грезы о крымском лете с вечеринками, девчонками и морем, там есть и трепетные сцены секса — очень настоящего, словно подсмотренного оператором-вуайеристом. Артовый и провокационный фильм Валерии Гай Германики «Да и да» (2014) — тоже история любви, правда, куда более иносказательная, о тонкой границе между сексом и творчеством. На резкую ручную камеру, от которой многих случайных пассажиров, бежавших из кинотеатров, попросту мутило, снят быт прекрасного в своей сумасбродности художника (Александр Горчилин), в чью весьма богемную проспиртованную жизнь вдруг попадает неприкаянная муза, свободолюбивая молодая учительница (Агния Кузнецова). Их секс столь же импульсивен, как и сами герои. Это не история об обычных М и Ж, как в «Верности», а о выдающихся из ряда вон, и их дикие скоротечные отношения показаны обезоруживающе, животно и чувственно. «Про любовь» (2015, а в 2017 фильм получил продолжение «Про любовь. Только для взрослых» — альманах, снятый несколькими режиссерами, более разнородный и был куда менее открытый в вопросах обнаженной натуры. Но зато это успокоительное терапевтическое кино о любви и сексе в большом городе: как их найти, потерять, чего хотят мужчины и женщины и прочие вопросы о вечном — в поначалу не связанных новеллах, которые потом объединяются в большое полотно с очень симпатичными актерами (от Ренаты Литвиновой до Владимира Машкова) в самых любопытных позах. Большим прорывом для отечественного телевидения после бесконечных «Сладких жизней» и «Бальзаковских возрастов», после гламуризации кино об отношениях в нулевые стали вовсе не устаревшие по смыслу «Содержанки» Богомолова, как многие вдруг решили в этом году, а «Измены» (2015) с Еленой Лядовой. Они были сняты в России, но американским режиссером Вадимом Перельманом. Он дал героине, которая постоянно спит с несколькими мужчинами, в том числе с мужем, и все они не знают о существовании других (сейчас это бы назвали неэтичная полигамия), право самой распоряжаться своей жизнью и телом, но и оставляет ее одну разбираться с последствиями. Сильное про-феминистическое высказывание. Наконец, исчерпывающий фильм о молодых и их любовях — «Аритмия» (2017) Бориса Хлебникова, победитель «Кинотавра» двухгодичной давности, один из самых зрительских фильмов фестиваля за годы (жаль, что жюри образца 2019 совсем об этом забыло). Разгорающийся кризис и развод двух молодых врачей, погруженных в работу куда больше, чем в себя и друг в друга, разрешается на время примирительным сексом, страстным настолько, что он (Александр Яценко) в какой-то момент обнаруживает, что они на кухне, она (Ирина Горбачева) — на столешнице, и под ней — нож. Потрясающее режиссерское чувство тончайших деталей повседневности делает «Аритмию» самым выдающимся отечественным фильмом по теме. Так что в ожидании «Верности» любителям откровенных красивых сцен о настоящем чувстве есть, что посмотреть. А фильм «Верность» выйдет на экраны уже в 2019-м или 2020 году.