Поклонный крест на родной земле

Энтузиасты поставили крест на месте исчезнувшего посёлка Ниновский

17 июня был поставлен одиннадцатый по счету Поклонный крест на месте стертых с лица земли сёл и деревень Свердловской области. И поставлен он был на месте посёлка Ниновский, примерно в 50 километрах от Качканара, между Старой Лялей и посёлком Сигнальный.

Из исторических источников известно, что Ниновский зародился в начале прошлого века как железнодорожная станция и приисковый посёлок. Были в нём кроме станции сельский совет и школа. В 70-е годы осталась только станция с перроном, но и она прекратила своё существование в конце 70-х годов. Какое-то время, когда в поселке еще жили люди, через него ходил автобус от Иса до Старой Ляли.

Я же знаю эту деревню потому, что там жили мои дедушка, бабушка и другие родственники. Поэтому когда в прошлом году от Марины Андрамановой (Жуковец) я узнала, что установка очередного Поклонного креста планируется и на Ниновском, не осталась в стороне от этого события.

И вот свершилось — 17 июня едем устанавливать крест. Общий сбор был на Сигнальном, у дома Григория Делло. Туда съехались на машинах из Качканара, Валериновска, Нижней Туры, Иса и Сигнального. Командовал парадом Михаил Титовец. Тут же увидела отца Максима. Здоровались, кто-то знакомился, кто-то узнавал друг друга, потому что не виделись долгие годы.

Автоколонной тронулись через Ермаковский, в сторону посёлка Сахалин.
Мне было волнительно ехать туда, где не была ровно 50 лет. Перед глазами картинки, которые остались в памяти, когда в деревне ещё стояли избы, жили люди, работала станция и по железной дороге ходил мотовоз. Где были любящие и добрые бабушка и дедушка. В памяти всплывают какие-то отрывочные картинки: вот я бегу к реке, вот сижу у бабушки на коленях, вот играю с собакой, а вот иду на станцию, где работала моя тётя Рая. Память несовершенна, а вот сердце и душа помнят, что мне там было хорошо.

Наверно, каждый по дороге вспоминал что-то, связанное с деревней. Ведь это была целая жизнь, полная радостей и печалей.

Примерно через час мы остановились у больших полян.

— Всё, приехали! — скомандовали наши сопровождающие, те, кто готовил место для установки креста и кто его транспортировал.

Я вглядываюсь в местность и пытаюсь найти знакомую опушку леса, изгиб дороги, увидеть речку Нясьму, на берегу которой, прямо рядом со станцией, и стоял домик Агриппины Романовны и Константина Карповича Волковых, моих бабушки и дедушки. Я не могла узнать ничего! Также не узнавали и мои двоюродные сестры Ирина и Наташа, и моя 87-летняя мама, которая тоже жила какое-то время на Ниновском. Остальные тоже оглядывались в недоумении, пытаясь найти хоть какую-то зацепку.

— Да как же, вот тут стоял дом Сабаниных, вот на этом месте был магазин, — рассказывал какой-то мужчина.

Ещё одна женщина показывала:

— Вот тут жили Кондратовичи, вот тут Жуковцы, а там, у поворота — Симоновы. Их мама ещё работала на станции.

Пока мужчины снимали крест с машины, прикручивали к нему табличку, устанавливали в заранее подготовленную ямку, мы знакомились друг с другом.

— Вы Волковы? — спрашивали какие-то подходившие к нам люди. — Внучки Романовны, которая жила в доме у речки? А это Люба, её дочка? А я Николай Леонтьев… Трофимовых помните?
— Вовка Симонов? Это ты? – узнала в мужчине в очках своего давнишнего знакомого моя сестра Ирина. — Я помню тебя, хотя мне было лет девять, а ты был старше меня и казался таким взрослым, высоченным…

Диалоги, диалоги… Слышались когда-то знакомые, но забытые фамилии: Трофимовы, Сабанины, Костюковичи, Маляревичи, Жуковцы, Роут, Симоновы, Волковы, Хвощевские, Безбородовы, Леонтьевы, Зорины. Хотя нас и собралось чуть больше 50 человек, но непосредственно тех, кто жил в деревне или их потомков было 11 человек.

Из старожилов были только моя мама Любовь Волкова и Раиса Жуковец. Обе уже в возрасте, с палочками. При установке креста и при молебне они сидели как почетные гости, на раскладных креслах и были самыми дорогими гостями этого действа.

Отец Максим отслужил молебен и освятил крест. Всё было и торжественно, и радостно, и печально. У многих на глазах были слёзы. Об истории посёлка рассказал краевед, историк Михаил Титовец:

— До сегодняшнего часа ничего не напоминало, что здесь когда-то был поселок, жили люди. Сейчас об этом будет напоминать Поклонный крест. В 1902 году астраханский купец Константин Петрович Воробьев покупает на Урале большое земельное владение. И начинает строительство железной дороги. Железная дорога в простонародье так и называлась воробьевской. Легко сказать — построить железную дорогу! Точной даты основания поселка нет — 1904-1905 год. Сначала появляется железнодорожная станция, потом появляется поселок Ниновский. Сам Воробьев занимался только лесом. А вот уже его потомки начали тут мыть золото, платину. И даже создали целое акционерное общество «Нижнепавдинское акционерное общество». По моим подсчетам, это общество включало 11 приисков, в том числе и Ниновский. Здесь собрались люди, которых какие-то ниточки связывают с этим поселком. Так вот пока живы дедушки и бабушки, расспрашивайте их и записывайте!

В советское время был добротный поселок. Какое-то время здесь школа была, сельский совет, станция. Не поддается исчислению, сколько старых поселков: столыписких, переселенческих, спецпереселенческих было и исчезло с лица земли. Спасибо в данном случае Марине Жуковец, крест на Ниновском — это была её инициатива. Спасибо нашим славным охотникам, которые его привезли. Спасибо отцу Максиму, который всегда с нами! — сказал Михаил Иванович.

После молебна, тут же на поляне, накрыли большой общий стол. И снова разговоры, воспоминания.

Мне же очень хотелось найти место, где стоял именно наш дом. Он был на горке над рекой, сразу за станцией, у моста через Нясьму. На той стороне мост упирался в небольшую лесистую горку. Горку эту мы с сестрой Ириной определили и пошли к ней, как к ориентиру. Места нашего дома мы так и не нашли, потому что по реке прошла драга.

Очень хотелось ещё пообщаться, повспоминать, но люди стали разъезжаться. Поехали и мы. Хотели заехать на Сахалин, посмотреть, что осталось от посёлка. Мама моя там какое-то время работала воспитателем. Но не могли найти свороток к поселку, заплутали (связи там нет, и попутчики наши уехали вперёд), поэтому решили не рисковать и возвращаться в Качканар.

Остаток субботы и воскресенье прошли под впечатлением о поездке. Рассказы, воспоминания, старые фотографии…

— Когда я увидела, что осталось от нашего Ниновского, — сказала мама, — у меня ком к горлу подкатил и слёзы подступили к глазам. Очень тяжело. Как будто тут и не жил никто, и не работал, не пахал землю, не растил детей.

Но это всё живо в нашей памяти. А теперь ещё появилось место, куда можно приехать и просто постоять на родной земле.

Лариса Плесникова