Инспектор Турков

В 1961 году Виталий Тур­ков начал свою трудовую деятельность в Качканар­ской автобазе №5, а через девять лет надел мили­цейскую форму. И снять ее пришлось только спустя 25 лет, всё это время наводя порядок на дорогах Кач­канара.

Непоседливая натура

— Побросало меня по жизни, — с веселой искрой в глазах рассказывает ветеран ОВД, капитан в отставке Ви­талий Турков. — После ар­мии, в начале 60-х, порабо­тал и на рыболовной путине, и в северных геологоразвед­ках, вербовался на стройки.

Высок ростом, сухощав и жилист по сложению, был вынослив, ответственен и до­бросовестен в любой работе. Неприхотлив в быту. Легкий в общении, энергичный и подвижный, обладал в то же время твердым характером, и принципиальностью. Охот­ник и рыбак заядлый. Непо­седливая натура его не давала долго оставаться на одном ме­сте. Всегда хотелось испытать что-то новое, неизведанное.

В отпуск, в райцентр Ко­стромской области, приез­жал с подарками родителям и многочисленным род­ственникам. Считался среди земляков парнем состоя­тельным, даже богатым, с се­верных-то заработков.

Однажды прочитал в газе­те «Советская Россия» статью под заголовком «Наступле­ние на большой Качканар».

— Сотни машин там ждут крепких шоферских рук, ударная молодежная строй­ка, небывалый в мире стро­ится комбинат, — до сих пор помнит эту статью Турков. — Как тут было не соблаз­ниться, не загореться?

Приехал. Неуютные тес­ные бараки для жилья, без­дорожье, грязь по самые голенища сапог не особо смущали. Но со временем обустраивался, обживался городок. Закатывался в ас­фальт центр, отступала на­доевшая липкая глина.

Пролетело без малого де­вять лет. Работая на лесовозе, очень неплохо стал зараба­тывать глава растущей семьи. Уже работала на ответствен­ной должности в орсе жена шофера Виталия Туркова, Зинаида Федоровна. Всё шло размеренно и спокойно. Кру­тая перемена в жизни прои­зошла неожиданно.

Поворот судьбы

— В декабре 1969 года это было, – вспоминает ветеран. – На общем собрании работ­ников автобазы обсуждали предложение о направлении от коллектива человека для службы в милицию, в ГАИ. Конечно, начальство — и милицейское, и наше — уже определило кандидатуры. По всем параметрам и требова­ниям я подходил. И в технике разбирался, техникум авто­дорожный вечерний закон­чил, и поколесил-пошоферил немало. К дороге и машине очень серьезно относил­ся: дорога разгильдяйства и вольностей не прощает. Да и местным уже считался, по прожитым-то годам.

Собрание единогласно проголосовало за канди­датуру Виталия. А это в то время дорогого стоило — и немалую ответственность на себя коллектив брал, и само­го выдвиженца ко многому это доверие обязывало.

Через три месяца прове­рок пришло подтверждение о соответствии инспектора ГАИ милиционера Туркова. И вот первый выход на работу.

Никакой неловкости не чувствовал в новом служеб­ном качестве инспектор Турков. Со многими колле­гами знаком был и ранее. Да и коллектив ГОВД к тому времени уже был сколочен крепко и добротно. Не было такого понятия, как «не моё дело». Все подразделения отдела взаимодействовали плотно, все 36 человек.

Как-то пошла волна краж из гаражей, так по очереди все, невзирая на специали­зацию и звания, ночами в засадах сидели. И поймали все-таки воров.

— Вот в любой организа­ции, в любом ведомстве, от командира, от начальника очень многое зависит, — уве­рен Виталий Данилович. — Каким был руководителем Рудольф Лебедев, рассказы­вать не надо. Никогда не слы­шал, чтобы он на кого-то кри­чал прилюдно. И проколов в работе не прощал. Но так умел стружку снять, не повы­шая голоса, что запоминалось навсегда. Умел расположить к себе людей, объединить.

Вскоре у Виталия Данило­вича появилась на погонах первая звездочка младшего лейтенанта, получена долж­ность старшего инспектора ГАИ. Весь инспекторский состав, правда, был из трех человек.

Беспокойное хозяйство

В личном пользовании качканарцев к тому времени числилось до 130 автомоби­лей. Зато мотоциклов и мото­роллеров — 1600 единиц. Вот они-то и доставляли наиболь­шее беспокойство гаишникам. Кто-то держал эту технику для хозяйства и леса, а молодежь, пренебрегая безопасностью, носилась, бывало, по дорогам с большим риском не только для себя, но и для окружаю­щих. Количество тяжелого транспорта, обслуживающего строительство комбината, по­рядка тысячи единиц дости­гало.

Понимал уже тогда стар­ший инспектор Турков, что втроем все дороги, весь го­род и поселки не прикроешь. Ни рейдами, ни дежурства­ми. Поэтому упор сделал на постановку профилактиче­ской работы в рабочих кол­лективах, учебных заведени­ях. И оказалось, что это очень действенный метод. Каждый серьезный случай дорожных происшествий и нарушений выносился на общее обсуж­дение. И наглядной агитаци­ей тоже занимались.

Бескомпромиссное и принципиальное отношение к любому, даже на первый взгляд незначительному на­рушению приносило свои плоды. На предприятиях, особенно автотранспорт­ных, создавались группы добровольных помощников. Вскоре их число достигло 18 членов. Плюс к тому на транспортных предприятиях активно работали инженеры по безопасности движения.

— Не скажу, что до меня тут был совсем уж беспорядок на дорогах, но уменьшилось, и значительно, количество ДТП. Поприжали и мотогонщиков. Свои появились ребята, дру­жинники на мотоциклах.

Надо сказать, что насе­ление не было тогда таким строптивым, как сейчас. Ува­жение к сотрудникам мили­ции было.

— Один, правда, случай был, когда мне пьяный мо­тохулиган погон оторвал при сопротивлении задержанию. Получил тогда парень два года колонии. А уже по про­шествии времени подвозил я как-то попутчика, оказалось: тот самый нарушитель и был, — вспомнил Виталий Да­нилович. — Попутчик поси­дел молча, а потом говорит: «Спасибо вам, я свое отсидел. Много передумал. Если бы вовремя не остановили тогда, много чего наворотить мог бы. А два года зря не прошли. Школу там закончил, сейчас работаю и учусь в технику­ме». Стало быть, и колония умному на пользу, — смеется ветеран.

Мелочей в работе не бывает

— Особенно жестко отно­сились и я, и коллеги к не­трезвым водителям, — от­мечает Виталий Турков. — И причины тому есть. Вот одно трагическое происшествие было. Один из водителей (я его хорошо знал и по автоко­лонне) позволял себе выпить за рулем. А тут взял еще и сы­нишку своего шестилетнего в рейс недалекий. При повороте не удержал тяжелую машину и положил ее на правую сторону. Пацан погиб. Знаете, как было тяжело весь этот ужас пережи­вать? Мне лично тяжело. Ведь удели я ему, водиле этому, в свое время поболе внимания, может, он и одумался бы. Да и каждое подобное происше­ствие я считал личной своей недоработкой. На это посто­янно настраивал и начальник наш, майор Лебедев. Нет в на­шей работе мелочей. Каждое нераскрытое преступление или даже незначительный, не отмеченный нами проступок, может привести к серьезным последствиям.

Так ведь и случилось по­том с двумя нашими дру­жинниками. Раскрой мы своевременно кражу огне­стрельного оружия из тира, ребята остались бы живы.

Много было в составе от­дела опытных и ответствен­ных работников.

— Вот участковый был в Валериановске, Павел Вер­шинин. Его Анискиным зва­ли, — лицо ветерана как-то светлеет. — Любое происше­ствие на его территории сам раскрывал. Всю подноготную своего поселка знал. Всегда готов был на помощь прий­ти человеку, кого-то вовремя предостеречь от нарушений. Как будто вперед видел и пре­дугадывал нехорошие наме­рения своих подопечных. Где надо — строг был и непрекло­нен, где надо — становился понимающим и отзывчивым душой. И многие люди до сих пор ему благодарны.

Креп наш коллектив, рас­ширялся штат отдела. Но и работы добавлялось. Разви­вались производственные предприятия. Один радиоза­вод какой вырос! Увеличива­лось население.

Сложнее становилось ра­ботать. Только личного авто­транспорта стало в 20 с лиш­ним раз больше. И стоимость этих машин стала высокой. И требования к документации усложнились настолько, что нынешним своим преемни­кам ветеран ОВД, капитан милиции Виталий Турков искренне сочувствует:

— Нас уже в начале 90-х было семь штатных единиц и девять внештатников, да добровольные дружинники. А сегодня ребятам намного тяжелее.

— Вроде все налажива­лось, да тут настали другие времена, — искренне пере­живает Виталий Турков.

Время хаоса

— У нас ведь как было? Въехал как-то мотоциклист в легковушку отечественную. Дверь прямо в салон вмял. Составили протокол, пое­хали к мастеру-ремонтни­ку. Тот оценил всю работу в 50 рублей. Участники ДТП к обоюдному довольству рас­считались тут же. Без обид особых, а главное — без зло­го умысла. Это потом уже и «подставы» пошли, и цены так взлетели, что один из шоферов автобазы, прав­да, виновный в совершении ДТП, налетел на такой «счет­чик» за иномарку повре­жденную, что не в состоянии рассчитаться, покончил с собой. Тяжко все это вспо­минать. Править всем ста­ли бандиты-рэкетиры. Был и в Качканаре свой «отец крестный». Как-то разбор­ка бандитская намечалась на вертолетной площадке. Пришел «смотрящий» прямо в кабинет начальника ГОВД. Предупредил открыто об этом «мероприятии». «Посо­ветовал» милиционерам не встревать. И ради того, что­бы своих ребят не подстав­лять под бандитские пули, решили в это «дело» не вме­шиваться. Зубами скрипели от унижения и бессилия. А каково было Рудольфу Пав­линовичу! Ему, не боявше­муся никогда никого, такое снести! О чем там он говорил с бандитом, неизвестно. Но обошлась та разборка меж­ду группировками хоть и со стрельбой, однако без крови.

Или вот пример — лиши­ли прав вождения кого-то из местных новоявленных «крутяков». Тут же инспек­тору звонок с требованием вернуть права и с угрозой расправы. И так почти еже­дневно происходило. Как тут поступить? В другое время так бы ответили, что тяжко стало бы всей этой банде. А тут ты, оказывается, беспра­вен. Пойди, докажи, что угро­жали. Попробуй докажи, что ты прав. Сам закон был не на стороне правоохранительных органов. Хаос и бесправие ца­рили в стране. Те, кто выслу­жил пенсию, уходили из орга­нов от греха подальше. Подал в отставку в 1992 году и я, — закончил тираду на одном горьком дыхании ветеран.

И было, и есть чему огор­чаться. Столько лет отдано службе Закону — и в одночасье все прахом пошло. Рапорт на увольнение долго не подписы­вали. Уговаривали послужить еще и сам подполковник Ле­бедев, как непосредственный начальник, и куратор ГОВД, полковник из штаба области. Областной куратор написал представление о присвоении звания майора капитану Тур­кову, только останься.

— Но тут и мой характер взыграл, — у Виталия Да­ниловича выпрямилась не­вольно спина, расправились сами собой плечи.

— Впервые, говорит ку­ратор, встречаю такое, что­бы от звезд отказывались. Я не звездам служу, – ответил резко капитан, – я Закону и правопорядку служил! И, по­вернувшись по-уставному, покинул кабинет.

Об одном только жалеет и сейчас заслуженный вете­ран, что оставил своего друга и командира Рудольфа Пав­линовича в тяжелое время. Тому предстояло служить еще пять лет. В очень труд­ные для народа, для страны, для города годы.

— Уходят, уходят из жизни мои друзья, мои сослужив­цы-ветераны, — показывает групповую фотографию де­сятилетней давности капитан милиции Виталий Турков. —Одиннадцати уже нет с нами. Светлая, добрая и благодар­ная им наша общая память.