Как в Крыму готовили посадку космического корабля «Буран»

Это сейчас Александр Поляков — кандидат технических наук, старший научный сотрудник, доцент кафедры "Радиоэлектроника и телекоммуникации" в севастопольском университете, а в конце 1980-х — он молодым лейтенантом служил инженером, а затем начальником отдельной радионавигационной станции, входившей в состав посадочного комплекса "Вымпел" западного запасного аэродрома посадки орбитального корабля "Буран" в Крыму, в Симферопольском районе, близ села Укромного.К 70-летию старта работ по созданию многоразовой ракетно-космической системы "Энергия" — "Буран", Александр Леонидович рассказал ForPost о "бурановском" наследии, значении проекта для мировой науки и о том, как в Крыму была организована и осуществлялась подготовка посадочного комплекса к возможному приёму орбитального корабля.Круче американского шаттлаОдновременно со строительством самого "Бурана" были развёрнуты работы по созданию бортовых и наземных средств системы управления орбитальным кораблём. Радиолокационные станции с дальностью действия 500 км, 200 км и 25 км, дальномерная и маячная системы в комплексе с бортовой аппаратурой корабля для коррекции автономной системы навигации и управления составляли единый радиотехнический навигационно-посадочный комплекс "Вымпел".Для посадки орбитального корабля готовилось три аэродрома, которые были расположены фактически на одной географической широте. Основной аэродром — "Юбилейный" размещался на Байконуре. Два запасных аэродрома: "Восточный" в районе села Хороль под Уссурийском и "Западный" в районе села Укромного под Симферополем в Крыму (часто использовалась аббревиатура ЗАС — запасной аэродром Симферополь). Наземная часть посадочного комплекса ЗАС размещалась в районе аэродрома (ближняя зона) и в различных точках Крыма (дальняя зона): и в крымской степи, и на морском берегу рядом с Севастополем, и в Крымских горах."Автоматическую посадку в то время не выполняли даже американцы. Американские шаттлы сажались вручную пилотами. А Советский "Буран" нужно было посадить автоматически, причём с первой и единственной попытки. Посадка осуществлялась в "бездвигательном" режиме. По тем временам задача автоматической посадки — это уникальнейшая задача с учётом уровня развития вычислительной техники и технологий", — делится Александр Поляков.Учёный с гордостью говорит, что советская наука, а также военно-промышленный комплекс и космическая отрасль эту задачу выполнили блестяще. Чем подтвердили своё первенство в этой сфере и колоссальный научно-технический потенциал Советского Союза.Только 12 минут на посадкуВысота первого полёта "Бурана" составляла около 250 километров. Трасса спуска орбитального корабля (ОК) с высоты 100 км (это фактически нижний край ближнего космоса) и торможения его в атмосфере имела общую протяжённость 8000 км. С этой отметки, отмечает Александр Поляков, начинается этап навигации и самой посадки ОК.При входе в плотные слои атмосферы вокруг корабля образуется оболочка плазмы. С ним теряется связь. После выхода из плазмы начинается атмосферный участок полёта корабля, который длится около 12 минут. На этом этапе проводилась коррекция базового вектора навигации ОК "Буран" по измерениям сначала от наземных радиодальномеров, затем от курсовых и глиссадных радиомаяков."В случае возникновения каких-либо нештатных ситуаций на основном аэродроме посадку можно было обеспечить на одном из запасных аэродромов", — говорит Александр Поляков.Он вспоминает, что за 1987-1988 годы неоднократно проводились испытания посадочного комплекса "Вымпел" с использованием летающих лабораторий Ту-154БВ, Ту-134А. Пуско-наладочные работы на наземных радиотехнических средствах проводились круглосуточно представителями ВПК и личным составом дежурных смен.Технология "одной кнопки"Проект "Буран" был всесоюзной задачей, в решении которой участвовала целая кооперация различных НИИ и КБ из многих регионов нашей большой страны. В части, касающейся посадочного комплекса, работы выполняло НПО "Молния" и Всесоюзный научно-исследовательский институт радиоаппаратуры — ВНИИРА.В 1987 г. после авиационного вуза Александр Поляков в звании лейтенанта прибыл к месту службы в Крым в войсковую часть № 52778 (24-й отдельный измерительный пункт)."Вокруг меня — множество ответственных лиц и дорогого оборудования, которое ещё не было передано военным в эксплуатацию. Я был на самой низовой должности — инженер отдельной радионавигационной станции, потом уже стал начальником станции. Какая моя главная задача? Осваивать новую технику самому и обучать личный состав станции. Все механики, электрики, операторы были военнослужащими срочной службы", — говорит Поляков.Много работ проводилось по организации электроснабжения объектов комплекса и организации системы связи и передачи данных. Следует обратить внимание: наладкой систем автоматики по обеспечению гарантированного электроснабжения отдельных радионавигационных станций занимались севастопольские специалисты. Очевидно, что научно-технический потенциал и возможности Севастополя в те годы были на высоте, не исключается, что севастопольские специалисты были задействованы и на других направлениях.Отладкой средств посадочного комплекса занимались представители предприятий-изготовителей и инженеры-испытатели РИИ и НПО, задействованных в работах."Аппаратура была по тем временам суперсовременной и имела двойное, а часто и тройное резервирование. Очень хорошая сигнализация об отказах. И что меня поразило — что если произошёл отказ какого-либо функционального блока ретранслятора дальномера, то он на месте не ремонтировался", — вспоминает Александр Поляков.Подход был совершенно другим. Если блок вышел из строя, то всё, что должен был сделать инженер — вытащить неисправный блок, взять из ЗИП резервный блок и вставить на место. А неисправный блок аккуратно запаковать и отправить на предприятие-изготовитель. Эти блоки было невозможно разобрать в кустарных условиях, только на предприятиях — в Ижевске, Москве, Ленинграде."В американских фильмах любят показывать, как они одним нажатием кнопки спасают планету от катастрофы. Так и на нашей станции в буквальном смысле всё было автоматизировано и работало по одному нажатию кнопки. Допустим, происходит аварийное отключение головных фидеров 10кВ электроснабжения, в течении 5 секунд происходит автоматический запуск огромного дизель-генератора размером с комнату в 30 кв. м, и система переходит на резервное электроснабжение.При появлении напряжения на вводах автоматически глушится. Контроль и управление всеми средствами посадочного комплекса, разбросанными по всему Крыму на сотни километров, мог осуществляться с командно-диспетчерского пункта. Для этого достаточно было на аппаратуре нажать всего одну кнопку — централизованный режим управления", — рассказывает учёный об уровне автоматизации посадочного комплекса.После развала Советского Союза в 1991 г. значительную часть самой современной на тот момент аппаратуры посадочного комплекса, которая, по сути, ни дня не работала по прямому назначению — посадке "Бурана", — просто списали и выкинули в утиль.Весь Крым работал на "Буран"Взлётно-посадочная бурановская полоса в Крыму сейчас используется международным аэропортом Симферополь, здание командно-диспетчерского пункта применяется филиалом Государственной корпорации по организации воздушного движения в Российской Федерации "Крымаэронавигация". Используют в Крыму и сохранившиеся радиолокационные комплексы, которые в конце 1970-х строили в кооперации с Министерством гражданской авиации и Министерством обороны."Большая часть посадочных средств "Бурана" размещалась в непосредственной близости от взлётной полосы. Кроме того, навигационная часть была разбросана по всему Крыму. Было 6 ретрансляторов дальномеров в дальней зоне и 2 в ближней. Они назывались отдельной радионавигационной станцией — ОРНС. Я начинал служить на такой под номером № 47", — вспоминает Александр Поляков.Станция № 47 располагалась в торце взлётной полосы с северного направления, неподалёку от села Широкого, Симферопольского района. С южного направления была станция № 46 в районе села Камышинка. Все ОРНС были однотипные. Причём не только в пределах Крыма. На Байконуре станции выглядели точно так же. И по набору технологических средств станции были идентичны, была сохранена даже аналогичная нумерация: №№ 46, 47, 48, 49, 50, 51. Каждая ОРНС имела административно-хозяйственную зону и техническую позицию.На севере находились станции: № 49 — с. Елизаветово в Раздольненском районе, № 50 — в 200 метрах от деревни Новоекатериновка, Белогорского района, № 47 — с северного торца взлётно-посадочной полосы. На юге станции размещались так: № 46 — деревня Камышинка, № 48 — на берегу моря в с. Андреевка рядом с Качей и Севастополем, № 51 на нижнем плато Чатыр-Дага на высоте чуть более 1050 м над уровнем моря.Строить "Буран" без страхаПо словам Александра Полякова, часть "бурановской" станции у Качи и сегодня должна была сохраниться, особенно если говорить об административных зданиях. Технологической аппаратуры, которая предназначалась для обеспечения навигации и посадки "Бурана", конечно, там давно нет. А ранее на каждой такой станции размещалась специализированная аппаратура, ретранслятор дальномера, автоматизированная система траекторных измерений, аппаратура вынесенного контроля.На административно-хозяйственной территории ОРНС располагалась казарма на 20 человек с узлом связи, котельной, кухней-столовой, кубриками для личного состава. В комплексно-хозяйственном здании располагались РУ-10 кВ, РУ-400 В, дизель-электростанция на 50 кВт, автомобильный бокс, холодильные камеры, пункт перекачки ГСМ. Водный павильон с водонапорной башней. Пожарные ёмкости и ёмкости для хранения ГСМ."Кстати, казарма и комплексно-хозяйственное здание станции № 51 до сих пор существует и активно эксплуатируется крымским спелеоклубом на плато Чатыр-Дага. Там расположена база спелеотуризма "Оникс". Недавно я был там, на радостях, что наследие "Бурана" живёт, отправил своим сослуживцам по бурановским временам в Москву фотографии этих зданий сегодня", — рассказал Александр Поляков.Радиотехнический навигационно-посадочный комплекс "Вымпел" по большому счёту позволил в рамках Крымского полуострова создать громадную сеть малых и больших радионавигационных средств с технологиями, которые успешно применяются в XXI веке."До сих пор со времён "Бурана" работает трассовая РЛС в селе Молочном Сакского района. Хотя она наверняка уже модернизирована. Второй ТРЛК, в селе Русаковка Белогорского района, по назначению не используется. В ходе реализации бурановской программы в Крыму были проложены сотни километров кабельных и воздушных линий электропередачи, магистральных кабелей связи", — делится Александр Поляков.Проект "Буран" дал колоссальный толчок для развития науки, технологий, техники в Советском Союзе вообще и в Крыму и Севастополе в частности. И самое важное, что браться за такую, казалось бы, невыполнимую задачу никто не боялся. Не пугали нас тогда и расчёты американцев, которые считали, что создать многоразовый космический корабль с автоматической посадкой — это слишком дорого и нереализуемо.А взяли — и всё реализовали!Сергей Абрамов Фото предоставлены Александром Поляковым