Историк-любитель: материалы о жертвах белого террора на территории Эстонии можно найти только в Финляндии
С 23 по 29 ноября в трёх городах Ида-Вирумаа, в том числе Нарве, проходит неделя гражданина. Трудно представить себе настоящего гражданина без его бережного отношения к истории своей страны. С таким человеком мы недавно заочно познакомились, а затем и встретились в стенах нашей редакции.
Антс Юрман – один из тех, кого называют рядовыми жителями Эстонии и у кого хватает обычных человеческих забот: мелкий предприниматель, имеет семью, живет в частном доме. Но при всем том Антс увлечен изучением своей родословной. Несколько лет назад это вывело Юрмана, экономиста по образованию, на изучение исторических событий, происходивших на его малой родине, в Кохтла-Ярве, а затем и за его пределами.
И сегодня Антс Юрман интересен нам тем, что выработал собственный, в ряде случаев отличающийся от официальной трактовки взгляд на события, связанные с красным и белым террором в наших краях.
Краевед признается, что пытался опубликовать статью на эту тему в различных исторических и околоисторических изданиях нашей страны, но везде получал отказ. Удача улыбнулась ему нынешним летом: статью напечатал не кто-нибудь, а ежегодник Эстонского музея военной истории. Она так и называется: «Белый и красный террор в восточной части Вирумаа. 1917-1919».
Согласно официальным данным Эстонии, количество жертв красного террора в стране превышало число погибших от белого террора. Но не так было в Нарве.
Публикация занимает около трех десятков страниц. Мы же сузили рамки своего разговора до упоминаний в ней Нарвы. Пытаясь выяснить, что же нового можно сказать о событиях вековой давности из дня сегодняшнего?
Архивы молчат
– Дело в том, что тема террора освещалась в эстонской науке и журналистике в зависимости от того, какая была в стране власть, – говорит Антс Юрман.– В советское время у нас говорили только о белом терроре, то есть совершенном со стороны белых. После восстановления независимости Эстонии говорят в основном о красном терроре.
На этом фоне у Антса Юрмана появилось желание описать периоды физических расправ над местными жителями в 1917-1919 годах с уравновешенной позиции.
Материалов в подмогу автору оказалось критически мало: буквально считанные публикации во время первой Эстонской Республики, не больше в советское время, а также провалившаяся попытка защиты диссертации одного аспиранта уже в наши дни.
При этом архивную информацию по белому террору исследователю удавалось находить в основном в Финляндии. Краевед склонен считать, что в Эстонии в период между двумя мировыми войнами она была основательно «подчищена». Финляндия же может служить примером поистине бережного и непредвзятого отношения к свидетельствам истории. Даже в том случае, если отдельный ее эпизод очень травматичен для сознания нации, ведь белый террор – это большей частью расправа белофиннов над своими соотечественниками, поддерживавшими большевиков.
Полтора месяца под коммуной
Первые смерти в результате вооруженных столкновений с участием красногвардейцев случились в Эстонии в декабре 1917 года: в Пюсси, куда они пришли для захвата власти, рассказывает автор публикации в ежегоднике.
В Нарве же до провозглашения Эстляндской трудовой коммуны, то есть 29 ноября 2018 года, жизнь протекала довольно мирно. Аресты начались 1 декабря. Уже на следующий день было расстреляно четыре человека. Судя по материалам созданной при коммуне специальной комиссии, поплатились они за криминал. Насколько наказание оказалось пропорциональным, вопрос другой.
Красный террор продолжался в Нарве около полутора месяцев: со 2 декабря 1918 года по 13 января 1919-го. За это время было казнено порядка 50 человек, после ухода из города красных 40 из них удалось опознать.
Среди убитых были попавшие в плен воины Эстонской армии (в том числе молодой нарвитянин со звучной фамилией Римский-Корсаков), дезертировавшие из Вильяндиского полка красноармейцы, попавший в плен белофинн, несколько гражданских лиц, среди которых были просто состоятельные горожане, арестованные коммунарами в отместку за своих погибших товарищей, а также не принявшие новую власть люди. Жертвой коммунаров стал и будущий священномученик, настоятель Ивангородской Успенской церкви иерей Александр Волков. Эта расправа вошла в историю нашего края как верх пренебрежения человеческой жизнью и цинизма: тела расстрелянных были сброшены в выгребную яму.
Последней казненной жительницей города стала Ольга Сниткина, обвиненная в мародерстве на месте битвы под Йоала, произошедшей 28 ноября.
Его звали Оскар Эллек
Решала судьбу арестованных специальная комиссия в духе ВЧК. Все смертные приговоры подписывал ее руководитель, он же глава коммуны Оскар Эллек.
А вот роль «выселенных» с нарвских улиц большевиков Тийманна и Анвельта – сильно преувеличена, считает Антс Юрман, – обычные городские управленцы. И совсем несправедливо, по его мнению, сегодняшняя Эстония обошлась с памятью Антса Даумана (по-латышски Ансис Дауманис), имя которого также до недавнего времени носила одна из нарвских улиц.
Будучи первым лицом Нарвы, в 1917 году он организовал народный референдум. А затем обратился с его итогами к Ульянову-Ленину, в результате чего «петербургская» часть Нарвы, а также Ивангород вошли в состав Эстляндской губернии.
Дауман, конечно, причастен к деятельности Эстляндской трудовой коммуны, однако доказательств, что он принимал участие в расстрелах или давал на этот счет распоряжения, нет. Для этого были Оскар Эллек и руководство Нарвской тюрьмы: Мадис Йыги и Владимир Катаев. А через 6 дней существования коммуны, 5 декабря 1918 года, Дауман вообще отбыл в Латвию.
«Каждый день везут в Темный сад»
Согласно официальным данным Эстонии, количество жертв красного террора в стране превышало число погибших от белого террора. Но не так было в Нарве, отмечает Антс Юрман.
Белый террор начнется в Нарве 19 января 1919 года, когда в город войдут формирования финских добровольцев с небольшим участием эстонских ополченцев. И уже вечером этого дня возле ратуши будут расстреляны 27 человек, большинство из которых – красные финны.
Почерпнуть эти сведения Антс Юрман смог из воспоминаний дочери директора Нарвской гимназии Веры Давыденковой, написанных на немецком языке и изданных в Германии в 1926 году.
Судя по ее рассказам, убивали финнов не эстонцы, а их же соотечественники. Воевавших на стороне Эстонии финнов, говорит Юрман, было более 2 тысяч. Назывались они добровольцами и считалось, что эти люди прибыли в Эстонию для борьбы за ее независимость. Но вряд ли можно поверить, что все они приезжали сюда из идейных соображений, учитывая весьма юный возраст некоторых из них – 15-16 лет. Не исключено, что этими молодыми людьми двигали корыстные мотивы.
Каждый день, начиная с 20 по 29 января, арестованных по нескольку десятков человек везут в Темный сад, пишет в своих воспоминаниях Вера Давыденкова, Там их заставляют снять одежду и расстреливают.
Ее рассказ – единственное найденное краеведом письменное свидетельство о белом терроре из уст эстонского свидетеля тех событий. Есть еще откровения воевавшего на стороне Эстонии финна, бывшего офицера царской армии. Он, в частности, рассказывает, что вместе со своим сослуживцем после прихода в Нарву, то есть 20-го января, посетил ратушу. «Там находились арестованные красные финны, мы с ними побеседовали. Всех их потом расстреляли», – вспоминает этот человек.
Несколько сотен за девять дней
Антс Юрман. В одном из финских источников сообщается, что согласно эстонским официальным данным, белофиннов в Эстонии в обозначенный нами период воевало около 3,5 тысяч. Но о чем никто кроме этого источника не пишет – на стороне коммуны сражались 1100 красных финнов.
Еще один финский исследователь отмечает, что в январе, по окончании боев в Эстонии, в Петрограде создается красный стрелковый полк. Его численность чуть более 700 человек, большинство из них прибыло с эстонского фронта.
И я делаю вывод: если в Эстонии воевало 1100 красных финнов, а осталось в живых, допустим, 650, значит, жертвами эстонских событий стало 450 человек. Предполагаю, что половина из них погибла на фронте, а еще половину расстреляли в Нарве.
Теперь сравним количество погибших здесь от рук коммунаров ( до 50 человек) и казненных красных финнов ( между 200 и 300). Это, однако, лишь часть жертв белого террора. Работая в эстонских архивах, я не нашел относительно этих девяти дней ни одного документа: значит, красных финнов расстреливали, не оставляя никаких следов. Первый документ после ухода из Нарвы красных, датированный 31 января (задержания, допросы и т. д.) , касался уже деятельности эстонского временного правительства.
При этом у нас нет данных по гражданскому населению.
Сведений о гражданских лицах нет
– В апреле 1919 года, перед выборами в Учредительное собрание, эстонский коммунист Виктор Кингисепп, чтобы привлечь внимание к своей партии, делает эффектный шаг: опубликовывает «Список распятых членов трудового народа Эстонии». В нем оказалось и 25 убитых белыми нарвитян, – продолжает Юрман.
Не во всех этих фамилиях историк-любитель уверен. Но не сомневается в достоверности сведений, касающихся нескольких человек, расстрелянных за организацию похорон бойцов Вильяндиского полка. С подачи нарвского историка Ильи Давыдова он познакомился с воспоминаниями вдовы одного из погибших, опубликованных в 60-х годах прошлого века. В них женщина описывает, как они тайно пришли на кладбище в Сийвертси, как раскопали могилу расстрелянных и женщина опознала своего мужа по обуви.
– Если взять Финскую гражданскую войну, где, по данным самих финских источников, количество жертв (погибших и расстрелянных) было примерно 37000 (белые 12000, красные 25000), у наших соседей есть уже обширные списки погибших с обеих сторон, – с сожалением, что мы пока такими успехами похвалиться не можем, замечает Антс Юрман. А вот ему самому в этом смысле кое-что удалось: краевед установил нескольких жертв террора, и теперь смог опубликовать их имена в своей статье.
The post Историк-любитель: материалы о жертвах белого террора на территории Эстонии можно найти только в Финляндии first appeared on gazeta.ee.