Тройная тайна Руси (Русские доспехи Тартарии и Св. Римской империи)
Настало время убрать наплыв исторической лжи и раскрыть реальное прошлое России, изъятое из истории усилиями и политикой российских императоров, начиная с Петра I. А она была, хотя и успешной для независимости страны, но иноземного содержания. Разгадка этого парадоксального прошлого кроется в экспонатах Оружейной палаты Кремля, суть которых в эпоху интернета уже невозможно скрыть от общественности.
Царь Пётр Алексеевич, выгнанный из Москвы стрельцами в 1697-м году (см.1) за его прозападную (тогда римско-латинскую) политику, что стыдливо именуется Великим посольством, сделал «ход конём». Как раз к этому времени перед глазами изумлённых очевидцев предстал, словно выросший из воды, античный и опустошённый катаклизмом Петрополис, называемый в летописях третьим Римом (см.2).
Ещё буквально полвека назад эта некогда первая мировая столица, руководимая верхними людьми (после неудач с воцарениями на русском престоле Лжедмитриев) настоятельно предлагала русскому правительству (московской боярской думе) избрать на должность русского царя представителя шведской королевской семьи, королевича Карла Филиппа или Филипа Карлусовича (см. 3). А это значит, что после смерти последнего из представителей русской династии Рюриковичей в 1598-м году обострился давний спор за русские земли, что и вылилось в смутное время.
А спор был между двумя центрами уже угасавшей цивилизации верхней Земли: между Петрополисом в лице Св. Римской империи и Крымом (тогда Малой Тартарией) в лице империи Великой Тартарии. Из-за постоянных катаклизмов на территории Сибири с середины 16-го века Тартария не имела постоянного центра, а потому и Крым можно называть центром лишь номинально. Но это, кстати, не помешало начать Западу уже в 1853-и году Крымскую войну с Россией как раз за наследство Тартарии.
Также и Петрополис с середины 17-го века оказался залит водой из-за его оседания вместе с массивом верхней Земли в виде образования «устья» Невы (см. 4). В дальнейшем (после включения Крыма в состав Российской империи в 1783-м году) центр Тартарии сместился в Пекин, а после свержения там маньчжурской династии и уничтожения европеоидной расы китайской Тартарии (остатки которой убежали в Японию) – в северную Америку (скорее всего, - в нынешний Монреаль).
Так вот, Пётр I решил возродить намерение Св. Римской империи, представленной уже вельможами нашей цивилизации в лице императора германской нации Леопольда I, объединить в унию Швецию и Русское царство, что автоматически включало бы Московию и обширную Московскую Тартарию в Св. Римскую империю. Но условием для этого царь Пётр мудро и дальновидно поставил предоставление ему наследия античного Петрополиса, ставшего Петербургом.
Оспаривание Петрополиса со Швецией, развязавшее Северную войну, не позволило образоваться реальной русско-шведской унии в составе Св. Римской империи. А восстановление и отстройка Петербурга на месте третьего Рима, как общерусского порта, не только фактически вернуло Петра на Московский престол, но и сделало его из русского царя Всероссийским императором, фактическим соучредителем Св. Римской империи, а не её вассалом.
Петрополис был основан верхними людьми, а отстроен в его историческом виде примерно в 880-м году по принятому исчислению (что фактически примерно на 460 лет позже) расой средних людей, как и все основные русские города, начиная с Новгорода (и даже с Москвы). Рюриковичи и все русские князья были как раз представителями этой расы из викингов-русов (восточной ветви готов и венедов), принявшими славянский язык и создавшими вместе со славянами и финно-угорцами русскую культуру. Более того, близкие родственники русских князей – литовские князья также образовали подобную русскую культуру русинов, но уже с западным или римским рисунком, что видно по доспехам Лжедмитрия I.
А потому открытое единение Петра I со шведско-немецкой культурой, как также с наследием викингов, не стало неприемлемым для русских бояр и вельмож. Остальной же народ (европейской части России) для исключения восстаний накрепко заковали в крепостное право. Но две культуры издавна проникали друг в друга, поскольку, например, крепости-звёзды викингов-европейцев (в Туле, Смоленске Москве, Нарве и т.д.) соседствовали с чисто русскими крепостями Пскова, Новгорода, Ростова и Ивангорода. Оттого и Пётр I был зарисован в рыцарских доспехах.
Другое дело, что русская культура до того была «чисто» с восточным или с тартарским уклоном, что и показывают шлемы, мечи и доспехи даже ещё первых Романовых – деда и отца Петра I (включая и царских вельмож), выставленные в Оружейной палате Кремля. Арабская вязь (ставшая прообразом и вязи старославянской) с выдержками из Корана на шлемах царей Михаила Фёдоровича и Алексея Михайловича, явная схожесть этих головных парадных уборов с тюркскими дулыгами, как и хождение в Руси арабских монет, неоспоримо свидетельствует о восточных истоках русской культуры. И это, уже не говоря о своеобразном восточном убранстве русских бояр (на рисунке ниже справа) и о восточных исконных русских орнаментах, например, в виде вилочковых "крестов".
И только нашествие Наполеона на Россию в 1812-м году позволило Романовым ликвидировать остатки автономии Московской Тартарии и прежней восточной русской культуры. Ведь даже после победы Екатерины II над Тартарией и Турцией, выдаваемой за подавление «восстания» Пугачёва, Москва наряду с Петербургом продолжала именоваться имперской столицей.
Всё это говорит и об ином начальном русском православии (о чём будет статья), и о полной выдумке ордынского периода Руси, как некоего татаро-монгольского «ига». Но переделка русской культуры на немецкий и греко-европейский лад, начавшаяся с Никоновской церковной реформы середины 17-го века, имела и положительные моменты. Это образование единого и самостоятельного Российского государства с полным выходом в Европу, а не вассальной, например, от Турции (что было с Крымом) или от Золотой Орды страны (что было с ранней Русью).
Филиппов В.В. ©