Заживо сгорели восемь человек: сколько еще в России смертельно опасных хостелов

«Ошибаться можно — врать нельзя», — с таким девизом вступил в должность Андрей Белоусов, но, судя по событиям, происходящим в ведомстве, это девиз можно дополнить: «Обсчитаться можно, брать нельзя».

Менее чем за месяц уже пять высокопоставленных сотрудников военного ведомства попали под следствие, по подозрению в коррупции и злоупотреблении должностных полномочий.

Про любителя Лазурного побережья — бывшего первого замминистра обороны Тимура Иванова уже все успели посудачить, но оказалось, что по той же схеме, пусть и в меньших масштабах действовали глава управления кадров ведомства Юрий Кузнецов, начальник Главного управления связи Вадим Шамарин и еще пара офицеров должностями пониже.

И если в обычное время можно было только посетовать о потраченных на чью-то красивую жизнь государственных финансах, то сейчас за коррупцией стоит нехватка чего-то на фронте, а значит, жизни наших бойцов.

Похожий подход необходимо применять и в других сферах. Например, в вопросах миграции. Да, в обычное время это вопрос рабочих мест, неуплаченных налогов и так далее.

Но после нападения на «Крокус Сити Холл», стало понятно, что и упущения в миграционных процессах могут иметь последствия посерьезнее, чем «кривой» ремонт.

Мы сейчас видим, как в разных регионах проходят проверки и возбуждаются дела и выносятся приговоры тем, кто организует эту незаконную миграцию, и как правило это сотрудники органов внутренних дел, те, кто должен следить за порядком в этой сфере.

На этой неделе трагедия в подмосковной Истре напомнила о еще одном неприглядном аспекте миграции, те условия в которых ютятся приехавшие на заработки люди, неважно из другой страны или из другого города.

В Истре заживо сгорели восемь жильцов незаконного хостела, хотя жители окрестных домов неоднократно жаловались на такое соседство. И сколько еще таких смертельно опасных общежитий по стране прикинул корреспондент «Известий» Игорь Капориков.

Дачный поселок под городом Истра, четыре часа утра, полыхает нелегальный хостел.

От двухэтажного дома остались лишь стены, восемь человек сгорели заживо, спастись удалось только одной девушке, остальные постояльцы были на работе.

Сгоревший коттедж был в аренде у 23-летнего мужчины без российского гражданства, он уже задержан и дал показания. Рассказал, как организовал хостел, и кто в нем жил.

Словно предчувствуя беду, местные жители несколько раз пробовали прикрыть эту шарашкину контору, но всегда получали отказ.

«Если это незаконный хостел, который находится в жилом фонде, то в жилом фонде проверки могут осуществлять только сотрудники Министерства внутренних дел», — утверждает вице-президент Федерации рестораторов и отельеров России Вадим Прасов.

Участковый пару раз здесь появлялся, беседовал с бизнесменом и хозяйкой коттеджа.

«Ее к себе Колпаков вызвал. На пять минут хостел закрывали и прикрывали и через недели две все заново начиналось», — сообщает жительница поселка Екатерина Маркетти.

По закону, хостел должен был закрыться раз и навсегда.

«Здесь весь спектр государственных служб разных направлений исполнительной власти. Мне кажется, не имели возможность или не могли, или может даже, следствие разберется проявили халатность, но и результат мы видим», — утверждает член международных пожарных ассоциаций Денис Фон Мекк.

И таких хостелов сотни по всей стране. Причем небезопасны как нелегальные, так и легальные.

Съемочная группа Известий заселилась в один из зарегистрированных хостелов. У нас даже паспорт не спросили, только деньги. В маленькой комнате две двухъярусные кровати. Обещают, проверки беспокоить не будут.

Стоило нам достать микрофон, гостеприимство сразу закончилось, нас пытались вытолкнуть на улицу. Администратор Артур противостоял как мог. После того, как мы попросили показать официальные документы на помещение, мужчина решил больше не разговаривать.

Артур закрылся в комнате администратора, нам пришлось выйти и разговаривать с ним через окно. Позже мы выяснили, что собственников несколько. Зарегистрирован хостел в городе Дмитров, на адресе где числится еще одиннадцать компаний, часть из которых также занимаются предоставлением жилья.

Мы попытались связаться с владельцем. Общаться Валерий Федорович с нами не стал, мы вернулись в хостел.

На полу тараканы, на кровати клопы, их видно даже невооруженным глазом. Особенно удивила обугленная проводка на первом этаже.

Живут здесь люди из разных уголков России и стран ближнего зарубежья. Естественно, справки о здоровье у них никто не спрашивал и судимости не проверял.

Это договорная система, компания обращается к фирме хедхантер, та в свою очередь к хостелу. Рабочих привозят и селят в барачное жилье. Принцип один: максимально дешевое койко-место. Этот молодой человек живет в хостеле уже несколько лет.

Мораторий на проверку малого и среднего бизнеса не позволяет контролировать предпринимателей. При любом происшествии проверяющие разводят руками: не имели прав проверять и штрафовать, упуская важный нюанс.

«Хостелы относятся к объектам повышенного риска, поэтому проверки в них вроде как возможны. Если есть жалобы соседей или есть жалобы постояльцев, то проверка может быть проведена», — сообщает член правления некоммерческого партнерства «Лига хостелов» Евгений Насонов.

Вот только все чаще работу таких заведений останавливают не ревизоры, а трагедии, которые можно было предотвратить.