Мученица Надежда Семенова 8.09.1865–8.05.1938
Следствию известно, что в конце декабря 1936 года в доме гражданки Глушковой вы наносили угрозы по адресу правительства и клеветали на одного из его руководителей. Дайте показания по этому вопросу, — потребовал сотрудник НКВД от Надежды Васильевны.
— В конце декабря 1936 года я у Глушковой была, но никаких угроз никому не наносила. Я только сказала, что у тебя был в углу Спаситель, а сейчас Ленин, — ответила Надежда Васильевна.
— Следствию известно, что вашу квартиру часто посещают священник Ильинской церкви и диакон Петр Троицкий. Дайте показания о характере ваших разговоров с ними, — потребовал следователь.
— Священники ко мне ходят редко, и никаких чтений Евангелия у меня не бывает. Они были у меня во время моей болезни, я тогда причащалась и соборовалась. Разговоры на политические темы у меня в квартире никогда не происходили.
— В 1936 году в разговоре с гражданином Щаповым вы высказывали террористические настроения по адресу руководителей правительства и защищали политику Троцкого. Дайте показания по этому вопросу, — потребовал следователь.
— С гражданином Щаповым, как проживающим вместе со мной в одном доме, я часто разговаривала, но террористических настроений по адресу руководителей я никогда не проявляла и политику Троцкого никогда не восхваляла.
— Признаете ли вы себя виновной в предъявленном вам обвинении? — задал ей следователь последний вопрос.
— В предъявленном мне обвинении виновной себя не признаю, — ответила Надежда Васильевна.
После допросов ее заключили в тюрьму. А потом последовал и приговор — отправка в лагерь. Надежде Васильевне было тогда семьдесят два года...
* * *
Мученица Надежда родилась 8 сентября 1865 года в семье мещан заштатного города Воскресенска* Звенигородского уезда Московской губернии Василия Алексеевича и Евдокии Ивановны Семеновых. Младенца Надежду крестил настоятель Вознесенского храма протоиерей Сергий Холмогоров. Надежда много лет будет прихожанкой, а затем, с 1928 года, — старостой этого храма. Отец Сергий начал служить в Вознесенском храме с 1859 года. В 1860-е годы он занимался с детьми у себя дома, а затем стал законоучителем в начальном училище Воскресенска. В училище обучалось сто девочек из города и окрестностей. Кроме общеобразовательных предметов и Закона Божия, который преподавал отец Сергий, их учили рукоделию и пению. Здесь и прошли детские годы Надежды.
В 1922 году представителями советской власти из Вознесенского храма были изъяты богослужебные сосуды, серебряные части Евангелий, четыре креста, восемь лампад с цепочками, ковш и кадило.
В течение нескольких лет власти вели борьбу с верующими Воскресенска, добиваясь закрытия Вознесенского храма. 10 мая 1934 года в храм явилась назначенная местными властями комиссия, в состав которой вошли: член президиума городского совета, помощник начальника районного управления милиции, заведующий благоустройством городского коммунального хозяйства, два техника и инспектор пожарной охраны. Комиссия получила задание квалифицировать состояние храма как аварийное и невозможное для дальнейшего использования без капитального ремонта. После осмотра комиссия потребовала в течение месяца снести купол храма, заменив его на плоскую кровлю, прекратить колокольный звон, снять колокола и разобрать верхний ярус колокольни.
Члены приходского церковного совета направили в районный исполком заявление, в котором просили назначить новую комиссию, куда вошли бы компетентные в решении подобных вопросов сотрудники органов строительного надзора; при этом прихожане обещали оплатить все расходы. Но им было в этом отказано.
Церковный совет обратился в Президиум Мособлисполкома с ходатайством о назначении компетентной комиссии «для определения действительной необходимости тех капитальных переустройств церкви, которых потребовал Горсовет».
Но ответа на это письмо церковный совет не получил и 19 июня 1934 года обратился с просьбой к последней инстанции — в Президиум ВЦИКа; в ходатайстве было написано: «Община верующих твердо убеждена, что заключение комиссии Истринского горсовета не отвечает действительному состоянию здания церкви и направлено единственно к изъятию церкви у общины путем возложения на нее непосильных и ненужных по существу обязательств <...>.
Доводя о всём вышеизложенном до сведения Президиума ВЦИКа и учитывая, что в Истре действует единственно эта церковь, обслуживающая не только верующих города Истры, но и окрестностей, церковный совет ходатайствует перед Президиумом ВЦИКа об отмене постановления Истринского РИК и Московского облисполкома о закрытии церкви при невыполнении капитального переустройства таковой».
При множестве подписавшихся под ходатайством прихожан, основную ответственность за него в соответствии с доверенностью, выданной общиной верующих, взяли на себя Милица Кувшинова, Евдокия Кузьминова и Надежда Семенова. Все они через некоторое время были арестованы и двое из них расстреляны.
Заместитель Местоблюстителя митрополит Сергий (Страгородский) поддержал это ходатайство, написав на нем резолюцию: «Прошу оказать возможное для удовлетворения законного желания общины сохранить за собою храм».
Затем состоялась полная обмана переписка между центральными властями и местными, в которой одни утверждали, что храм был закрыт на основании постановления Президиума Мособлисполкома от 17 сентября 1934 года «для использования здания под дом культуры», о чем будто бы верующим было сообщено 19 сентября, другие же говорили о том, что никакого документального решения о закрытии они не получали.
Вознесенский храм был возведен в 1805 году на средства прихожан. Отмечалось, что каменный храм был выстроен прочно. В начале ХХ столетия число прихожан увеличилось до двух тысяч, и храм перестал вмещать молящихся. В 1912 году реконструкция храма по проекту архитектора И. С. Кузнецова, производившаяся в основном на средства прихожан, была завершена. Храм стал в полном смысле народным детищем, в нем воспитались и служили те, кто впоследствии прославил Бога исповедническим и мученическим подвигом.
После закрытия храма Надежда Васильевна, как и другие жители города, стала посещать Троицкий храм, находившийся в двух километрах от Истры, в котором служили священник Иоанн Орлов*** и диакон Петр Троицкий****, служивший ранее в Вознесенском храме. Когда Надежда Васильевна болела, отец Иоанн приходил к ней в дом соборовать и причащать ее, беря с собой диакона Петра. Во время совершения таинств они тихо беседовали, так что живший в ее доме квартирант Павел Щапов никак не мог расслышать, о чем они говорят, хотя и старался.
В феврале 1935 года в газете «Истринская стройка» было опубликовано сообщение о закрытии Вознесенского храма: «В Истре есть для клуба великолепное здание когда-то бывшей церкви. Оно давно под клуб предназначено, но Горсовет с Райпрофсоветом, видите ли, о клубе весьма мало заботятся». В августе 1935 года началось переоборудование храма под клуб. «Уже построена сцена. Скоро будет устроен потолок. Клуб начнет работать с осени этого года», — сообщалось в газете. Но в апреле 1936 года уже писалось, что городской клуб не построен, а выделенные для перестройки 150 тысяч рублей исчезли.
После прекращения богослужения с Вознесенского храма был снят крест, сброшены колокола и разрушена колокольня. Верующие продолжали хлопотать о возвращении храма, но приближалось время, когда храмы если и могли где еще оставаться, то разве лишь в душах людей.
14 февраля 1937 года молодой комсомолец Павел Щапов написал донос в Истринский районный отдел НКВД, заявив, что в доме, где он живет как квартирант вместе с женой около двух лет, проживает хозяйка дома Надежда Васильевна Семенова. Она, как он заявил, держит связь со священниками и агитирует за религию. К ней собираются по несколько человек, читают Евангелие. А также она агитирует проживающую в том же доме квартирантку Твардовскую Полину Климентьевну. Пыталась она, по его словам, оказать влияние и на его жену, даря ей иконы, чему он решительно воспротивился. Доносчик просил принять соответствующие меры к Семеновой, а Твардовскую вызвать на допрос.
Через несколько дней, 17 февраля, начальник Истринского районного отдела УНКВД по Московской области лейтенант госбезопасности Киселев приказал «взять в агентурную разработку Семенову», что означало собрать о ней через секретных сотрудников дополнительные сведения для последующего ее ареста, а также «побеседовать с Твардовской о Семеновой и, если подойдет, наметить ее к вербовке». Были установлены имена людей, посещавших Надежду Васильевну, и через секретных сотрудников определено их местожительство.
13 июля 1937 года НКВД выпустил секретный приказ о начале массовых репрессий в советской России, которые начались 5 августа. В первую очередь использовались имеющиеся у НКВД материалы, собранные его сотрудниками через секретных осведомителей.
14 августа сотрудник Истринского районного отдела НКВД Агафонов допросил Павла Щапова и его супругу Клавдию, которые показали, что Надежда Васильевна критически отзывалась о колхозах, говорила, что коммунисты обманывают народ, утверждая, что тот живет зажиточно, тогда как рабочие и колхозники едят один черный хлеб, что «коммунисты жестоко расправляются с народом, ничего нельзя сказать, а если чего-нибудь скажешь, то тебя тут же посадят или расстреляют, люди сидят в тюрьмах ни за что». Павел Щапов также показал, что квартиру Надежды Васильевны посещают священник Иоанн Орлов и диакон Петр Троицкий, но «характер разговоров мне не известен, ведут разговоры шепотом», — добавил он.
Была допрошена соседка Надежды Васильевны, Анна Глушкова, которая, отвечая на вопросы следователя, сказала: «В 1936 году в конце декабря ко мне заходила Семенова и в разговоре со мной у меня дома Семенова говорила: “Что ты повесила портрет Ленина, а иконы все сняла, что тебе дал Ленин? Он безбожник и все коммунисты безбожники, но погоди, скоро им придет всем конец”».
21 августа 1937 года начальник Истринского отделения НКВД Киселев выписал ордер на арест Надежды Васильевны, и в тот же день она была арестована сотрудником Истринского отдела НКВД Агафоновым. По окончании допросов она была заключена в Таганскую тюрьму в Москве.
11 ноября 1937 года тройка УНКВД по Московской области приговорила Надежду Васильевну к восьми годам заключения в исправительно-трудовом лагере, и 16 декабря в составе тюремного этапа она прибыла в Тайшетлаг в Иркутской области. В это время ей было семьдесят два года. Надежда Васильевна скончалась 8 мая 1938 года в 6-м лагпункте Тайшетлага и была погребена на Акульшетском кладбище в Тайшетском районе.
Здание Вознесенского храма в 1941 году пострадало во время ведшихся в районе Истры боев, и руины его еще долго стояли заброшенными, пока в начале 1960-х годов не были разобраны, и на этом месте был построен один из корпусов завода «Углемаш». В 2009 году рядом с тем местом, где прежде стояла Вознесенская церковь, был возведен небольшой деревянный храм-часовня — как памятник многострадальному храму и народу.