Из работ Марка Шагала можно составить таблицу Менделеева
Цикл офортов к книге "Моя жизнь" открывает выставку, задавая ей ход и настроение. Книга так и не была опубликована, а вот альбом с 20 офортами вышел в Германии, эти листы - оттуда. Точные, характерные рисунки из жизни еврейского местечка, в них смешались авангардные изломы, реалистические портреты, многолюдные сцены, мерцающие густыми тенями или расчерченные в одну линию. Шагал начинал сходить с ума, едва успев взять в руки карандаш.
Это "Земная жизнь", первый зал выставки "Шагал: между небом и землей", собравшей в музейном комплексе "Новый Иерусалим" в Истре сотни работ из частных и музейных коллекций Беларуси, России и Франции - графику, холсты, офорты, гобелены, выстроенные на выставке не только по линиям жизни художника, но и по ее темам.
Несколько парижских зарисовок и натюрмортов в нежных розово-голубых тонах из частного собрания в начале следующего зала "Путешествия и мосты" - и на этом все светское на выставке уступает место священному, иллюстрациям к Ветхому и Новому Заветам, цветным, черно-белым, в офортах, гобеленах и гравюрах. В 1931 году Шагал с семьей едет в Палестину, чтобы увидеть великий город и поработать над заказом Амбруаза Воллара, заказавшего ему иллюстрации к "Книге книг". Именно тут, в палестинских песках, он забывает про все, именно здесь в нем рождается тот Шагал, зависший над землей и не желающий опускаться на землю.
Куратор выставки Екатерина Селезнева уже в третий раз подступается к витебскому гению.
После выставок в Третьяковке в 2005 году и в 2012-м, проследивших творческий путь Шагала, ей захотелось приоткрыть дверь в его мастерскую и показать, каким разным был этот гений, учившийся всю жизнь. "Вот он стал работать с витражами (мы идем мимо серии ярких литографий, тут смешались разноцветные сказочные рыбы, птицы, странные животные и растения - это рисунки к витражам синагоги в Хадассе) - и его живопись изменилась, там появились прозрачность, легкость, их раньше не было. Пошли гобелены - и люди иногда не понимают, что это гобелен (огромным гобеленам с выписанными широкой кистью бело-синими фигурами посвящен отдельный), кажется, что это затягивающее в себя пространство просто холст".
- Что бы он ни делал, он делал осознанно, в любви к тому, что делает. Его любовь плюс краска равно "химия", и эта его химия всякий раз разная, - говорит Селезнева. - Мне иногда кажется, что из работ Шагала можно было бы составить таблицу Менделеева.
Вот это явно Cu, медь, - небольшая гравированная пластина "Исход народа Израиля из земли Египетской": впереди вскинувший голову к небу Моисей в короне, за ним клубящаяся толпа. Самое захватывающее в этом большом сюжете - серия офортов-эскизов к работе, "состояний", как их называл художник. На этих 16 "состояниях" (каждые, каждые волосинка и складка тут процарапаны сухой иглой по доске!) толпа сначала движется то в одну сторону, то в другую, вождь пока неразличим, над головами появляется облако с ангелом, от "состояния" к "состоянию" картина меняется, пророк уже идет и молится, десятки фигур меняют осанку, выражения лиц...
Серия из 105 библейских гравюр из частного собрания, раскрашенных художником вручную и подаренных им второй жене Ваве Шагал, - это безусловное золото, чистый Aurum. Показывающаяся в России впервые, она и помещена кураторами в узкое пространство с желтыми стенами в дальний зал. "Всевышний жалеет Иакова", "Призвание Иеремии", "Видение Иезекииля", "Илия на горе Кармил": десятки небольших листов с черно-белыми фигурами людей и ангелов, мужчин и женщин, плачущих, летающих, молящихся, воюющих... Библия окружает тебя со всех сторон - движущаяся, живая, как все у Шагала.
- Минуя гравюры по этому коридору, смотря то на одну стену, то на другую, вы придете к гобелену "Моисей", - говорит другая внучка Шагала, Мерет. - Мой дед так и работал - от одной техники к другой, гравюра, живопись, гобелен, витраж...
Мерет часто бывает в России: ей тут нравится, и она хочет учить русский язык, на котором говорила в детстве, сидя на коленях у деда, но сейчас почти забыла.
Поэт с кистью
Марк Шагал - русский и французский живописец, график. Родился в 1887 г. в Витебске. Учился живописи в Москве у Л. Бакста, в 1923 г. вместе с семьей переехал в Париж.
В 1934 году картины Шагала, хранившиеся в музеях Берлина, были публично сожжены по приказанию Гитлера. Остальные - выставлены в 1937 г. как образцы "дегенеративного искусства".
С 1941 года с семьей жил в США и Мексике, оформлял книги, писал фрески и делал витражи для соборов и синагог. По просьбе министерства культуры Франции, выполнил роспись плафона в Гранд-опера. Создал панно для Метрополитен-опера, мозаику для Национального банка США, витражи собора в Цюрихе, собора в Реймсе.
На протяжении всей жизни публиковал стихотворения, эссе и мемуаристику на идише. Часть из них переводились на иврит, белорусский, русский, английский и французский языки.
Умер 28 марта 1985 года в 97 лет.
Комиссар от искусства
После революции Шагал был назначен уполномоченным по делам искусств в Витебской губернии. В 1919 году он организовал Витебское художественное училище, разместившееся в одном из национализированных особняков. Учащиеся школы рисовали плакаты с лозунгами, рекламные вывески, а к годовщине Октября расписывали стены и заборы революционными сюжетами. Шагал создал в училище систему свободных мастерских, художники, руководившие ими, могли использовать собственные методы обучения.
Где смотреть
"Шагал: между небом и землей", до 8 марта 2020 года, МВК "Новый Иерусалим" в Истре. Билет - 400 рублей.