Исправительный центр без колючей проволоки открыли под Новосибирском

Обшитое сайдингом трехэтажное здание на окраине Искитима сложно назвать учреждением ФСИН — на первый взгляд. Здесь нет ни колючей проволоки по периметру, ни решеток на окнах. Обитатели исправительного центра живут, приобщаясь к труду. Новый центр рассчитан на 100 осужденных мужчин и 28 женщин. Пока здесь обустраиваются около сорока человек. Следят за распорядком и безопасностью 14 сотрудников ГУФСИН. В учреждении установлены камеры видеонаблюдения.

Распорядок дня в исправительном центре похож на будни многих людей, не нарушавших закон: в 6.00 подъем, завтрак и сборы на работу. Вечером, после трудовой смены, осужденные готовят ужин, смотрят телевизор, читают книги или сидят в интернете, общаясь с родными, а после отправляются по комнатам отдыхать. В отличие от колоний, здесь не запрещается иметь мобильные телефоны и ноутбуки — но лишь во внерабочее время.



Все необходимые бытовые помещения – как в общежитии: прачечная, кухня, столовая, комната для сушки вещей. 25 небольших комнат, в которых проживают работающие осужденные, находятся на втором этаже. У кого-то на прикроватных тумбочках книги, у кого-то – иконы.



Все приговоренные к принудительным работам трудятся не даром, они получают зарплату, из которой вычитают деньги за проживание в исправительном центре. Сумма небольшая – около 400-500 рублей в месяц, но, кроме оплаты услуг ЖКХ, осужденным приходится самим покупать продукты, лекарства, одежду. Это тоже один из моментов социализации – на казенных харчах всю жизнь не просидишь, хочешь или нет, а приходится обеспечивать себя самостоятельно. Кроме того, из зарплаты платят деньги по исковым обязательствам – алиментам, штрафам, компенсациям.

«Это поручение президента Российской Федерации о создании в каждом регионе исправительных центров с местом пребывания до 400 человек. Это задача минимум, которая поставлена, – говорит заместитель губернатора Новосибирской области Сергей Семка. – Люди, отбывающие наказание, могут приносить пользу государству; второе – те, кто имеет какие-то долги, имеют возможность их выплатить. Это одно из условий условно-досрочного освобождения».



Больше работы – меньше рецидивов



Три таких учреждения уже функционируют в Новосибирске. Исправительный центр в Искитиме – первый, созданный при поддержке бизнеса на базе помещений Бердского кирпичного завода. На открытие прибыл врио заместителя главы ФСИН России генерал-лейтенант внутренней службы Константин Березнев.

«Государственная политика в сфере развития альтернативных видов наказания и расширения сети исправительных центров продолжается, и этот институт принудительных работ будет развиваться и дальше, – говорит Константин Березнев. – В Новосибирской области это четвертый участок, и есть такие же перспективы по развитию в дальнейшем подобных объектов. В Российской Федерации на сегодняшний день открыты 39 самостоятельных исправительных центров и 150 участков, функционирующих как исправительные центры. На сегодняшний день почти 180 тысяч человек, которые находятся в местах лишения свободы, имеют по формальным признакам право на замену приговоров более мягким видом наказания, а именно замену лишения свободы на принудительные работы».



Осужденный становится самостоятельным, он получает зарплату, имеет право носить гражданскую одежду, распоряжаться деньгами и сам принимает определенные решения.



«Если говорить об уровне совершения ими преступлений, то он крайне низок. К примеру, в прошлом году из осужденных к принудительным работам было допущено в Новосибирской области лишь одно преступление — за хранение наркотиков. В этом году за два месяца не допущено ни одного преступления. Поэтому рецидивная преступность гораздо ниже после освобождения из участков, функционирующих как исправительные центры», – добавил Березнев.

Как долго человек будет находиться в исправительном центре – решает суд. Как правило, это меньше половины уже отбытого срока, при условии, что в колонии заключенный показал себя с хорошей стороны. Не УДО, но уже не колония. Сами судимые называют такую меру наказания полезной альтернативой. «За исправительными работами будущее, – говорят постояльцы исправительного центра. – Это кардинально другие условия жизни».



Со стороны такие исправительные центры для тех, кто уже успел побывать за решеткой, выглядят удобной и мягкой мерой наказания. Но не все так просто. За провинности в виде опоздания на работу или с работы, за наркотики или алкоголь, суд быстро отправит нарушителя обратно в колонию.



Владу всего 20 лет. Два года своей жизни он провел в местах не столь отдаленных, сейчас работает на Бердском кирпичном заводе. Работа нехитрая, но физически трудная – складывает кирпичи, убирает мусор. «Здесь намного лучше, чем в колонии, намного! Начинаешь общаться с обычными работягами, обсуждать, кто сколько получает. И хочется показывать себя», – рассказывает парень. Влад выйдет на свободу в октябре этого года. Говорит, что мечтает после освобождения научиться водить автомобиль, поступить в техникум на автокрановщика и работать в сфере строительства.



Другой осужденный — опрятно одетый Станислав Панов — работает разнорабочим. История Станислава не уникальна – молодой человек занимался бизнесом, с партнерами основал кадровое агентство и собственную строительную компанию. А потом – наркотики, полиция, суд. По статье 228 сегодня за решетку попадает большинство, уступая по количеству разве что имущественным преступлениям – грабежам и кражам. Станиславу предстоит отбывать наказание в исправительном центре еще три года.

«Когда попал в колонию, было полное непонимание, что меня ждет, куда привезут, как там жить. Но я быстро понял, что нужно стремиться к условно-досрочному освобождению. Работал дневальным в отряде, активно принимал участие в жизни колонии, в спортивно-массовых мероприятиях, получал поощрения. Подошел срок подачи ходатайства, я обратился к руководству колонии и мне оказали поддержку, – рассказывает Станислав. – Поначалу было непривычно, так как почти четыре года был в колонии.

Отвыкаешь от таких прелестей жизни, как одеваться в то, что хочешь, есть то, что хочешь – пойти в магазин, купить продукты. Первый месяц было вообще безграничное счастье. Если ты соблюдаешь правила внутреннего распорядка, то все хорошо. Здесь телефон никто не забирает, нет никаких ограничений в свободное время – делай, что хочешь, созванивайся с друзьями. А в колонии зона-телеком – пятнадцать минут в день, очень мало».



Это хорошая адаптация: адаптация к работе, к свободной жизни, говорит Станислав Панов. После освобождения оставаться на заводе он не намерен – хочет вернуться в бизнес. «Конечно, пойду на другую работу. К созданию кирпича у меня душа точно не лежит, – смеется мужчина. – Меня ждут мама, братик, сестренка, гражданская жена. Хотим расписаться в обычном ЗАГСе, администрация не препятствует этому».

Здесь принято делиться с соседями едой, если те задерживаются и не успевают приготовить себе ужин. «Готовил себе пасту болоньезе и пасту с курицей и грибами. Очень люблю итальянскую кухню. У меня же было незаконченное высшее образование – учился на повара, – говорит Станислав. – Всякое же бывает. Напишут: «Пацаны, можете приготовить?» Никто никому не отказывает в этом. Все мы люди, все мы помогаем друг другу. А как же без этого? Взаимопомощь должна быть».



Бизнес на стороне оступившихся



Для бизнеса сотрудничество с ФСИН дает приток рабочей силы на низкоквалифицированных местах, к тому же дисциплина у осужденных подчас хромает меньше, чем у рабочих без судимостей.

«Все знают, что у нас нехватка рабочей силы, тем более в строительной отрасли, на птицефабриках, в сельском хозяйстве, – говорит директор ООО «Бердский кирпичный завод» Виктор Голубев. – Люди работают хорошо. Дисциплина практически у всех на высоте, надо сказать, могут позавидовать некоторые другие рабочие. Никогда нет ни пьяных, ни похмельных. Мы в свою очередь поощряем – горячие обеды, сухие пайки, курево, кто курит. Я доволен, как люди работают, да и со стороны людей в наш адрес замечаний не было».

По словам Виктора Голубева, уже четверо бывших осужденных остались работать на Бердском кирпичном заводе после освобождения.