Вода дырочку найдет. Паводки продолжают топить Россию
Высокую воду в ближайшие дни ждут в городе Осташков (Тверская область), в Оренбургской области река Сакмара готовится выплеснуться на улицы села Татарская Каргала, паводок ждет Томск, следует из прогноза Росгидромета. Статус опасного природного явления сохраняется в городе Камень-на-Оби (Алтайский край), в Кургане и Оренбурге, а также более мелких населенных пунктов этих регионов. Реки Обь, Томь, Чумыш, Ишим, Тобол, Ельцовка, Урал, озеро Селигер продолжают кошмарить людей, живущих на их берегах.
Водный Апокалипсис
В наполовину ушедшем под воду Орске, где паводок отступает, ситуация улучшилась: там явление уже считается не опасным, а только негативным. Такая же обстановка в соседнем Бузулуке, Вязниках и Коврове (оба — Владимирская область). Отметка уровня поймы превышена практически везде.
Рекордные паводки пришли в самые разные регионы страны, счет подтопленных домов идет на многие тысячи. Если в случае с Орском многое можно попытаться свалить на дамбу, построенную рядом с городом, то для природного озера Селигер такое объяснение явно не подходит. Полное ощущение, что все реки страны сговорились и решили за одну весну отплатить людям за все неразумные поступки, совершенные на их берегах.
Застроенные поймы, неудачно поставленные мосты, бесхозные плотины, оставшиеся еще со времен советских колхозов и совхозов — все это внесло свой вклад, создав людям дополнительные трудности. Паводок надо пропускать, не надо воду сдерживать, говорят ученые. Но разлившийся на многие километры Урал, затопив, помимо человеческого жилья, все доступные ему поля и низины, показывает — такой подход мне неприемлем.
Очевидный запрет на строительство в затопляемых местах сталкивается с тем, что люди хотят жить у реки и, если много лет подряд ничего серьезного весной не происходит, считают, что так будет всегда. Еще несколько лет назад руководитель федерального агентства водных ресурсов Дмитрий Кириллов добивался того, чтобы жилье в низинах перестали строить, а тех, кто там будет жить, обязали покупать страховку по принципу ОСАГО на случай затопления. Россия — страна огромная, нет никакого смысла жить в опасных местах, если можно расположиться повыше, объяснял он. Однако пока эти замыслы так и не были реализованы.
В каждом случае были чиновники, своей подписью разрешавшие строить жилье в опасных местах, согласовывавшие проекты объектов социальной инфраструктуры в этих кварталах. Могли они хотя бы частично предотвратить нынешние беды? Конечно могли. Почему не сделали? Неизвестно. Есть два варианта: некомпетентность или взятка. И тут даже не знаешь, какой из них лучше. Но третьего не дано.
Промытые перспективы
Теперь же у всех жителей затопленных домов встает вопрос о компенсации за потерянное имущество. Ее будет платить государство, уже очевидно, что предусмотренными устаревшим федеральным законом суммами в 50 тыс. руб. за частичную потерю имущества и 100 тыс. руб. — за полную, никто не ограничится.
«Если решат платить деньгами и суммы, которые получат семьи, окажутся достаточными, многие могут переехать жить в другие регионы, — считает руководитель департамента бизнес-аналитики Финансового университета при правительстве России Михаил Толмачев. — Есть и другой вариант: выделить людям участник внутри региона, подобрать безопасные места, помочь со строительством... И о пострадавших позаботиться, и сохранить у себя кадровый и демографический потенциал».
С точки зрения всей страны такой переток кадров особых проблем создать не должен, считает он. В стране безработица и так на феноменально низком уровне — 2,8% — компании бьются за квалифицированные кадры, готовы платить за привлечение подготовленных работников. А вот с точки зрения того же Орска ситуация может оказаться совсем иной: оставшись без, условно, тысячи пар рабочих рук из-за переезда пострадавших от паводка в другие регионы, местная экономика может просто встать.
«Таким пострадавшим городам как Орск нужен новый мастер-план, надо придумывать и создавать условия для развития экономики, строить и обновлять инфраструктуру и, что самое главное, просто и понятно рассказывать об этом людям, — говорит исполнительный директор экономики роста имени Столыпина Антон Свириденко. — Желание людей уехать очень понятно, это вопрос психологии: после такого кошмара очень хочется перебраться куда-то подальше. Но тут нельзя никого ни к чему принуждать. Нельзя людям навязывать определенную форму компенсации».
Есть и еще один вопрос: несмотря на многочисленные подобные природные катастрофы, в России до сих пор нет единого федерального порядка действий при подобных ЧС. Крымск, Тулун, Дальний Восток не привел к формированию стандартного алгоритма и власти регионов каждый раз с нуля создают свои варианты. По мнению Свириденко, так получилось из-за того, что политический акцент был сделан на профилактику и предотвращение таких катастроф. Но что-то пошло не так, удержать стихию раз за разом не получается. Из-за этого стандартный механизм урегулирования ущерба и убытков все-таки оказывается необходимым.