Ткальи. Ковер в Ишиме больше чем ковер
Ткачество ковров — промысел, которым в России занимались в основном женщины. Ткальи — так в прошлом называли ткачих — создавали ковры дома, в перерывах между работой в полях. Всё делалось вручную — это был тяжёлый труд, требующий колоссального времени и терпения. Документальный фотопроект Надежды Князевой «Ткальи» покажет тех, кто борется за сохранение традиционного промысла Сибири.
Если в прошлых веках ковры были почти в каждом доме, сейчас их называют пылесборниками и выбрасывают, либо заменяют изделиями массового производства. Десятки ковровых фабрик, работавших в советское время, в 90-е годы закрылись.
Сейчас в стране осталось только одно производство, сохранившее традиции ручного ковроткачества — «Сибирская ковровая фабрика» в городе Ишиме Тюменской области. На фабрике работают 10 мастериц, почти все пенсионерки. Самой молодой ковровщице около 40, остальным от 50 до 70 лет. Новые сотрудницы редко приходят на фабрику из-за сложности работы.
Подготовка к созданию ковра включает натягивание основы, нарезание жичек (небольших кусочков пряжи для вязки ковровых узлов) и намотку цевки — нити, скрепляющей махру. Эти этапы делаются при помощи советских станков: «рубильни», «крутильни» и «перемоточной». Подготовкой занимаются отдельные специалистки: красильщицы, мотальщицы и крутильщицы. Этим профессиям сейчас не учат почти ни в одном учебном заведении, поэтому найти обученного работника практически невозможно.
Затем ткачихи садятся за ковёр. Над одним полотном работают две-три опытные мастерицы, их движения синхронны и отточены годами опыта. Сначала они завязывают ряд узелков на вертикальной основе ковра, затем прокидывают цевку с «утком» (горизонтальной нитью, скрепляющей махру) и громко ее прибивают — опускают так называемую «набилку». Когда ковер готов, его подшивают и отправляют заказчику.
Фабрика не единственное место, где производят ручные ковры. Есть в Тюменской области частные мастера, один их них — потомственная ковровщица Наталья Денисова. С детства она наблюдала, как её бабушка Физа ткала ковер в своей комнате, и сама пробовала вязать узелки. Возможно, в то время в ней родилась любовь к этому промыслу. Повзрослев, Наталья встретилась с пожилыми деревенскими ковровщицами, которые поделились с ней секретами ковроткачества. Теперь она передаёт эти знания молодым ученицам: своей 13-летней дочери Марии и школьнице Светлане.
Все этапы мастерица делает вручную. Сначала готовится пряжа. Наталья теребит овечью шерсть пальцами и прядет ее на колесной прялке, создавая нити, которые она ссучивает, то есть, сдваивает. После этого нити сматываются в «пасмы», которые нужно прокипятить и покрасить. Когда пряжа высохнет, ее режут на жички. Все готово — можно заправить ткацкий стан.
Начинается самая важная часть процесса — создание узора на ковре. Ковровщица, опираясь на схему, завязывает узелки. Это похоже на вышивку: один «квадратик» на схеме — один узелок. Таким образом формируется узор. В таком непростом деле не обойтись без помощников. В мастерской Натальи работает 27-летняя Мария Любимова, выпускница Тюменского государственного института культуры. Студенты этого вуза изучают народные промыслы, в том числе ковроткачество под руководством преподавателя Ольги Козловской. Некоторые студенты затем приходят в мастерскую Натальи на летнюю практику или остаются работать.
Ручной труд пусть и стал непопулярным в наше время, но и у него есть свои почитатели. Сейчас старинные тюменские ковры хранятся в частных коллекциях и музеях, экспонируются на выставках. Среди частных коллекционеров — Зулейха Алишева, Александр Рябченюк и Юрий Третьяков. Доктор искусствоведения Наталья Сезёва является не только коллекционером, но и исследователем тюменских ковров. Она изучает этот промысел более тридцати лет.
Все эти люди не позволяют знаменитому тюменскому ковру исчезнуть. Для них он — не пылесборник, а ценность, которую необходимо сохранить.