Большое путешествие в Северный Казахстан. Часть1
Спроси меня, снятся ли мне элеваторы-корабли в пшеничном море Северного Казахстана вдали от дома, и я отвечу — даже когда не сплю. Даже тогда, когда смотрю на снежинки за окном в 500 километрах от Петропавловска, в моей голове они мягко накрывают нелепый огромный Тайыншинский элеватор с угловатыми плечами, стоящий посреди степи, возвысившийся над небольшими домиками райцентра и доминирующий над всем пейзажем. Утром на его голове просыпается свита из разнокалиберных антенн. Они шумят и даже вертятся, пока никто не видит, нашёптывают нужное направление, дерутся за первенство в рассказе сплетен… А корабль плывет, и капитан в его рубке всё так же неспешно покуривает кубинскую сигару.
Поднимешься на вершину элеватора, и повсюду, сколько бы ты ни пытался вглядываться вдаль, будет бесконечное поле, поделенное надвое железной дорогой. И даже по ночам, когда никто этого не видит, в этом поле шумят волны. Летом пшеничные, зимой снежные и в любое время года — прекрасные…
Спроси меня, хочу ли я погулять по берегу Ишима в Петропавловске? И я скажу, что я каждый день гуляю там, закрывая глаза… Быстро спускаюсь вниз (потому что летом ночи коротки, а зимой — там холодно) по улице Потанина, прохожу мимо маленького магазинчика «Подгорье», и чувствую влажный запах травы, вижу росу и флегматичных ночных подгорских кошек, которые деликатно вышли из дома, пока люди, мнящие себя их хозяевами, спят в обнимку или спина к спине…
Я иду к реке, потому что для меня это самое спокойной и вечное место в мире, которое было всегда. И если на берегу этой реки копнуть достаточно глубоко, то можно найти не только узников тюрьмы крепости Святого Петра, которых топили в проруби, если они были слишком сильно больны чахоткой, но и мамонтов, саблезубых тигров, динозавров, которые буквально ходили по тем же улицам, что и мы…
Спроси меня, в какую сторону света от Петропавловска я ездил чаще, чем в любые другие, и я скажу — на север и восток. На север течет прекрасный Ишим, и если ехать на попутках достаточно долго, то можно доехать до самого Северного Ледовитого океана. Не спрашивай, почему на попутках — это другая история, в которой все заканчивается присказкой «и я там был, мёд-пиво пил, по усам текло….»
Можно доехать до океана, но я не доехал, потому что на север от Петропавловска есть сказочная деревня Долматово, где я ночевал в стогу, побывав в первый раз… На закате долину рядом с деревней накрывают туманы, и в свете угасающего солнца они становятся матовыми — от этих долин матовых и пошло название деревни.
В Долматово я оставил частичку сердца, вмонтировал её в березку на окраине, чтобы возвращаться иногда, как в центр вселенной. Правда точное место никому не сказал, поэтому там, на окраине деревни, уже 20 лет ведут раскопки археологи… кто сказал, что это не так?
А на восток от Петропавловска — деревня Белое, где сейчас засыпало улицы белым снегом, где по ночам из окна видны огни уже почти большого города, где скромно скрипит под ногами снег, потому что его все равно никто не услышит.
А на восток от Петропавловска есть Токуши, и там грустит забытый дом культуры, в котором справляли свадьбу знакомые твоих знакомых.
На восток от Петропавловска есть деревня Лебяжье, а рядом с ней — огромного размера валы старой крепости и старинная церковь.
Теперь спроси меня — что есть на запад от Петропавловска… И я отвечу: нет ничего более прекрасного, чем то, что я видел на запад от Петропавловска в Северном Казахстане. Возможно, потому, что это действительно так прекрасно: прохладные улицы Мамлютки, поля в Жамбылском районе, улицы Пресновки. Возможно потому, что я так хочу вернуться туда, на берег озера Питное, послушать шум прибоя, снова прогуляться по дому-музею Ивана Шухова, посмотреть на домики с резными наличниками…
Я обязательно расскажу об этом в следующем «Большом путешествии в Северный Казахстан».