Битва за Куштау: Как это было

"У матери есть трое детей, и младшего нужно отдать на трансплантацию органов, чтобы прокормить других детей": как развивалась история с Куштау Далеким от экологической повестки гражданам России слово "Куштау" стало известно 4 августа 2020 года, в тот день появились сообщения о том, что на горе валят лес при помощи ОМОНа. Тогда же у подножия природной достопримечательности возник палаточный лагерь. Кроме местных жителей из деревень Урняк, Ишим, Ахмерово, поселков Мебельного и Шахтау сюда приехали активисты из других районов Башкортостана, а также окрестных областей России. Власти действовали жестко, людей избивали неизвестные в масках, несколько десятков защитников горы были арестованы в течение 12 дней противостояния, некоторым назначили административные аресты. Среди погромщиков лагеря протестующих был замечен глава Ишимбайского района Азамат Абдрахманов, который, впрочем, наказания избежал и даже был переизбран на свой пост в мае этого года. Проблема Куштау не возникла из неоткуда. Уже много лет завод-гигант БСК претендует на башкирские шиханы — ресурсы одного из них, Шахтау, разработка которого началась в советские времена, истощены уже почти полностью. Защитник Куштау Руслан Габбасов рассказывает, что начал интересоваться проблемой сохранения местных гор в 2011 году. Тогда он вступил в башкирскую национальную организацию "Күк бүре". БСК тогда планировала начать разработку другого шихана — Торатау. Промышленники сначала утверждали, что Куштау им не подходит. Организация "Күк бүре" начала проводить акции в защиту гор уже тогда. В 2014 году, когда появилась ныне запрещенная организация "Башкорт", проблема усилилась. — Проблема шиханов поднималась волнами. Обострения происходили, когда представители БСК заявляли о планах разработки новых гор, — рассказывает активист По мнению Габбасова, бывший глава Башкортостана Рустем Хамитов потерял свой пост именно из-за нежелания отдавать шиханы в разработку. — Пришедший Хабиров обострил проблему, только уже отдав вместо Торатау Куштау. С тех пор проблема Торатау отпала. Для нас, в принципе, разницы нет — что Куштау, что Торатау. У общественников даже были такие аналогии по поводу шиханов: у матери есть трое детей, и младшего нужно отдать на трансплантацию органов, чтобы прокормить других детей. После того, как проблема Куштау обострилась, наша организация "Башкорт" заявила твердо, что мы этого не допустим, — отмечает он. В 2020 году Верховный суд Башкортостана признал национальную башкирскую организацию "Башкорт" экстремистской и запретил ее деятельность. Габбасов пояснил корреспонденту "Idel.Реалии", что руководство БСК в 2016 году приглашало активистов "Башкорта" на встречу. У организации на тот момент была большая группа ВКонтакте — 60000 подписчиков. В сообществе заранее было сделано объявление о том, что БСК позвала общественников на переговоры. Активисты публично рассказали своим сторонникам о предстоящем мероприятии, чтобы их никто не обвинил в подкупе. Габбасов говорит, что члены "Башкорта" воспринимали руководство БСК как врагов, единственная цель которых — отобрать природные ресурсы у граждан. — Мы туда приезжали, они накрыли стол. Там присутствовали производственные директора завода. Они пытались нас убедить, что у них нет другой альтернативы, что это производство нужно для промышленности России. Аргументируя это тем, что в Советском союзе Шахтау разработали. Мы им предлагали искать альтернативы, проконсультировавшись с учеными, технологами. А альтернатива действительно есть — нужно просто менять печи, — уточняет детали встречи активист, акцентируя, что ни к какому общему мнению "Башкорту" и БСК прийти не удалось. Габбасов пояснил корреспонденту "Idel.Реалии", что содовики с самого начала не были честны с общественностью, когда говорили, что, кроме Торатау, никаких вариантов нет, а другие горы им не подходит. Ведь уже в конце 2018 года Радий Хабиров объявил о своем решении "спасти Торатау", отдав на разработку Куштау. — Наша организация заявила, что мы не допустим этого и будем всячески противодействовать. И с тех пор пошло противостояние. Люди были разобщены, высказывались, конечно, индивидуально, а организация "Башкорт" была сплоченной, у нас на тот момент было 18 филиалов в республике. Мы начали с учеными общаться, пытаться искать альтернативы. Потом эта тема на полгода утихла, а летом 2019 года перед V Всемирным курултаем башкир мы провели йыйын (народное собрание — "Idel.Реалии") на Куштау, специально выбрали это место. Мы делали наказы делегатам курултая, один из пунктов касался Куштау. Это очень сильно разозлило Хабирова и его администрацию. Именно во время этого йыйына к нам пришли местные жители — из Урняка, Мебельного, Шахтау, Ишима, Ахмерова. Мы им сказали тогда, что основная часть победы — это сплоченная работа местных жителей, — рассказывает Габбасов. В конце 2019 года в республике стартовала серия флешмобов и акций в защиту шиханов, появилась инициативная группа "Защитим Куштау". В мае 2020 года минюст запретил деятельность "Башкорта" — одной из главных организационных сил защитников горы. Хабиров принял решение — что дальше? Для общественника Руслана Нуртдинова защита шиханов началась после 10 декабря 2019 года, когда глава Башкортостана Радий Хабиров в послании Госсобранию республики заявил, что Куштау будет разрабатываться. Руководитель региона тогда добавил, что "организованным попыткам давления будет дана соответствующая правовая оценка". Многим жителям республики тогда слова Хабирова показались неприемлемыми. Под предлогом защиты рабочих мест и поддержания экономики региона его глава демонстративно показал свое негативное отношение к многочисленным просьбам экологов, общественников и местных жителей оставить гору в покое. Глава региона видел в этом попытки выдавить "Башкирскую содовую компанию" с рынка и открыто обвинил журналистов и национальных активистов, вставших на защиту Куштау, в подкупе. В декабре Руслан Нуртдинов написал пост ВКонтакте с заголовком "Открытое письмо тому, кто называет себя главой Башкирии", который быстро стал вирусным. В феврале 2020 года общественник объявил о своем желании участвовать в выборах в райсовет родного Чекмагушевского района, через 2 недели, по словам активиста, в местной администрации было проведено секретное совещание, на котором присутствовали республиканские чиновники. Оппозиционера решили "любыми способами не допустить до выборов". События развивались молниеносно — уже спустя пару недель у Нуртдинова сожгли машину. Руслан Габбасов полагает, что декабрьское заявление главы Башкортостана раскололо общество. Многие начали думать, что вопрос разработки шихана решен окончательно, и ничего изменить невозможно. Другую часть слова главы Башкортостана разозлили. 4 августа на Куштау возник палаточный лагерь, а на следующий день — начались первые задержания. В полицию был доставлен один из лидеров башкирского национального движения Фаиль Алсынов и жительница деревни Урняк Рузина Мухамеджанова. 6 августа Нуртдинов со своей командой приехал на защиту шихана. — Местные жительницы мне постоянно писали из-за того письма, и 6 августа мы с моей командой отправились на Куштау. Приехали туда, увидели, что против грузовых машин стояли в основном старики. Мы с ребятами прошли сквозь полицию, встали к ним лицом. Я простоял буквально 15 минут, после чего нас схватили и увезли. Меня оставили на ночь в отделе полиции, но вскоре выяснили, что я — действующий кандидат, меня задерживать без санкции прокурора не имеют права, и отпустили до суда, — рассказывает Нуртдинов. 9 августа общественник со своей командой участвовал в акции "Живая цепь" у подножия шихана. На следующий день в Чекмагушевском районном суде его пытались снять с выборов по заявлению одного из конкурентов. Судья принял сторону оппозиционера, после чего он вернулся на Куштау. Позже активиста все же снял с выборов Верховный суд Башкортостана. — В ночь с 9 на 10 августа было нападение "титушек" на лагерь, в ночь с 10 на 11 мы с ребятами его охраняли. 11 августа меня осудили за то, что было 6 августа, и дали трое суток ареста. Вышел оттуда, и вот у нас субботник должен был быть 15 числа, но кто-то его отменил. Кто отменил, я не знаю, какая-то дезинформация прошла, что его не будет, и 15 числа БСК провела свой митинг в защиту разработки Куштау. Люди не поехали, потому что эта отмена произошла. После митинга 15 августа было совершено очередное нападение на лагерь защитников, там их было всего 300 человек, 80 из которых задержали. Я подъехал поздно, битва шла уже на конце горы, где трамплин. Я уехал в полицию в Стерлитамак, своими глазами увидел задержанных. Многие приняли решение подготовиться к 16 августа, — отмечает Нуртдинов. "Капитуляция подписана, эйфория была полная" 16 августа, по оценке Нуртдинова, на Куштау собралось около 8 тысяч человек. Люди строили баррикады, позвали Радия Хабирова на переговоры, и он приехал. В тот день глава Башкортостана заявил защитникам, что гора разрабатываться не будет. Это был переломный момент в противостоянии. Люди собрали Координационный совет и решили ехать в Уфу, продолжать переговоры с Хабировым. Вспоминая свои эмоции 16 августа, Руслан Габбасов рассказал корреспонденту "Idel.Реалии", что чувствовал то же, что и "люди, участвующие в долгой войне, когда враг проиграл и капитуляция подписана, эйфория была полная". По словам Нуртдинова, движение за защиту Куштау было массовым и состояло из разных людей — не только из Башкортостана, но и из Челябинской и Оренбургской областей. Среди активистов были люди разных национальностей, но в первую очередь — башкиры, для которых эта гора имеет особое значение. Габбасов, отвечая на аналогичный вопрос корреспондента "Idel.Реалии", также отметил, что ведущей силой среди защитников были именно башкиры, которых, по его оценкам, было 70-80%. Руслан Нуртдинов и Руслан Габбасов вошли в состав инициативной группы, с которой Хабиров встречаться отказался, поскольку в ее составе были экс-члены организации "Башкорт". 17 августа Хабиров встретился с другой инициативной группой, в которой, по словам Нуртдинова, были "удобные" главе республики люди. Защитники Куштау отказались признавать эту встречу актом выражения собственных интересов. 21 августа Хабирову все же пришлось встретиться с Координационным советом, состав которого добровольно покинули бывшие члены "Башкорта". Встреча оказалась неожиданно короткой. — Мы зашли, зачитали на башкирском и на русском свои требования, выслушали их и просто встали и ушли. Это все было спланировано заранее, там не было никакой импровизации. Мы этим хотели поставить Хабирова на место, заставить разговаривать с нами на равных, смотря в глаза, — рассказывает Нуртдинов. Основное требование делегатов — модернизация производства и поиск альтернативных источников разработки. Общественник отметил, что Радий Хабиров на встрече сильно нервничал, все происходило не по плану главы Башкортостана. Руслан Габбасов, участник первого состава Координационного совета, тоже считает, что тот формат встречи с Хабировым, который состоялся 21 августа, — самый удачный. — После того, что они там натворили, сколько людей избили, посадили на сутки, сколько раз угрожали и обзывали "ваххабитами", "экстремистами" и "проплаченными людьми"... Садиться после этого с ними за стол переговоров и обсуждать дальнейшую судьбу Куштау — нет смысла. Официальный, твердый и четкий ультиматум — это наиболее правильное решение, — отметил он. Радий Хабиров, отказавшись от разработки Куштау, анонсировал уголовные дела в отношении защитников горы. В июне 2021 года у ряда у некоторых защитников Куштау провели обыски. Руслан Нуртдинов недавно снова баллотировался в совет депутатов Чекмагушевского района. Активист собрал необходимое количество подписей в местный ТИК зарегистрировал его кандидатуру, но суд посчитал, что общественник "не вправе быть избранным в органы государственной власти и органы местного самоуправления", поскольку участвовал в митингах Навального и писал посты в поддержку башкирских национальных активистов. Нуртдинов лишен пассивного избирательного права на три года. 22 июля Радий Хабиров подписал указ о создании вокруг башкирских шиханов охранных зон. Ряд специалистов отмечает, что некоторые положения документа могут сыграть негативную роль для сохранности памятников. Идель.Реалии Оригинал публикации