История семьи, жившей в самом красивом доме Петропавловска
Каждый в Петропавловске знает это фантастическое деревянное строение 1909 года, в котором сейчас находится музей искусств. Но далеко не все знают, что этот дореволюционный домик был когда-то усадьбой купца Юзефовича. В редакцию Петропавловск.news прислали историю этой семьи.
Историю поведала нам жительница России Елена Дуплянкина:
«Пишу Вам из Кургана. Составляем родословную семьи. Наша бабушка Ольга Федоровна Дуплянкина (Смирнова) родом из Петропавловска, она внучатая племянница Алексея Андреевича Юзефовича. Вам, конечно, известна эта фамилия, в их доме расположен художественный музей. Работая в архивах, восстановили историю появления в 1789 году в Сибири, и позднее в Петропавловске, семьи Юзефович. Сохранилось также несколько фотографий Алексея Андреевича.
Ваша редакция публикует в разделе «История» интересную информацию о прошлом города. У вас прочитали об обнаружении в 2015 году православного кладбища деревни Дуплянкина, которая почти в полном составе (включая наших предков) в начале 19 в. была переселена в другую деревню, ныне находящуюся в Курганской области. Очень вам благодарны за эту публикацию».
Высылаю рассказ о семье Алексея Андреевича Юзефовича с фотографиями.
Летом 2019 года нам с сестрой посчастливилось побывать в городе Петропавловске, приезжали поработать в архиве. Мы составляем родословную семьи и, занимаясь «петропавловской» ветвью, не ожидали, что частные поиски своих предков приведут к известной фамилии. В вашем городе имеется архитектурный памятник, известный как «дом Юзефовича», про эту фамилию, и самого Алексея Андреевича Юзефовича будет далее вестись речь.
Наша бабушка Смирнова Ольга Федоровна родилась в городе Петропавловске в 1900 году, детство и юность провела там. В 1919 году окончила Петропавловскую женскую гимназию и вынужденно уехала в село Юдино Ишимского уезда соседствующей губернии. Все документально подтвержденные данные я изложила в той последовательности, как обнаруживалась информация, а пока хочу предварить ее рассказами бабушки, которые запомнились в детстве.
В 9 лет бабушка осталась без матери. Четверых детей стала воспитывать их бабушка Ульяна Андреевна, мать отца. Сам отец вел какое-то дело, думаем, коммерческое, был часто в разъездах. Семья жила большим фамильным гнездом, очень зажиточно, от торговли имела большие доходы.
Дом хотя деревянный, но со вторым этажом, с теплым туалетом и ванной. Жизнь семьи была разрушена социальной революцией 1917-1919 годов. Бабушка говорила, что дом забрали под колонию малолетних преступников, пожгли книги, пианино забрали в рабочий клуб, где его исцарапали гвоздем. После этого бабушка с Ульяной Андреевной уехала в село Юдино, где у них была дача. Остальные члены семьи остались в Петропавловске.
Происхождение же наших предков оставалось очень неясным, а именно: ограничивалось бабушкиной фразой «У нас польская кровь», и что «мы были богатыми». Бабушки нет с 1975 года, казалось, что для семьи эти неопределенные фразы так и останутся ребусом и нераскрытой загадкой. К счастью, многие ответы на незаданные вопросы были найдены благодаря тому, что мы начали составлять генеалогическое дерево, конечно, в том числе и бабушкину ветвь.
Выяснилось, что безымянные предки могут обрести свои имена.
Облик, но не имя, нашего предка Алексея Андреевича Юзефовича каждому поколению семьи в той или иной степени знаком самого детства. Мне – с тех пор, как себя помню. Бабушка доставала старинные фотографии и начинала давать пояснения к каждому снимку. Ее отец увлекался фотографией, осталось достаточно много любительских снимков и студийных фотографий начала прошлого века. Показывая фотографии, где запечатлена многочисленная их семья, бабушка давала пояснения, кто на снимке.
Детские воспоминания стираются в памяти, да и восприятие не такое, как у взрослого, поэтому в основном многочисленные родственники помнятся как «дядья» и «тетки», но облик всех предков хорошо знаком. Заметно было, что некоторые снимки бабушке более дороги.
Всем, кто занимается или занимался этой кропотливой работой по поиску предков, известно, какие подчас обидные разочарования и какие удивительные сюрпризы ожидают исследователя. Одним из сюрпризов, вызвавшим настоящее изумление, оказался тот факт, что в экспозиции краеведческого музея города Петропавловска выставлена копия с фотографии, имеющейся также и в нашем семейном архиве. Очень красивый художественный снимок, казавшийся даже открыткой. И отпечатан на стандартной почтовой карточке – carte postale.
Была в то время такая фотобумага в виде почтовых открыток, их можно было пересылать по почте. Подпись на музейной копии гласит: «Алексей Юзефович с сыном Андреем». Наша карточка по почте не пересылалась, на обратной стороне дарственная надпись Алексея Андреевича: «Дорогой крестне Ульяне Андреевне Смирновой», – написано красивым ровным почерком, и подпись тоже красивая и достаточно разборчивая.
Наша прабабушка Ульяна Андреевна приходилась Алексею Андреевичу не только крестной, были еще какие-то семейные узы, однако степень родства была неизвестна, т.к. отчество крестника было нами забыто. Кроме того, дата и место рождения прабабушки были неизвестны, не говоря уж об именах и фамилиях ее многочисленных братьев и сестер.
Большой удачей в наших изысканиях явилось то, что было обнаружено документальное свидетельство нашего, а вернее Ульяны Андреевны, родства с фамилией Юзефович. В метрических книгах Покровской церкви города Петропавловска за 1863 год была найдена запись от 5 октября (старого стиля) о рождении Алексея Андреевича со стандартной записью о восприемниках, которые оказались хорошо известны нам по семейным фотографиям. Восприемниками, т.е. крестными, значились родные брат и сестра новорожденного – Иван Андреевич и Ульяна Андреевна. Из метрики следует, что родителями являются Андрей Егорович Юзефович и законная жена его Татьяна Петровна – крестьяне Частоозерской волости Ишимского уезда Тобольской губернии.
Поиск крестьянских семей очень легок, если в архивах имеются ревизские сказки, а по Тобольской губернии их представлена богатейшая коллекция. По ревизиям 1858, 1850, 1834, 1816 годов была восстановлена история появления в Сибири крестьянской семьи с такой необычной для нашей местности фамилией.
Итак, в Петропавловск семья переехала в период между 1858 и 1863 годами. В 1858 году проводилась последняя крестьянская ревизия, в ревизских сказках села Частоозерья нашлось искомое семейство, в нем записаны следующие члены семьи: Андрей Егорович Юзефович, 44 года; его сыновья Иван, 15 лет; Петр, 9 лет; Егор 3 года; его жена Татьяна Петровна, 44 года; его дочери Ульяна, 14 лет; Пелагея, 11 лет; Александра, 6 лет; Настасья, 1 год. По ревизии 1850 года состав семьи почти тот же за исключением младших детей. Достоинством ревизских сказок и большим подспорьем для составителя генеалогического древа является то, что записан возраст всех членов семьи на время проведения предыдущей ревизии. В случае если семья впервые переписывается в данном селении, указывается, откуда она прибыла. Кроме того, можно почерпнуть много и другой любопытной информации.
В следующей более ранней ревизии обнаруживаются интересные факты. По сказкам 1834 года Андрей Егорович являлся единственным потомком по мужской линии, у него были одни только сестры: Ольга, Надежда, Серафима, Филицата, Капитолина. Его отец и глава семьи – Егор Кириллович. И самое неожиданное: «Причислен <к крестьянскому сословию> указом Тобольской казенной палаты февраля 1го 1819 года с №539 как сын лишенного чинов и дворянства Кирилла Юзефовича».
В следующих ревизских сказках 1816 года по селу Частоозерскому после переписанных крестьянских семейств записан и сам Кирилл Юзефович: «Лишенный чинов и дворянства бывший титулярный советник Кирилл Астафьев Юзефович – 58 лет. Прижитые после лишения чинов дети: Иов – 23 года, Егор – 21 год». Старший сын Иов имел сына и двух дочерей, но сын утонул (пометка в ревизской сказке) молодым, будучи неженатым. Дочери воспитывались в семье Егора, в ревизии 1834 года указаны две племянницы.
Судьбу многочисленных записанных в сказках незамужних девиц без исследования брачных обысков (аналог современного свидетельства о браке) определить невозможно. А вот мужская линия прослеживается четко, причем единственная, и ведет она в Петропавловск, куда переехал Андрей Егорович своим многочисленным семейством.
После этих находок в сохранившихся Петропавловских метрических книгах были обнаружены записи о браке Ульяны Андреевны Юзефович с Петропавловским купцом 2 гильдии Федосеем Кононовичем Смирновым, о браке старшего брата Ивана Андреевича. Он женился на дочери священника Покровской казачьей церкви Алексея Николаевича Кайдалова. Есть записи о рождении у Андрея Егоровича еще двух сыновей. И другие факты, менее значительные.
Еще одна особенность обнаружилась при исследовании ревизских сказок. Сказку 1816 года, заполнял Егор Кириллович, в чем собственноручно расписался, а сказка 1834 года заполнялась Андреем Егоровичем с пометкой «за писаря». В наше время забылось полное отсутствие грамотности в крестьянской среде, а в ревизских сказках деревенские старосты не расписывались, писарь делал следующую запись: «волостной голова за неграмотностью печать приложил». Видимо, грамоте обучали в семье.
Кирилл Юзефович, сосланный в 1789 году из Киевской губернии в Сибирь за драку с дворянином же, получив такое строгое, но законное наказание, не упал духом, а вполне ассимилировался в среде. Обучая сына грамоте (по сути давал домашнее образование), заложил для последующих поколений возможность изменить свою судьбу.
Из метрических книг так же, как из ревизских сказок, можно почерпнуть достаточное количество интересной информации.
Старший из братьев Иван Андреевич служил в Петропавловской городской ратуше писарем, это следует из метрических записей о рождении или браке. В метрических книгах, как известно, вписываются в первом случае восприемники, а во втором – свидетели по жениху и невесте. В силу ли общительного характера, или служебного положения, или будучи прилежным прихожанином, он мог по нескольку раз в году выступать свидетелем по жениху или невесте. Если в 60-е годы он записан как крестьянский сын (с указанием должности и места службы), то с начала 70-х годов уже как мещанин. Скорее всего, изменение сословного положения произошло после смерти отца, так же как и в 1819 году приписали к крестьянскому сословию детей бывшего титулярного советника Кирилла Юзефовича.
Вот таким сложным образом в метриках о рождении у всех детей оказалось записано крестьянское происхождение, которое, без всякого сомнения, помогло семье пережить революционный террор. Хотя существенные притеснения в разное время были для всех членов семьи в большей или меньшей степени.
После революции Алексей Андреевич Юзефович остался жить в Петропавловске. Его можно увидеть на фотографии 1927 года, им самим подписанной. А также он присутствовал вместе с женой на похоронах трагически погибшего бабушкиного брата Глеба, своего внучатого племянника, в сентябре 1933 года. Это последняя имеющаяся у нас фотография Алексея Андреевича, этом снимке он выглядит заметно похудевшим, очень печальным.
Имена и судьба его детей нам неизвестна. Бабушка по понятным причинам нам с сестрой говорила не много, притом, что своему сыну, нашему отцу не рассказывала вообще ничего. Лишь в 60-е годы «хрущевской оттепели» она нам рассказала то немногое, из которого мы часть не поняли по малолетству, а часть забылась. В бабушке всегда поражала высокая культура, образованность, интеллигентность, думаю, это как раз те качества, которые были восприняты ей в своей семье.