«Ты успеешь и туда, и туда». Денис Мацуев — о папе, футболе и юных талантах

«Папа — главный человек в моей жизни. Был потрясающим пианистом, композитором, наставником, учителем великой русской фортепианной школы. Мы с трех лет занимались», — рассказал знаменитый пианист, народный артист РФ Денис Мацуев и ответил на вопросы aif.ru.

Важный матч в день прослушивания

Ольга Шаблинская, aif.ru: Денис, ваш друг, знаменитый дирижер и альтист Юрий Башмет, всегда цитирует основателя первой в СССР специализированной музыкальной школы для одаренных детей Столярского: «Мне не нужны талантливые ученики, мне нужны талантливые мамы». В вашем случае — папа. Как он мотивировал вас заниматься?

Денис Мацуев: Мой папа, отвечая на вопрос «Как Денис у вас такой получился?», всегда цитировал Людовика XIV: «Я для искусства сделал всё, что мог, — я ему не мешал». (Отец — Леонид Викторович Мацуев (1946–2025 гг.) — автор музыки ко многим спектаклям иркутских театров — ред.) Вот он мне не мешал.

В 1990 году удивительная женщина Иветта Николаевна поехала по стране собирать первую команду «новоименцев». (Благотворительный фонд «Новые имена» им. заслуженного деятеля искусств РФ Иветты Вороновой создан в 1989 году для поиска и поддержки юных российских талантов в сфере музыки и изобразительного искусства. С 2008 года президент фонда — Денис Мацуев — ред.) И у вашего покорного слуги, который жил тогда в Иркутске, именно в тот самый день, когда шло прослушивание в Иркутской филармонии, был самый ответственный футбольный матч в моём дворе. Я был капитаном команды и старостой двора. Естественно, как вы понимаете, финальную игру я не мог пропустить — для меня это был практически матч жизни. Но мой папа, который был самым главным наставником в моей жизни, каким-то образом почувствовал: мне нужно туда, в Иркутскую филармонию, обязательно забежать. Мудрый Леонид Викторович сказал: «Ты успеешь и туда, и туда». Так и произошло.

Мне повезло, что я родился в этой семье. Это, наверное, самое главное счастье в моей жизни. Папа — это был совершенно удивительный, добрейший человек.

— «Матч жизни» как сыграли?

— Я забил победный мяч. Как сейчас помню, мне с фланга сделали очень удобную передачу, и я в падении засадил «в девятку». Это было такое счастье! Мы выиграли 1:0. И я мгновенно помчался, ещё взмыленный, на сцену Иркутской филармонии. Сыграл две прелюдии Рахманинова, как сейчас помню, и свою собственную джазовую импровизацию. После чего Иветта Николаевна подошла ко мне и сказала: «Киска моя — она так с нами обращалась ласково, — мы хотим пригласить тебя в Москву, обязательно приезжай, у нас там будет концерт». Я ответил: «Спасибо большое», и ушел отмечать успех со своей футбольной командой, не осознав того, что произошло. А это была одна из самых судьбоносных встреч в моей жизни. Я приехал в Москву, сыграл концерт и случайно поступил в Центральную музыкальную школу при Московской государственной консерватории, потом в консерваторию... Начался удивительный водоворот концертных перемещений, начиная от Папы Римского (у нас фактически был абонемент для Иоанна Павла II — только мне одному удалось сыграть в Ватикане три раза) до Букингемского дворца, Организации Объединенных Наций, Юнеско, Карнеги Холл... Мы посетили 38 стран за 4 года моего пребывания в Москве. Представляете, какая удивительная поддержка молодым талантам!

«Папа знал меня как облупленного»

— Помню из нашего прошлого интервью, что отец был вашим главным критиком. Интересно, а с годами, когда у Дениса Мацуева была уже мировая слава, сказал ли вам Леонид Викторович: «Сын, я был неправ, что тебя критиковал»?

— Помню, я играл очередной свой сольный концерт в «Карнеги Холле». (Концертный зал в Нью-Йорке — ред.) Внешне всё было успешно: меня десять раз вызывали на бис, я долго расписывался на программках, давая автографы. Статья хвалебная вышла в местной прессе. Прихожу в номер отеля. И слышу совершенно другие слова — как вы понимаете, совсем не те, что звучали недавно от зрителей в зале. Потому что папа знал, как я мог играть, знал мои возможности. Сейчас, уже по прошествии времени, я понимаю: он всегда был прав. Во всех спорах. Понимаете, папа знал меня как облупленного. Был до последнего со мной. Всегда рядом — на всех репетициях, на всех концертах, на занятиях дома. Мы исколесили с гастролями весь мир, совершив кругосветное путешествие раз десять, наверное.

— А что именно отец вам сказал тогда, после концерта в «Карнеги Холле»?

— Ну, сейчас это невозможно повторить (смеется).

— Теперь уже наставник вы. Денис Мацуев с молодыми артистами какой?

— Я совершенно не такой, как отец. Когда мы находимся вместе с нашими юными коллегами, мы абсолютно наравне и заряжаем друг друга.

Если я вижу талант, слышу талантливую игру, я мгновенно хочу бежать к инструменту заниматься. А если я слышу плохую игру, всё это быстро в меня проникает, поэтому я должен незамедлительно послушать что-то хорошее, какую-то знаменитую запись, чтобы привести себя в чувство. Но в «Новых именах», как правило, у нас выдающиеся юные музыканты. Бывают случаи, когда в совершенно глухой деревне, в маленьком селе рождается удивительный самородок. У нас в фонде «Новые имена» в основном такие — именно из маленьких-маленьких деревень и городков, даже не из областных центров. И вот часто без отца, с одной мамой, не имеющей отношения к музыке, рождается вот эта удивительная искорка.

— Откуда берутся таланты?

— Объяснение — наш загадочный русский культурный код. Может быть, кто-нибудь когда-нибудь его разгадает. А пока таланты появляются из года в год, и команда наша пополняется. Причём «Новые имена» — абсолютно современные дети. Они не только играют на своих инструментах и слушают не только свою музыку, они ходят в театры, занимаются спортом, владеют несколькими иностранными языками, и у них потрясающее чувство юмора. И самое главное, у них есть удивительное чувство свободы, когда они находятся на сцене. Убрать волнение, не показать публике — это огромная отличительная особенность уже больших артистов.

Запомните эти имена: Эмир Закариа (11-летний пианист и вокалист из Москвы, победитель международного телеконкурса юных талантов «Щелкунчик» — ред.), Андрей Пережогин (16-летний скрипач-виртуоз из Нижегородской области, стипендиат благотворительного фонда «Новые имена» — ред.) — сенсация этого года, молодой скрипач, победивший у меня на конкурсе «Симфония Ямала».

13 июня в Москве открывается «Grand Piano Competition». Победители обязательно приедут к нам в Суздаль и будут выступать. То есть юные самородки — они уже часть нашей команды. И этот круговорот не заканчивается.

А в Суздале у нас пройдёт масштабнейший летний open-air фестиваль. Такого, наверное, ещё не было. Приедет мой великий друг Валерий Абиссалович Гергиев — будет играть в очередной раз с Российским национальным молодежным симфоническим оркестром. Как и в прошлом году, на этот концерт билетов уже нет месяца два как. Я был, наверное, на всех летних фестивалях мира. Нам есть к чему стремиться, но я считаю, что мы очень неплохо набрали обороты всего за один год. Суздаль в дни фестиваля — это просто сумасшествие, в хорошем смысле слова. Музыка играет везде, разные жанры. Мы ходим по городу, я всегда люблю общаться с публикой. Там даже таксисты на лошадях знают программу концертов — эти замечательные люди отличают квинтет Франка от Третьего концерта Бетховена. И я не шучу, это абсолютная правда. Мы все дружим. Суздаль, «Новые имена», наш фестиваль — это семья.