«С чая лиха не бывает»: Михаил Иванович Грибушин и его чайный путь к успеху
Российские предприниматели, которые развивали свое дело на рубеже XIX–XX веков, — какой след они оставили в истории и благодаря чему преуспели в коммерции, политике, общественной жизни? Ответы на эти вопросы ищем в просветительском проекте Департамента города Москвы по конкурентной политике «Субботние хроники: истории московских поставщиков».
Михаил Иванович Грибушин (1832–1889) был крупным кунгурским купцом, поставщиком чая и сахара в Москву и другие города Центральной России. Он построил чаеразвесочную фабрику, чтобы сделать этот напиток доступным для всех слоев населения. Город Кунгур находился на Великом Чайном пути, по которому в XIХ веке из Китая в Европу доставляли чай. Именно здесь благодаря Михаилу Ивановичу и другим талантливым предпринимателям зародилась чайная культура нашей страны.
Род ремесленников Грибушиных существовал еще в XVIII веке: прадед чаеторговца Дмитрий Игнатьевич был купцом третьей гильдии и занимался кожевенным делом, а дед Егор Дмитриевич и отец Иван Егорович продолжали эту традицию. Семья Михаила Ивановича жила скромно, и в детстве будущий фабрикант вынужден был служить у городского почтмейстера за три рубля в месяц. В 12 лет Михаил Грибушин устроился швейцаром в фирму чайного магната Алексея Семеновича Губкина, и через три года за особые заслуги был направлен на службу в кяхтинскую контору бизнесмена (Кяхта — город в республике Бурятии на границе с Монголией, центр русско-китайской торговли в XIX веке). Спустя пять лет он занял должность управляющего всеми чайными плантациями Губкина в Китае, что помогло накопить необходимый опыт в предпринимательстве и установить полезные связи с кяхтинскими купцами.
Заручившись поддержкой Губкина, в 1856 году Грибушин начал собственное дело. Коммерсант закупал кожу и мех у кунгурских ремесленников, привозил товар в Кяхту и обменивал на китайский чай. Ящики с напитком доставлялись в Иркутск и проходили таможню, после чего следовали по Сибирскому тракту в Томск. Там чай разбирали, при необходимости сушили и готовили к дальнейшей транспортировке. Далее продукт отправляли пароходами до Тюмени, где его перегружали на повозки и по тракту доставляли до Кунгура и Перми. Далее чай попадал на московские рынки пароходами по Каме.
Перевозка грузов по Сибирскому тракту была опасным предприятием. Антон Павлович Чехов описал маршрут между Иркутском и Томском в газете «Новое время»: «Возов сорок с чайными цыбиками тянется по самой насыпи. Колеса наполовину спрятались в глубоких колеях, тощие лошаденки вытягивают шеи. Около возов идут возчики, вытаскивая ноги из грязи и помогая лошадям. Они давно выбились из сил». Долгое время транспортным партнером предпринимателя был томский купец Евграф Николаевич Кухтерин, которого называли «королем сибирских ямщиков». Впоследствии промышленник начал закупать чай напрямую у китайских производителей в Ханькоу и Тяньцзине.
Купец продолжал развивать фирму в Кунгуре: он купил участок земли на пересечении Киттарской и Александровской улиц (ныне — улицы Карла Маркса и Труда). В 1867 году Грибушин построил фабрику — двухэтажное каменное здание, украшенное причудливыми узорами из кирпичной кладки и буквами-инициалами владельца — «МИГ». Первоначально помещения использовались для нужд конторы и в качестве склада. Постепенно это место превратилось в чаеразвесочную фабрику. Здесь стали распаковывать прибывающие с Востока многочисленные ящики с чаем и расфасовывать его в стандартную тару для розничной торговли. Развешанный чай продавался в лавках купца на Нижегородской ярмарке, а оттуда попадал в Москву и другие крупные города. Маленькие пакетики стоили недорого, поэтому приобрести напиток мог любой покупатель. Стараясь нарастить прибыль, Михаил Грибушин занимался также продажей еще одного востребованного импортного товара — тростникового сахара.
Большое внимание коммерсант уделял благотворительности. В 1866 году он стал основателем и церковным старостой Успенского храма, также жертвовал деньги для Иоанно–Предтеченского женского монастыря. Михаил Иванович был пожизненным членом Православного миссионерского общества и каждый год вносил 60 рублей. В 1873 году при его поддержке было открыто третье мужское народное училище, а в 1885 году он учредил сиропитательный дом для мальчиков из бедных семей. На посту депутата Кунгурского земства Грибушин организовал в городе установку освещения и мощение центральных улиц, облагородил Соборную площадь, ввел ночные караулы и учредил должность общественного врача.
После смерти фабриканта фирмой стала управлять его жена Антонина Ивановна, происходившая из кунгурского купеческого рода Фоминых. В 1896 году она вместе с четырьмя сыновьями основала Торговый дом «М. И. Грибушина наследники». Благодаря ей капитал фирмы приумножился втрое всего за семь лет, а годовые обороты чайной торговли превышали миллион рублей. К 1904 году предприятие значительно выросло, и его управление перенесли в столицу губернии — Пермь.
В 1907 году на Покровской улице (ныне — Ленина) в Перми появился особняк Грибушиных авторства архитектора Александра Бонавентуровича Турчевича. Он был построен в стиле провинциального модерна, фасад украсили маскароны — лепные женские маски. Здание упоминается в романе Бориса Пастернака «Доктор Живаго» как «дом с фигурами», оно сохранилось до наших дней.
Судьба чаеразвесочной фабрики в Кунгуре не менее интересна: в 1919 году ее передали в управление местным властям, а в советское время в ней находились детский сад и Дом детского и юношеского туризма. В 2015 году здание выкупили кунгурские предприниматели Честиковы и полностью отреставрировали его.