Активист из Бурятии: «Неужели, чтобы спасти Байкал, нужно отрубить ему голову?»
Сегодня, 13 марта, в малом зале Народного Хурала Республики Бурятия состоялся круглый стол на тему «О мерах по сохранению и рациональному использованию человеком природных комплексов бассейна озера Байкал и вопросах правового регулирования его защиты».
Мероприятие собрало около 60 участников – научных, политических, общественных и экологических деятелей, неравнодушных к судьбе «славного моря». В формате онлайн и офлайн они высказались на волнующую тему, озвучили проблемы и предложили их решения. Самые яркие выступления – в нашем материале.
Депутат Народного Хурала Республики Бурятия Виктор Малышенко
Озеро Байкал имеет статус объекта Всемирного природного наследия ЮНЕСКО – получил его в 1996 году. А в 1999 году был принят федеральный закон «Об охране озера Байкал», который закрепил особенности его использования и сохранения в первозданном виде.
Этот документ разрешает строительство рекреационных объектов только в населенных пунктах в особых экономических зонах Байкальской природной территории. И устанавливает серьезные ограничения для экономической деятельности, в том числе – запрет на негативное воздействие на экологическую систему, возведение новых хозобъектов и добычу эндемичных видов – омуля и нерпы.
Депутат Государственной Думы от Республики Бурятия Вячеслав Мархаев
Данный закон – уникальный, поскольку посвящен он одному природному объекту и вошел в историю республиканского и российского парламентаризма. И предварялся большой работой – насчитывал около 15 вариантов и разрабатывался множеством людей. 16 ноября 1994 года в Улан-Удэ по поводу него состоялись выездные парламентские слушания, где обсуждалось, как учесть не только правовые нормы, но и интересы коренных жителей. В мероприятии участвовали шесть депутатов Государственной Думы, включая нашего земляка Николая Кондакова, три представителя правительства РФ, представители законодательных собраний Иркутской и Читинской областей, руководство Бурятского научного центра, Байкальского лимнологического института и свыше 100 делегатов от властных структур и общественных движений. Об этом событии вспоминали участники, писала пресса. А сейчас депутаты Госдумы увидели проект о внесении изменений в закон «Об охране озера Байкал» лишь перед его принятием в первом чтении и не смогли заручиться мнением экспертов. До сих пор мы не видели таблицу поправок.
Ученый, эколог, гидролог, экономист, член-корреспондент РАН Виктор Данилов-Данильян заявил: сторонники законопроекта не составляют подавляющую часть местного населения. Представители шаманизма и буддизма – руководство Буддийской традиционной Сангхи – выступают против изменений. Они еще не приняты, а натиск тех, кто желают развить бизнес на нашей сакральной территории, уже сдерживаются. Эти деятели взрывают скальные породы, вкручивают крепления в них, монтируют лестницы. По моему запросу прокуратура выявила такие нарушения на мысе Цаган-Хушуни – месте особого духовного значения для бурятского народа – и возбудила административное дело.
Как проводятся выездные парламентские слушания лоббистами законопроекта о сплошных рубках леса на священном озере Байкал? Они используются как инструмент для отстаивания интересов олигархов – эдаких элитарных бенефициаров – и реализации их коммерческих проектов! По данным соцопроса об отношении населения к заботе о водоеме на момент разработки проекта закона от 1994 года, из 761 жителя более чем 10 сел Кабанского и Прибайкальского района 80% не одобряло продажу земель в частную собственность, а 60% считали, что проблема «сибирской жемчужины» решается на словах, а не на делах. И спустя 30 лет чаяния поморов не удовлетворены. Руководство региона демонстрирует порывы к вырубке леса под предлогом «Людям нечем топить свои печи». Доколе мы будем ратовать за ведение хозяйства словно в каменном веке? И когда станем выступать за реализацию проектов газификации?
Предлагаемая инициатива и расширительная формулировка не совсем соответствуют поручению президента РФ. Любые поправки должны обеспечиваться гарантиями не ухудшения экологической ситуации. Нужно создавать систему мониторинга прибрежной зоны, выделить финансирование для проектирования, реконструкции и строительства очистных сооружений и канализования стоков на самом побережье и санаторно-курортных объектах. А, главное – обеспечить реализацию комплексной программы изменений в закон «Об охране озера Байкал» с участием научного сообщества и широкой общественности.
Директор ФГБУ науки «Лимнологический институт Сибирского отделения Российской академии», доктор геолого-минералогических наук, директор ЛИН СО РАН Андрей Федотов
Приводится постулат, что данный законопроект не затрагивает особо охраняемые природные территории. Однако санитарные рубки на 6 и 12 гектарах планируются в границах Гремячинского участкового лесничества – заказнике «Прибайкальский» и аж на 150 гектарах – в границах Сухинского. Всего по Иркутской области и Республике Бурятия запланированы рубки на 7 тыс. гектаров. Между тем, акты лесопатологического обследования не всегда подтверждают целесообразность таких мероприятий, которые, кстати, требуют строительство объездов и организацию лесосплава.
На заготовку древесины для собственных нужд предусмотрено 24 тысячи гектаров только в одном участковом лесничестве. Таковы данные бурятского Росстата. Согласно им же, за 2023 год приватизация жилой площади в Кабанском и Прибайкальском районах суммарно приближается к Улан-Удэ. Постановка на кадастровый учет тоже ведется. И ущемления местных жителей не наблюдается по сравнению с другими муниципалитетами.
Аналогичная ситуация – с прочими сооружениями. Распоряжение Росавтодора предполагало «обеспечить приведение земельных участков в состояние, пригодное для использования одного из мостов – через реку Переемная с выделением средств из резервного фонда. Нарушений законодательства в этом плане не наблюдалось. По крайней мере, я их не обнаружил.
Насчет захоронений. В многострадальном сельском поселении «Клюевское» предусматривалось 2, 9 га под кладбище в 2012 году. Местные депутаты одобрили идею и выделили землю. Но погост не обустроили до сих пор. Воз и ныне там 13 лет.
Наконец, самая главная проблема – сокращение водоохранной зоны. Любой гражданин может опротестовать данное решение от 2006 года. Цитата президента России Владимира Путина, которая прозвучала, когда рассматривался проект «Пять морей и озеро Байкал», гласит: «Мы бережно должны относиться к озеру Байкал – общемировому достоянию, чтобы не сделать неверных шагов и не пожалеть об этом».
Депутат Государственной Думы от Республики Бурятия, председатель подкомитета по охране озера Байкал Николай Будуев
В свое время закон об охране озера Байкала защитил его и побережье от массового расхищения. В противном случае сейчас там была бы такая же мусорная застройка, какая царит в пригороде Улан-Удэ. В прошлом году я принимал коллегу из Горного Алтая, который сказал: «Пожалуйста, не повторяйте наших ошибок». И пояснил: «Сейчас на реке Катун и Телецком озере приватизированы земли, стоят заборы, сидят собаки. Мы не можем подойти к местам, по которым гуляли в молодости: территория приватизирована, берега заняты».
Сегодня вышеназванный закон спасает озеро Байкал в первую очередь запретом на перевод земель лесного фонда в земли иных категорий – под частные владения, туристические базы и так далее. Предлагаемые же изменения призваны сломать данный механизм под разными предлогами – от помощи местному населению до строительства селезащитных сооружений. Хотя последнему действующее законодательство не мешает (в соседней Иркутской области по таким объектам получены три положительных заключения государственной экологической экспертизы). Мешает управленческая некомпетентность.
На самом деле сель сходит, и пожары происходят там, где вырубается тайга. В поселке Черемушки огонь пришел не из леса, а с болота, которое высохло, поскольку исчез лес.
Кладбища необходимы, конечно, но в каком объеме? Общая их емкость в одной из версий законопроекта превышает численность населения Улан-Удэ! Вопрос: что собираются делать с живущими у побережья?!
Перечисленные проблемы обусловлены не столько с законом об охране озера Байкала или высокими тарифами на электроэнергию, чем привыкли объяснять всё и вся, сколько обусловлены низким уровнем качества управления нашим регионом. Те, кто идут против интересов озера – пытаются сжечь отходы на его берегах, к примеру – обычно плохо заканчивают. И об этом необходимо помнить. Важно понимать, что активно и инициативно должно быть само общество. Но оно обязано действовать в рамках закона и учиться побеждать.
Общественный деятель из поселка городского типа Усть-Баргузин Республики Бурятия, бывший инспектор рыбоохраны Республики Бурятия Юрий Сикерин
Когда приезжал депутат Госдумы Вячеслав Фетисов, мы возили его в поселок Гремячинск Прибайкальского района, где многодетная мать получила земельный участок, но, поскольку он зарос лесом, не могла заняться строительством. Недавно заехал и я в этот населенный пункт и спросил у продавца одного из местных магазинов: «Можно ли купить землю не на берегу озера, а в черте поселка?». «Сколько угодно», – ответил он. Получается, история той женщины была «подготовлена» для лоббирования изменений в закон «Об охране озера Байкал». Сейчас 36 человек не могут получить земельные участки в селе Максимиха Баргузинского района. А ведь, судя по кадастровой карте, продается около 2 тысяч наделов.
Сегодня на побережье Байкала вырубаются леса, загоняются экскаваторы, и вырываются пни, чтобы не мог быть подсчитан ущерб. Это же происходит в поселке Усть-Баргузин. Застраивается правый берег реки Баргузин, возводятся гостиничные комплексы немалых размеров. Вместо старой прорублена новая дорога в 500 метров. Кроме того, вырублен лесопарк. Обращения в надзорные и правоохранительные органы не принесли ожидаемых результатов. Земли оказались в собственности, а лес – «бомжом».
Огромный урон наносят и жидкие бытовые отходы. Ни в Бурятии, ни в Приангарье, ни в Забайкалье нет сооружений, которые очищали бы воду до питьевой и соответствовали бы всем требованиям, что влияет на биологические ресурсы. Недавно общался с рыбаками – поинтересовался, как нерест прошел. Оказалось, никак: омуль просто-напросто не пошел на него. Все это направлено на продвижение сплошных рубок. Но неужели, чтобы спасти Байкал, нужно отрубить ему голову?
Экс-министр природных ресурсов Республики Бурятия Сергей Матвеев
Необходимо провести полноценный мониторинг Байкальской экосистемы, чтобы поставить диагноз и выбрать лечение, то есть системно подойти к данному вопросу. С 1996 года действует закон, который не допускает излишнего ущерба озеру Байкал. Центральная экологическая зона включает воду, острова, водоохранную зону и прилегающие особо охраняемые территории. Но сегодня она проходит за пределами этих четырех объектов. А потому требуется установить понятия корректно.
Допускаются пресловутые сплошные рубки погибших лесных насаждений. Благодаря космическому мониторингу можно увидеть участки с такими признаками. Они требуют внимания лесопатологов, но в нынешней редакции законопроекта упускаются из виду. Нужно указывать не ограниченным списком места с «больным лесом», а разработать некую систему для недопущения его деградации.
Положительное заключение государственной экологической экспертизы получил проект модернизации автомобильных дорог и мостов, в котором не сказано ни единого слова о сплошных рубках – только о выборочных. Это – отраслевые понятия, которым заниматься должны соответствующие специалисты.
Законодательство не мешает проложить автомобильные трассы и возвести инженерные сооружения в ЦЭЗ. Но Республиканское агентство лесного хозяйство не дает положительное заключение на проект освоения лесов Росавтодору для предотвращения экологической катастрофы: в любой момент может перевернуться какой-нибудь бензовоз, потому что его не выдержит мост.
Помимо того, у нас не решен вопрос с очистными сооружениями (каждую секунду в озеро Байкал попадают неочищенные стоки) и обращения с твердыми коммунальными отходами. Есть и некоторые объекты негативного воздействия – фенольное озеро, Джидинский вольфрамо-молибденовый комбинат, а также Байкальский целлюлозно-бумажный. Происходят выбросы в атмосферный воздух, хотя имеется возможность использования экологически чистого топлива. Не контролируется процесс лесовосставления, наблюдается деградация экологических систем.
В результате от этого страдает здоровье людей, развивается незаконное лесопользование, процветает неорганизованный туризм. Инфраструктура не создается, но туристы приглашаются. Не решив глобальные вопросы, мы отвлекаемся на законодательные инициативы. Безусловно, важно актуализировать качеств жизни на озеро Байкал, но при этом нельзя допускать очевидных огрехов.