Как работают запреты: «Слово пацана» и смартфоны на уроках

6 декабря Государственная Дума приняла поправки к закону «Об образовании в РФ». В соответствии с ними школьники не смогут использовать на уроках смартфоны.

В СМИ тут же поднялась волна гнева, как это бывает в подобных случаях: бесконечное количество материалов о нарушении прав учеников и борьбе с прогрессом вышло в различных изданиях. В сочетании с разговорами о запрете популярного сериала эффект был достигнут немалый – либерально настроенные граждане затянули приевшуюся песнь про тоталитарный режим.

Но давайте разберемся, что произошло на самом деле.

Во-первых, никто не запретил мобильные телефоны. Речь идет только о том, что школьники не смогут их использовать на уроках!

Известный адвокат Сталина Гуревич, изучив текст поправок, дала свой комментарий:

«В тексте закона нигде не указано, что мобильные телефоны будут запрещены в школах. Там сказано, что нельзя пользоваться средствами радиотелефонной связи во время учебного процесса. Из закона не следует, что будут забирать телефоны. Да и забрать смартфон никто не имеет права – у школы нет таких полномочий и нет возможностей оборудовать специальные сейфовые шкафы, чтобы хранить устройства, никто этого делать, разумеется, не будет. То есть, поправки касаются именно запрета пользоваться телефонами на уроках. Никаких проблем я здесь не вижу. На уроках дети должны учиться, а не сидеть в «Тик-токе», не записывать видео и заниматься прочей ерундой».

Родители школьников отмечают (устные комментарии есть в распоряжении редакции), что негласный запрет на использование смартфонов во время уроков существовал давно. С тех пор, как телефоны появились у абсолютного большинства учеников.

Не секрет, что в школах существуют проблемы с дисциплиной – зачастую ученики попросту игнорировали требования учителя убрать телефон, ссылаясь на аргумент «а где это запрещено».

Александр Симанов, юрист, член Торгово-Промышленной палаты России, прокомментировал ситуацию так:

«Статья 43 Закона об образовании раскрывает обязанности ученика и дает возможность учителю контролировать дисциплину и образовательный процесс во время урока. Вводимый пункт запрещает ученику бесконтрольно пользоваться телефоном во время урока и дает право учителю принимать соответствующие меры. Каким образом будет исполняться данный пункт в Законе не раскрывается, видимо – каждый учитель будет принимать решение самостоятельно. Учитывая растущую бесправность наших учителей – такое решение правильное и своевременное. Хотя не могу согласиться с действующими санитарными нормами, запрещающими использование смартфонов в учебном процессе. Например, мировой педагогикой признано, что решение многочисленных тестов ведет к формированию устойчивых нейронных связей при формировании порций информации во время изучения базовых понятий предмета. И использование современных гаджетов могло бы помочь в этом. Полный отказ от гаджетов, вросших в жизнь современных молодых людей, ограничивает возможность применения современных технологий в учебном процессе. Думаю, пройдет время, и мы столкнемся не только с запретами, но и с широким внедрением цифровой педагогики. А необходимость наличия телефона у ребенка подтверждается и трагическими событиями в школах в последнее время».

То есть, законодатель, похоже, ничего радикально нового не сделал, а попросту легализовал правомерные требования учителей не отвлекаться от учебы. А некоторые СМИ, как водится – раздули скандал на ровном месте, забыв изучить нормативную базу. Соцсети «подхватили» и в итоге произошло то, что произошло – много шума из ничего.

К слову, мобильные телефоны на уроках могут не только отвлекать школьников, но и деформировать сам процесс – например, оттуда несложно списывать во время проверочных и контрольных работ.

Кроме того, нередко случаются скандалы: строптивые ученики ведут во время учебного процесса видеосъемку учителей, распространяют видео в соцсетях и, как следствие, оказывают психологическое давление.

И речь далеко не всегда идет о некорректном поведении педагога.

Школа на законодательном уровне давно перестала быть воспитательной институцией, эта функция возложена на семью. Школа оказывает «образовательные услуги», закономерно, что ученик зачастую ощущает себя королем положения. Что тоже сказывается на качестве образования.

Теперь возможности влиять на педагогов при помощи смартфонов просто не будет, что, вероятно, улучшит учебный процесс.

Вместе с «запретом» смартфонов активно обсуждается запрет модного сериала о криминалитете 90-х – «Слово пацана». На днях в телеграм-каналах появилась информация, что в Иркутске было совершено убийство подростка – якобы, преступники пошли на такое, насмотревшись сериала.

Правда, данная информация была позднее опровергнута официальными источниками из МВД. Преступников задержали, некоторые из них оказались ранее судимыми за схожие правонарушения, никакой связи преступления с сериалом не был установлено.

Мы также попросили Сталину Гуревич прокомментировать ситуацию:

«Про запрет на «Слово пацана» - я думаю, что это, мягко говоря, неумная инициатива. И у меня начинают закрадываться подозрения о наличии сговора между режиссером и теми, кто поднял этот хайп. Ничем иным я происходящего объяснить не могу. Никаких законных оснований для запрета этого сериала нет. Мы пережили «Бригаду», мы пережили первого «Брата», страшно кровавого, до этого мы пережили «Русский транзит», ранее – «Реквием». И уж, конечно, «Слово пацана» сейчас погубит Россию. Звучит как бред сумасшедшего в лунную ночь, учитывая, что некоторые телеканалы в режиме 24/7 транслируют жестокость на экране».

Александр Симанов оказался солидарен с коллегой и добавил свои мысли по вопросу:

«Это представляется попыткой снять ответственность за воспитание со стороны школы и родителей, объясняя все проблемы простой имитацией героев фильмов. Хочу напомнить, что многие взрослые, в том числе и действующие политики, в молодости засматривались фильмами типа «Крестный отец», «Криминальное чтиво», «Однажды в Америке» и т.д., но не выросли в закоренелых бандитов и убийц. Некоторые известные люди у нас в стране почему-то считают, что они поймали звезду и сакральное знание, что только они знают, что такое хорошо и что такое плохо. Хуже – они уверены, что все остальные люди туповаты и не могут без их помощи разобраться в книгах, фильмах, театральных постановках. Может уже пора заняться поиском причин существования такого движения как АУЕ*, героизации криминального мира, а не винить в этом режиссеров и сценаристов».

О влиянии искусства на поведенческие паттерны прогремело немало споров - обвиняли в свое время, например, режиссера Балабанова в имперских настроениях за фразу «Вы мне еще за Севастополь ответите», прозвучавшую в картине «Брат-2».

Что характерно, возмущенная общественность как в этом случае, так и в случае с сериалом «Слово пацана» перепутала лирического героя с режиссером, а общий посыл фильма – с отдельными репликами.

Неоднократно требовали запретить компьютерные игры, связывая их с преступностью. И даже рэп-исполнителей.

Но среди исследователей в научном мире давно есть консенсус по данному вопросу: кино, книги, музыка никак не могут напрямую влиять на поведение человека. Если в личности не заложены криминальные паттерны – они не появятся от просмотра фильма. Некоторые произведения лишь могут послужить неким триггером и только в случаях, когда человек склонен к криминалу.

Но если не кино – его «триггернет» что-то другое, поэтому запрет художественных произведений попросту нецелесообразен.

Сериал пока «запрещают» только на уровне разговоров, с точки зрения закона – он абсолютно легитимен.

Словом, в России пока ничего не отменили и не запретили, а если и ограничили – то, по оценкам юристов -  в рамках разумного.

Мария Дегтерева