В СИЗО № 6 Ангарска из-за пыток «вскрылся» и умер заключенный. Сотрудников изолятора уже обвиняют по самому громкому в России делу о пытках
Смерть заключенного Кочетова
В ночь с 11 на 12 марта в СИЗО № 6 Ангарска умер 40-летний подследственный Илья Кочетов. Как сообщил The Insider основатель проекта «Антипытки» Роман Ругевич, Кочетов нанес себе несовместимые с жизнью увечья, чтобы избежать пыток.
«Когда человек вскрывается в местах лишения свободы — это не просто так. Администрация учреждения создает определенные обстоятельства, при которых человек вынужден наносить себе увечья, чтобы защитить себя. На Кочетова, по всей видимости, оказывалось давление, возможно, его принуждали взять на себя висяки по мелким кражам, и он, не выдержав всех этих притеснений, был вынужден вскрыться», — рассказал Ругевич.
Обстоятельства смерти Кочетова и официальная причина неизвестны. The Insider направил запрос об этом руководству ангарского СИЗО, но ответа пока не получил.
Кочетов ранее отбывал наказание в ИК-3 Иркутска за мелкую кражу — работодатель не заплатил ему зарплату, и Кочетов продал электроинструмент работодателя, чтобы компенсировать не выплаченные ему денежные средства. Владелец инструмента написал заявление в полицию, после чего Кочетова задержали и впоследствии осудили. Он отбыл срок и вышел по УДО, а в октябре 2022 года его снова задержали за то, что он не отмечался в полиции, и поместили в СИЗО № 6.
По словам Ругевича, в поведении Кочетова не было и намека на суицидальные наклонности, он регулярно писал оптимистичные письма родным и планировал жизнь после освобождения.
Правозащитник Петр Курьянов в разговоре с The Insider предположил, что пытки в СИЗО №6 могли усилиться в преддверии суда по самому громкому в России уголовному делу о пытках и изнасилованиях в учреждениях ФСИН Иркутской области.
«ГУФСИН не оставляет надежду на то, что приговор будет оправдательный, они не признают вину, и их коллеги, которые там в СИЗО находятся, заключенным говорили: “Вот москвичи уедут, и всё продолжится“», — рассказал он.
По словам Курьянова, c тех пор как расследование закончилось, правозащитники редко появляются в СИЗО №6. «Просто не хватает ресурсов, чтобы участвовать в судах в Иркутске и рассматривать пыточные дела, и еще в ангарское СИЗО ходить», — объяснил он.
Правозащитник не исключил, что смерть заключенного Кочетова может быть связана с тем, что руководство СИЗО оказывает давление на заключенных по мере приближения рассмотрения дела о пытках в суде. «Дело заканчивается, и потихоньку находящихся в СИЗО № 6 ребят готовят к суду, заворачивают гайки для всего контингента. Говорят им: “Думайте, ребята, впереди суд по пыткам. Думайте, что именно говорить на суде и какие показания в суде давать“. Мы это уже проходили. Надо будет накануне суда чаще туда являться, чтобы этого всего не происходило», — отметил Курьянов.
Дело о пытках после бунта в ИК-15
В апреле 2020 года в Ангарской колонии № 15 произошел бунт. Один из заключенных сообщил, что его избил сотрудник колонии. После этого около 20 человек из солидарности порезали себе вены. В знак протеста другие заключенные подожгли цех деревообработки. Во время разгона бунта сотрудники ФСИН применили «физическую силу и специальные средства» в отношении 415 заключенных. Один осужденный получил травму позвоночника и умер в больнице.
Не только участников бунта, но и всех, кто попал под горячую руку, вывезли в СИЗО № 6 Ангарска и СИЗО № 1 Иркутска, где они подверглись избиениям и извращенным изнасилованиям. По данным правозащитников, всего жертвами пыток стали около 200 человек. Под пытками у них хотели получить признательные показания в организации бунта в ИК-15.
Одним из первых о пытках в ангарском СИЗО-6 публично рассказал заключенный Евгений Юрченко. По словам заключенного, его и еще 30 человек из ИК-15 отправили в ангарское СИЗО-6, где насиловали и пытали, пропуская электрический ток по гениталиям. «Тряпку примотали, опшикали ее водой, чтоб следов не было от ожога. Всех их изнасиловали до единого», — говорил Юрченко.
1 февраля 2021 года после заявлений Юрченко и правозащитников было возбуждено уголовное дело по статьям о превышении должностных полномочий (ст.286 ч.3 УК РФ) и истязании с применением пыток (ст.117 ч.2 п.»д» УК РФ). Позже к нему присоединили еще 17 дел. Дело о пытках в СИЗО № 6 выделили в отдельное производство.
По этому делу были арестованы заместитель начальника отдела режима надзора СИЗО-6 Дмитрий Бароян и начальник смены первого режимного корпуса СИЗО-6 Василий Луковский, которых обвинили в насилии над заключенными. Луковского арестовали осенью 2021 года, Барояна — в марте 2022 года. Также обвиняемыми по делу проходят четыре «разработчика», которым вменяют десять эпизодов по статье о насильственных действиях сексуального характера.
Юрченко рассказывал, что Луковский регулярно избивал дежурных по камере полипропиленовой трубой или киянкой за неправильный, по мнению сотрудника СИЗО, доклад или любые другие «оплошности». В момент избиения по радио включали песню «Василиса очень любит веселиться».
«Это уголовное дело попало в производство следственного управления Иркутска в связи с резонансом по большей части, — рассказал Пётр Курьянов. — Заключенные начали рассказывать про чудовищные пытки, которые были в СИЗО-6. Мы туда ездили, Юрченко со своим представителем был, и я тоже. Журналистка Виктория Ивлева писала про это большую статью в «Новой газете». Всё это вместе привело к тому, что Следственное управление Иркутска было вынуждено возбудить [отдельное] уголовное дело в отношении сотрудников [СИЗО-6] Барояна, это заместитель начальника отдела безопасности и режима, и Луковского».
При этом, по словам правозащитника, полномочия Барояна и Луковского только временно приостановлены. «Региональная ФСИН по-прежнему чинит препятствия для расследования и настаивает на том, что они невиновны. В общем, они ”не сняты с довольствия”, или как там у них говорят. Они не уволены, но работа приостановлена в связи с расследованием», — отметил он.
Всего по объединенному делу о пытках в СИЗО и колониях Иркутской области пострадавшими были признаны около 30 человек. Правозащитники настаивали, что на самом деле пострадавших гораздо больше, а многие сотрудники ФСИН, причастные к издевательствам, так и не понесли наказание и по-прежнему работают в тюремной системе.
Это первое в истории уголовное дело о массовых пытках сексуализированного характера в учреждениях ФСИН, и оно до сих пор не дошло до суда. Правозащитники рассказывали, что в ходе расследования многие пострадавшие испугались и начали отказываться от своих слов, поскольку на них оказывали давление. 1 августа 2022 года Следственное управление СКР по Иркутской области сообщило об окончании следственных действий по этому делу.
В январе 2023 года «Сибирь Реалии» сообщил, что расследование одного из эпизодов уголовного дела о пытках в Ангарске было приостановлено из-за того, что один из фигурантов, заключенный Руслан Абаев, завербовался в ЧВК Вагнера. В постановлении следователя говорится, что соответствующему подразделению МВД поручен «розыск лиц, привлеченных в качестве обвиняемого», но правозащитники уверены, что на самом деле никто Абаева искать не будет.
По словам Петра Курьянова, во время войны уголовные дела о пытках и изнасилованиях заключенных стали разваливать еще активнее:
«В истории России такой кучи доведенных до окончания расследования и поступивших в суд уголовных дел по пыткам сексуального характера не было никогда. Но тут всё наложилось на войну. По большому счету пытки уже никого не интересуют, а это плохая тенденция. Если мы, гражданское общество, тут в Иркутске еще и это дело похерим, если его развалят в судах, — представляете какой будет эффект. “Мы же говорили, что наши сотрудники чистые и пушистые, никаких пыток они не могли делать. Суд оправдал наших коллег, а вы, проклятые империалистические хищники, их агенты, кукловоды — с коварным преступным миром пытаетесь подорвать всё“».
Повышение вместо наказания
В то время, когда происходили описанные в уголовном деле издевательства и сексуализированное насилие над заключенными, начальником СИЗО-6 был Арслан Мажидов. После начала расследования он не был ни уволен, ни отстранен. Вместо этого он возглавил ангарскую ИК-15, заключенных которой и пытали в его изоляторе.
Место Мажидова в июне 2021 года занял Алексей Иванов. В мае 2022 года Иванов был арестован, но не по делу о пытках, а по делу о взятке. По версии следствия, он получил взятку от осужденного в размере 45 тысяч рублей, пообещав ему послабление режима содержания и «беспрепятственную организацию краткосрочных личных конфиденциальных свиданий с другими осужденными».
В начале декабря 2021 года Владимир Путин присвоил звание генерал-майора внутренней службы начальнику ГУФСИН по Иркутской области Леониду Сагалакову. Заключенные рассказывали, что Сагалаков лично угрожал им изнасилованием. «Он конкретно кричал на всех: ”Я вас * [иметь буду] всех. Вы будете * [сношаться]”. Прямо вот такими словами», — цитировала «Тайга.Инфо» бывшего заключенного ИК-15 Евгения Юрченко.