Нестор Каландаришвили. Партийная кличка — Дед
Анархист с тёмным прошлым
Нестор Александрович Каландаришвили происходил из дворянской семьи, которая обеднела и вела скромную жизнь. Он родился летом 1876 года в грузинской деревне Шелюкмеди. Окончил Тифлисскую учительскую семинарию, отслужил в Русской императорской армии, после чего его закрутил водоворот революционных событий. В начале 1900-х в разных уголках огромной страны народ кипел и требовал изменений. Не остался в стороне и Нестор.
Каландаришвили примкнул к движению эсеров, известных своей тягой к террористической деятельности. Кроме того, он некоторое время числился в рядах Революционной партии социалистов-федералистов Грузии. Не прошла мимо Нестора и Первая русская революция. Каландаришвили участвовал в Гурийском восстании крестьян. Несколько раз его арестовывали, отправляли за решётку.
Некоторые историки считают, что в те годы Каландаришвили являлся полноценным преступным элементом, который революцией прикрывал бандитизм и грабежи. Он примкнул к анархистам и участвовал в нападениях на полицию. И в какой-то момент перешёл черту. Каландаришвили понял, что в Грузии оставаться больше нельзя. Следующий арест мог стать для него фатальным.
И он покинул Грузию. После скитаний по Российской империи осел в Восточной Сибири. И начал жизнь с «чистого листа», поскольку подельники Нестора сумели договориться с грузинскими жандармами и выкупили его дело с обвинительными материалами. «Тёмное прошлое» осталось позади. Каландаришвили поселился в Иркутске и сначала делал вид, что исправился. Он занялся фотографией и актёрским мастерском. На деле же, быстро влился в криминальные круги города. А благодаря опыту и связям с многочисленной грузинской диаспорой стал одним из самых опасных и влиятельный преступников Иркутска.
Полиция пыталась с ним бороться. Но раз за разом оставалась в дураках. А Каландаришвили выходил на свободу, поскольку обвинение не могло предоставить достаточно улик. Одно время Нестор даже вынашивал план по убийству иркутского губернатора. Но дальше разговоров дело так и не пошло. Зато он активно занимался организацией чеканки фальшивых монет. Подпольная фабрика фальшивомонетчиков уже практически заработала, но вмешалась полиция. Лавочку прикрыли. Вот только сам Каландаришвили вновь избежал серьёзного наказания. Подельники не выдали своего лидера.
Осенью 1914 года Нестор в очередной раз вышел из тюрьмы. И продолжил заниматься преступной деятельностью. Неизвестно, чем бы в конечном итоге это закончилось, но грянула Февральская революция. И здесь вновь данные расходятся. По официальной версии, Каландаришвили влился в революционную борьбу, желая изменить страну. Однако есть и другое предположение. Несмотря на тягу к криминалу, Нестор действительно был очень умным и дальновидным человеком. Он понял, что произошедшие события развязали ему руки, и нужно просто «попасть в струю». Что он, собственно, и сделал.
Неоднозначный герой революции
Авантюрист, обладавший огромным авторитетом в соответствующих слоях иркутского общества, быстро собрал отряд единомышленников-анархистов. И вскоре вместе со своими людьми принял участие в подавлении юнкерского мятежа. Примерно в то же время у него появилось прозвище — Дед. Возникло оно не в силу преклонного возраста, а из-за специфичной и харизматичной внешности. Нестор носил длинные волосы и длинную, густую бороду. А подкреплял облик суровый, холодный взгляд. Каландаришвили одновременно вызывал у людей страх и уважение.
На первых парах Нестор и его люди действовали самостоятельно. Но потом к анархистам присмотрелись большевики. На Востоке им как раз нужны были яркие, сильные лидеры. И Каландаришвили идеально подходил на эту роль.
С весны 1918 года началась борьба Каландаришвили с колчаковскими войсками и белочехами. Действовал отряд Нестора вполне успешно. Партизанские методы войны оказались действенными. Правда, есть мнения, что Дед действовал чрезмерно жёстко, порой жестоко.
Интересно вот ещё что: дивизион Каландаришвили был многонациональным. Под знамёнами анархиста-коммуниста сражались не только представители народов бывшей Российской империи, но и венгры, чехи, корейцы и другие. Однако справиться с белогвардейцами им всё-таки не удалось. Иркутск пришлось оставить. И Каландаришвили вместе со своими людьми стал участником военных действий на Прибайкальском фронте. Здесь обе противоборствующие стороны ни в чём себя не ограничивали. Белый террор, направленный на местное население, сменялся красным террором и наоборот. Многочисленные и многонациональные отряды действовали по собственному усмотрению, лишь формально подчиняясь «верхам».
В 1919 году отряд Каландаришвили потерпел несколько серьёзных поражений. Однако белогвардейцам и самим крепко досталось. Их силы быстро таяли, развить успех они уже не могли. И отряд Деда сумел зализать раны. Начался перелом в противостоянии.
Каландаришвили вернулся в отвоёванный Иркутск. А его партизанские отряды весной 1920 года вместе с 1-й Иркутской дивизией начали борьбу с армией атамана Григория Семёнова, которого поддерживали японские интервенты. Вскоре на фронт прибыл и сам Дед. В одном из сражений он получил серьёзное ранение и долго лечился.
Осенью 1920 года Нестор как представитель МИД Дальневосточной республики при Китайской миссии прибыл в Москву. Ему удалось лично встретиться с Владимиром Лениным. У большевиков Каландаришвили был на хорошем счету. А после беседы с Лениным его положение только упрочилось.
Затем Каландаришвили вернулся в Сибирь. И занялся «рутинными делами». Он участвовал в захвате Читы, громил бурятов, поддерживавших белогвардейцев, руководил войсками Якутской области и Северного края. А весной 1921 года возглавил Корейский революционный совет. По воспоминаниям современников, Нестор хотел распространить революцию и на Корею. Однако это было опасно, поскольку там хозяйничали японцы. А открытого противостояния с Японией за Корею Советская Россия откровенно не потянула бы. Амбициозным планам Каландаришвили не суждено было сбыться. Зато он официально пополнил ряды Коммунистической партии.
Долго без дела Каландаришвили не сидел. В начале 1922 года его вместе с небольшим отрядом отправили в Якутию, где начались антибольшевистские волнения. В марте Дед попал в засаду на Хахсытской протоке, в трёх десятках километрах от Якутска. В неравном бою Каландаришвили погиб. Есть версия, что засада была устроена не белыми, а красными, поскольку у Деда была пугающая репутация.
Тело Каландаришвили похоронили в Якутске, но вскоре перезахоронили в Иркутске. После гибели он сразу занял место в списке героев революции. О криминальном прошлом Деда предпочли не вспоминать.