Эхо истории: зачем Верховный суд оправдал чекистов, осуждённых по делу Кирова

Любовь, убийство и террор Верховный суд РФ снова занялся делом о загадочном убийстве первого секретаря Ленинградского обкома ВКП (б) Сергея Кирова. Фемида решила пересмотреть приговор, вынесенный в далёком 1935-м году троим сотрудникам НКВД Мечиславу Бальцевичу, Андрею Мосевичу и Дионисию Янишевскому, охранявшим партийного функционера. Тогда их обвинили в халатности и отправили в лагеря. В Генеральной прокуратуре посчитали, что эта несправедливость нуждается в срочном исправлении, и потребовали реабилитации. Суд согласился с озвученными аргументами и отменил старый вердикт. Конечно, самим чекистам от этого уже не легче. При этом основания, которыми руководствовалась прокуратура при подаче представления, остаются тайной, ибо дело до сих пор имеет гриф «секретно». К РСДРП 18-летний Сергей Киров присоединился ещё в 1904 году. После прихода большевиков к власти подпольная работа логично переросла в государственную карьеру. Уже в 1923 году молодой партийный деятель был избран членом ЦК, а в 1926 году стал первым секретарём Ленинградского обкома партии. С этих пор Киров бессменно работал в Ленинграде, а в 1930-м году он вошёл в состав Политбюро ЦК ВКП(б). Роковой выстрел оборвал перспективную карьеру 1 декабря 1934 года. Кирова застрелили прямо в Смольном. Это сделал безработный Леонид Николаев. Достоверные обстоятельства убийства историки выясняют до сих пор, однако в настоящее время основной версией считается бытовая. Николаев был мелким служащим, которого в 1933 году хотели перевести на работу в провинцию. Мужчина устроил скандал и был исключен из партии. В следующем году он всё-таки смог восстановить партбилет, но работу получить всё равно не получалось. Дневники говорят о том, что эта ситуация воспринималась Николаевым, как вопиющая несправедливость. Жизнь без работы в Ленинграде 30-х годов с женой и двумя детьми на руках – не самая приятная перспектива. Существует и ещё одна версия о том, что толкнуло мужчину на роковой шаг. Разумеется, в ней замешаны любовь и ревность. Та самая симпатичная молодая жена Мильда Драуле как раз работала в Смольном, а Киров пользовался завидной популярностью у дам. Впрочем, серьезных документальных подтверждений эта гипотеза не получила. Возможно, к 2022 году мы вообще бы давно забыли о Кирове, если бы его убийство не послужило поводом для развязывания страшного террора. Иосиф Сталин решил использовать убийство для того, чтобы разделаться с «зиновьевской» оппозицией. И всякой иной оппозицией, даже потенциальной и виртуальной. Сперва они пришли за ближайшими знакомыми Николаева. Расстреляли 14 человек, включая самого убийцу. Заодно взялись за родственников. Все они были подвернуты различным репрессиям, в число расстрелянных попала и красавица Драуле. Органы «установили», что дело не в несчастной любви, всему виной тайная организация «Ленинградский террористический центр». Очередь быстро дошла до представителей той самой «зиновьевской» группы и тех, кого в неё назначили, а также просто «социально чуждых» дворян и интеллигентов. Масштаб катастрофы сперва исчислялся тысячами жертв, затем перевалил за десяток, а теперь мы знаем, что только в 1937-1938 года к высшей мере были приговорены 681 692 человека. Халатность или сумасшествие Ещё в 1935 году в ту же воронку попали и чекисты Бальцевич, Мосевич и Янишевский. Согласно материалам суда, перед убийством к ним пришла женщина и сообщила о планирующемся покушении на Кирова. Чекисты, вместо того, чтобы поблагодарить бдительную гражданку, упекли её в сумасшедший дом. 87 лет назад это квалифицировали, как преступную халатность. Мосевич и Янишевский получили по два года лагерей, Бальцевич – 10, а потом и вовсе был расстрелян. Спустя век прокуратура пришла к выводу о том, что в материалах дела отсутствуют объективные свидетельства вины чекистов. Женщина действительно оказалась больна, а организации «Ленинградский террористический центр», как нам теперь известно, просто не существовало. Фигуранты дела получили право на реабилитацию. Почему же руки до них дошли только теперь? Точный ответ знают только в прокуратуре, но кое-какие выводы всё-таки можно сделать. Дело в том, что приговор в отношении других предполагаемых участников покушения на Кирова отменили ещё решением Верховного суда СССР в 1990-м году. Все они были признаны жертвами репрессий и получили право на реабилитацию. Не простили только самого Николаева. Но время тогда было такое, что чекисты оказались совсем не в моде. Наверное, поэтому до них просто руки не дошли. Не нашлось и родственников, которые проявили бы инициативу. Помощь Фемиды ведомству Клио В целом же рассмотрение вопросов о реабилитации жертв политических репрессий или преступлениях далёкого прошлого является обычным делом. В фокус общественного внимания они попадают только тогда, когда в истории фигурируют громкие имена. Например, широкий резонанс получил процесс реабилитации адмирала Александра Колчака. Политические споры между современными левыми и правыми регулярно задевают события Гражданской войны, с чем и связана острота проблемы. В 1999 году военный суд Забайкальского военного округа признал одного из лидеров Белого движения не подлежащим реабилитации. Впоследствии Конституционный суд нашёл нарушения, но дело больше не пересматривалось. С тех пор Колчаку поставили памятники в Иркутске и Омске, но когда памятная табличка появилась в Петербурге, её атаковали вандалы, а суд их фактически поддержал, опираясь в том числе на вердикт 1999-го года об отказе в реабилитации. Не менее резонансными получилось и уголовное дело об убийстве царской семьи, возобновлённое Следственным комитетом в 2015 году. Имена убийц хорошо известны. Дело понадобилось для того, чтобы получить юридические основания для проведения многочисленных экспертиз, которые помогли бы установить подлинность найденных в 1991-м году в Екатеринбурге останков. С точки зрения Русской православной церкви, речь идёт не просто об останках, а о мощах святых, так что в таком деле особенно важно не ошибиться. В итоге было проведено 40 экспертиз, исследованы архивные документы. Генетики помогли убедиться с практически 100-процентной точностью, что перед нами действительно останки императора, императрицы, их пятерых детей, повара, лакея, горничной и лейб-медика Евгения Боткина. Как было известно ещё древним грекам, за историю среди богов отвечает муза Клио. Но порой, когда у неё появляются затруднения, на помощь приходит и подруга Фемида, отвечающая за правосудие.