Плата за вред не идет на пользу

Продолжение кризиса в экономике. Падение налоговой базы. Проседание всех уровней бюджетов. В этом потоке тягостных событий, которые давно уже перестали быть новостями, нашлось место и для новости хорошей. С 1 января нового 2021 года районы и города Иркутской области стали полностью распоряжаться платой за негативное воздействие на окружающую среду.

Путин называл Братск первым

Сюда относятся: плата за выбросы загрязняющих веществ в воздух; за сбросы в водные объекты; за размещение отходов производства и за размещение ТКО. Прежде эти платежи при пользовании природными ресурсами расщеплялись между муниципальными (60%) и региональным бюджетом (40%). Целиком они пополняли только бюджеты городов-субъектов России: Москвы, Санкт-Петербурга и Севастополя.

Примечательно, что региональные власти не стали перетягивать межбюджетное «одеяло» на себя, а поддержали просьбу муниципалитетов.

В январе прошедшего года инициативу оставлять на местах все 100 процентов экологических сборов внесла Дума города Братска. В марте вопрос детально обсуждался во время совместного рабочего совещания комитета по законо  дательству о природопользовании, экологии и сельскому хозяйству Заксобрания области с братскими властями. В качестве веского дополнительного аргумента к тому времени появились порядка 10 тысяч подписей горожан за предложение депутатов.

То, что инициатива поступила именно от «северной столицы» Приангарья, неслучайно. Из года в год, по данным Минприроды РФ и Росгидромета, Братск входит в список 15 самых загрязненных городов России. А в апреле 2018-го, на совещании с членами правительства РФ президент Владимир Путин первым назвал Братск в числе городов с наибольшими объемами выбросов в воздух. В том же году Братск оказался среди шести, включенных в нацпроект «Экология». Свыше трех четвертей финансирования проекта – внебюджетные источники.

Прямо в центре «северной столице» расположены два промышленных гиганта – Братский алюминиевый завод и Братский лесопромышленный комплекс, а также завод ферросплавов. Кроме того, на печальное лидерство в «хит-параде» Росгидромета роковым образом накладываются два природно-погодных фактора. Первый касается Восточной Сибири в целом^ cлабые ветра, туманы, высокое давление, застойные ситуации атмосферы и часто повторяющиеся «приземные температурные инверсии». В результате вредные примеси не рассеиваются, а скапливаются в приземном слое.

Второй фактор — климатические условия, приближенные к условиям Крайнего Севера, порождающие бешеные нагрузки на угольные котельные, обогревающие 226-тысячный город. Например, когда выдалась аномально теплая зима 2019–2020 года, более южный «собрат» Братска – Ангарск – выскочил из «грязного топа». А вот Братск остался, так как, наряду с БрАЗом и совокупно народно-городским автотранспортом, источником высокотоксичного бенз(а)пирена являются твердотопливные ТЭЦ. Перевод на газовое топливо ТЭЦ-7 в поселке Энергетик Падунского округа Братска пока в планах только на 2024 год.

Также, по данным Иркутского управления по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды, атмосфера над Братском по содержанию формальдегида и диоксида азота «лидирует» в регионе несмотря на то, что эти выбросы несколько снизились за последние 3–4 года. Добавим сюда фенол, фторид водорода, сероводород, метилмеркаптан… Всего 125 тысяч тонн ежегодно! И тогда еще понятней становится желание братских властей изыскать больше средств на городские экологические программы.

Закон прошел как по маслу

Как пояснила свою инициативу о полном переводе экологических сборов на места председатель Думы города Братска Лариса Павлова, «это касается не только Братска, но и вообще всех муниципалитетов Иркутской области, где есть предприятия, оказывающие негативное воздействие на окружающую среду»

— Ведь именно здоровье людей, проживающих на этих территориях, подвергается негативному воздействию, как и вред, наносится именно конкретным территориям, на которых расположены предприятия-загрязнители, — отметила она.

Коллегу поддержал и мэр Сергей Серебренников. С 2016 года в городе действует комплексная программа «Охрана окружающей среды в Братске». Она включает в себя модернизацию производства, озеленение города, лечение и организацию отдыха детей, экологическое образование. Кстати, федеральный нацпроект «Экология» 2018 года стал не только логическим продолжением братской городской программы, но и вобрал ее лучшие наработки.

К дальнейшей успешной судьбе законопроекта подключилось правительство Иркутской области. 22 октября ушедшего года на заседании рассмотрели основные параметры регионального бюджета на 2021–2023 годы. Вскоре вместе с проектом трехлетнего бюджета правительством были внесены и указанные изменения в областной закон «О межбюджетных трансфертах и нормативах отчислений». А уже 30 ноября депутаты Заксобрания их приняли единогласно.

Как правило, бюджетные аппетиты муниципалитетов в современной России одергивают на региональном уровне. Точно так же, как пожелания регионов больше сохранять налогов на местах пресекаются федеральным правительством. Однако законопроект об экологических платежах явился редким исключением.

Бодайбо стал генератором решения проблемы

С чем связано единодушное принятие инициативы снизу и законодательной, и исполнительной властью Прибайкалья? Чтобы понять это, мы пообщались с Николаем Труфановым, председателем комитета по собственности и экономической политики. В областном парламенте он представляет интересы семи самых северных территорий региона. Там как раз и расположены основные центры нефте- и газодобычи, их переработки, добычи золота. Прибавка налогов и отчислений в бюджет увы, сопряжены с неизбежным экологическим уроном, который получает северная природа.

Кроме того, Николай Степанович возглавляет в Иркутской области общественную приемную председателя партии «Единая Россия». Сюда с просьбами целиком оставлять экологические платежи обращались не только северяне, но и жители Ангарска, Зимы, Шелехова, Усолье-Сибирского, Иркутска. То есть городов, где присутствует значительный ущерб атмосфере и здоровью людей. Поэтому депутат Труфанов оказался среди первых и наиболее энергичных сторонников передачи платы за негативное воздействие на окружающую среду в муниципалитеты.

Но примером всему послужил Бодайбинский район. Именно здесь вопрос отчислений в бюджет возникал раньше, хотя и не в связи с экологией. Бодайбо Николай Труфанов назвал первым «катализатором» решения вопроса по экологическим платежам.

Бодайбинский пример – это наболевшая тема самого крупного и собираемого налога – на добычу полезных ископаемых (НДПИ). До 2005 года 80% НДПИ оставалось в распоряжении региона. Через четыре года область лишилась оставшихся 5% НДПИ. Как объяснял тогдашний министр финансов России Алексей Кудрин, природная рента должна служить общефедеральным целям и выравниванию бюджетной обеспеченности регионов.

Нефть и газ в Прибайкалье только-только начинали активно разрабатывать. Зато золотодобыча в Бодайбо никогда не останавливалась еще с царских времен. Утрата НДПИ здесь переживалась населением и представителями местного самоуправления острее, чем где-либо. Ежедневно бодайбинцы ощущали и оборотную сторону золотой медальки. А именно, загрязнение воды при промышленной добыче благородного металла. Только питьевая вода была не золотой, а ржавой – особенно при весеннем половодье. Необходимо было срочно решать задачу строительства очистной станции.

В 2011 году решить вопрос с чистой водой начал решаться. Над этим работал и город Бодайбо, и районная администрация, и областные власти. Привлекли масштабное софинансирование региональных и федеральных средств. В последующие годы по частно-муниципальному партнерству в Бодайбо закупили новые очистные агрегаты.

«Губернатор проявил силу воли»

Вопрос распределения НДПИ, действительно, очень непростой. Что же касается экологических платежей, здесь все предметно. Задачи по минимизации ущерба природе, охране человеческого здоровья непосредственно лежат на плечах муниципалитетов. Очевидно, что всякий раз выходить на область по вопросу реализации собственных же полномочий мэрам неудобно. Поэтому решение целиком оставлять экологические платежи в местных бюджетах Николай Труфанов считает правильным. Особая заслуга в этом решении принадлежит нынешнему губернатору Игоря Кобзева, проявившему, считает депутат, понимание и политическую силу воли.

Денег за негативное воздействие на окружающую среду станет поступать на две трети больше. А сколько это в абсолютном выражении – много или мало? Если сравнивать с упомянутым НДПИ, или даже оставшимся в регионе налоге на прибыль, то да, деньги не космические.

Если же посмотреть в разрезе небогатых местных бюджетов, цифра выходит вполне ощутимая. Еще более заметной экологическая прибавка выглядит в структуре собственных доходов городов и районов.

Чтобы дать ответ не «на глазок», а более точно, мы не поленились и изучили бюджеты муниципальных районов и городских округов Приангарья, сопоставив 2020-й и 2021 год. Прогнозы выплат на текущий год чисто ориентировочны, поэтому мы брали фактические значения за 2020-й, умножали на 100 и делили на 60. Вот что у нас получилось на примере северных территорий: по состоянию на прошлый год было 356 миллионов 402 тысячи рублей, а теперь станет почти 600 миллионов.

Из них свыше 420 миллионов придется на Братск, как наиболее загрязненный. Плата за вредное воздействие составит почти 10% от собственных доходов города. Немало пополнит и бюджеты Усть-Кутского (свыше 64 млн руб.) и Нижнеилимского (свыше 42 млн руб.) районов. Показатель Катангского района скромнее – 16 миллионов. Однако для территории с населением 3 тысячи 300 человек не столь мало.

Впрочем, суммы могут возрасти еще больше. Дело в том, что штрафы за сверхнормативные выбросы также поступают в бюджеты городских округов и районов. Однако, в феврале 2020 года стало известно, что Росприроднадзор всё еще ждет от Минприроды РФ разработки методики расчета вреда атмосферному воздуху.

— Методики расчета вреда атмосферному воздуху у нас до сих пор нет, — отметила в интервью газете «Известия» глава Росприроднадзора Светлана Радионова. — Есть по сбросам на почву и в воду. Мы очень ждем, что методика появится в этом году, она нужна всей стране. Сейчас мы можем наказать за превышение лимитов выбросов, но их объем посчитать очень сложно».

По словам главы ведомства, с помощью новой методики станет легче доказывать в суде факт нарушения.

Эта методика станет камнем преткновения (в том числе для Братска), чтобы по-настоящему заработала новая система экологического регулирования. С одной стороны, льготы предприятиям, которые переходят на «наилучшие доступные технологии» (НДТ). С другой, кратное увеличение ставок за сверхнормативные выбросы. С начала с 2021 года на экологичные технологии должны перейти все предприятия с России с высокой категорией риска для окружающей среды.

Даже по нормативам за одну тонну выбросов того же бенз(а)пирен предприятия должны уплачивать почти 5,5 миллионов. Для каждого из 159 вредных веществ постановлением правительства РФ №913 установлена ставка.

«Общественный договор»

Областные парламентарии не просто так передали платежи за вредное воздействие на природу в муниципалитеты. Они ожидают, что эти деньги не «проедят» и не «размажут» на другие полномочия. Об этом довела до сведения мэров и муниципальных депутатов председатель комитета по бюджету, ценообразованию, финансово-экономическому и налоговому законодательству Наталья Дикусарова:

— Несмотря на то, что Бюджетный Кодекс нам не дает возможности «окрасить» в документе непосредственное целевое назначение этих денежных средств, мы можем это сделать в виде общественного договора. Депутаты будут видеть ту сумму, которая будет зачисляться, и они будут принимать решение о том, чтобы средства в полном объеме направлялись, например, именно на оздоровления населения.

Муниципалитеты согласны с таким условием. Председатель Думы города Братска Лариса Павлова заверила, что дополнительные средства пойдут на повышение укомплектованности врачебными кадрами в лечебных учреждениях и программы по озеленению. Скопилось много задач, на которые прежде не хватало финансов.

А в Киренском районе, как пояснил мэр Кирилл Свистелин, врачам предоставляется жилье в специализированном фонде. И до повышения экологической надбавки муниципалитет, совместно с Минстроем Иркутской области, за два года предоставил квартиры 13 медицинским работникам.

Максим Зимин