Константин Зайцев: «Рывок в будущее Иркутской области начнется с наведения порядка»

О том, каким год оказался для региона и что в перспективе — в интервью председателя правительства Иркутской области Константина Зайцева. — Правительство Иркутской области в нынешнем составе было сформировано совсем недавно. Только в сентябре состоялись выборы губернатора, затем прошли назначения на ключевые должности. Можно ли сказать, что областное правительство уже сформировано? — Правительство сформировано, оно работает. Второй вопрос — насколько оно готово выполнять повышенные задачи. Над этим мы сегодня работаем. Буквально в ближайшее время мы изменим структуру управления, губернатор такое поручение дал. И, соответственно, мы уже распакуем некие вещи, которые годами требуют решения. Например, надо подумать о цифровизации, это очень важное направление. Мы идем в ногу со временем, эту тему будем развивать. Поэтому планируем создать министерство цифровизации. Возможно, это будет министерство экономического развития и цифровизации. Также требуется создать отдельное министерство транспорта: территория Иркутской области огромная и требуется выстраивать транспортную логистику — как авиационных, железнодорожных, так и автоперевозок. У нас есть «Байкальская пригородная пассажирская компания», созданная совместно региональной властью и ВСЖД. Нам нужно завязать транспортную логистику таким образом, чтобы оптимизировать расходы, но при этом повысить удобство перевозок для населения и экономическую эффективность — для компаний. Конечно, мы не намерены стоять на месте, и даже изменив структуру, едва ли на этом остановимся: нужно оперативно реагировать на меняющиеся условия. В целом оцениваю работу правительства удовлетворительно, оно работоспособное. Даже Минздрав, деятельность которого находится под постоянным контролем общественности и вышестоящих структур, работает неплохо. Проблемы в медицине образовались не сегодня и не вчера, а довольно давно, когда вся система здравоохранения зависла между небом и землей, между советской системой и рыночной. Мы же так и не перешли к настоящей страховой медицине, когда деньги должны идти за страхованием. — Вы долгое время возглавляли региональную налоговую службу. Доходы Иркутской области росли очень быстро, за предыдущие пять лет они, фактически, удвоились. В значительной степени это было связано с улучшением налогового администрирования. У вас никогда не возникало претензий к исполнительной власти по расходованию бюджетных средств? — Да, раньше мог сказать — мы эффективно собираем, а вы неэффективно тратите. Сейчас я убедился, что это так. Это не потому, что люди в правительстве плохо работают, а потому, что так сложилась система. И сейчас мы эту систему меняем. Нужно заниматься оптимизацией. И без структурных изменений мы эффективности не добьемся! Неправильно полагаться только на то, чтобы повышать доходы бюджета. Нужно еще и расходовать эффективно. Если у вас в доме бардак, никакие деньги не сделают красиво. Сначала нужно навести порядок. Когда возглавил правительство Иркутской области, я увидел, что здесь работают профессиональные люди, но сама система разбалансирована. Систему отстроим, что скоро эта деятельность даст реальные результаты. — С вашим приходом в правительство Иркутской области многие связывали усиление экономического блока и совершенствование экономической политики. Можно сейчас подвести какие-то первые итоги этой деятельности? — Неправильно считать, что этим занимается один человек. Во-первых, у нас губернатор активно занимается этим направлением. Во-вторых, чиновники областного правительства, депутаты, мэры, бизнес-сообщество. Наша главная задача — стать точкой сборки идей развития и проектов. Стратегию социально-экономического развития Иркутской области мы уже подготовили, сейчас она находится в Законодательном собрании. Она прошла согласование с министерством экономического развития РФ. Стратегия сама по себе довольно качественная, это не просто перечень наших желаний, как мы ходим изменить Иркутскую область, а план действий. Думаю, в январе–феврале 2021 года депутаты ее утвердят. — Это какой-то новый документ, или же за основу взяты проекты, разработанные при прежних губернаторах? — Правильно — это когда мы движемся, опираясь на прежние планы, а не разрушаем их «до основанья, а затем…». Мы уважаем те наработки, которые были сделаны до нас. Но мы актуализировали все направления. Из нового — это то, что мы сдвинули позицию по Усолью, Байкальску — по территориям, на которых требуется проводить комплексные мероприятия по ликвидации промышленных загрязнений, образовавшихся в результате деятельности химических комбинатов — Усольехимпрома и Байкальского целлюлозно-бумажного комбината. За эти проекты много лет никто не брался, а сейчас ликвидация экологического ущерба и развитие этих территорий вошло в план экономического развития и уже исполняется. Но это — не единственные задачи. Ведем переговоры с Газпромом, нужно актуализировать региональный газовый проект. Сейчас для нас один из важнейших путей развития — создание новых производств. Сфера услуг достаточно развита, торговля — тоже. Да, по туризму немного проседаем, но это — надстройка. Фундамент экономики — промышленные производства, в которых занято много людей, которые дают добавленную стоимость, платят налоги, чтобы на них можно было содержать социальную инфраструктуру. И одно из важнейших направлений экономического развития касается создания газохимического кластера. Ковыктинское газоконденсатное месторождение находится в Иркутской области, трубопровод строят в Китай. Но мы бы хотели получить газ и для экономики Иркутской области, в первую очередь, для развития газохимического комплекса. Потенциальные инвесторы есть. Нам нужно прокладывать трубопровод до Саянска и до Иркутска, и тогда мы сможем построить газоразделительный завод. Планируется, что будет два центра газопереработки — на юге области и на севере. На севере у нас Иркутская нефтяная компания (ИНК) очень хорошо развивает газохимический проект, они молодцы в этом плане. И на юге мы хотели бы тоже развивать. Инвесторы есть. — Это Саянскхимпласт? — Не только. Есть еще потенциальные инвесторы, которые готовы вкладывать миллиарды долларов в развитие проекта. Они проявятся с началом строительства трубы. — В Бурятии уже приняты решения по газоснабжению, котельные в населенных пунктах на Байкале планируется переводить на сжиженный газ. В Иркутской области есть движение в этом вопросе? — У нас есть такие планы, но непосредственно проектные решения еще не приняты. И это связано не с тем, что мы в чем-то отстаем, а с жестким правилом эффективного расходования бюджетных средств. Поясню. Проведя анализ проектно-сметной документации по строительству различных социальных, инфраструктурных объектов по всей Иркутской области, мы выяснили, что у нас 22 млрд рублей превращены в бумагу. Потратили деньги на разработку проектов, но эти проекты устарели и их уже можно выбрасывать. Это устаревшая проектно-сметная документация, за которую заплатили в сумме 22 млрд рублей. И сегодня из этого вороха документов, в лучшем случае, малая часть — актуальная ПСД. А по всей остальной документации — мы будем вынуждены снова платить и переделывать. Эти 22 млрд рублей для нас — огромная сумма, она составляет больше 10% годового бюджета Иркутской области! Мы сегодня на проектирование гипотетических объектов деньги тратить не будем. Сначала подпишем все соглашения, получим четкие сроки по датам, когда газ к нам придет, и только тогда начнем проектировать, нам хватит времени. Опыт работы по газоснабжению в Иркутской области уже есть: у нас в Братске, в рамках реализации программы «чистый воздух», построены и газовые заправки для транспорта, и теплоисточники. Но на юге Иркутской области и вдоль Транссиба мы будем рассматривать вопрос о газовой инфраструктуре, когда будем понимать сроки прихода газа. — С какими компаниями ведутся переговоры? — Еn+, Газпром и др. Но вопрос в цене: у нас нет отправной точки, сколько будет стоить газ. На Дальнем востоке уже есть цена, они могут строить прогнозы, просчитывать экономическую эффективность использования этого сырья. А у нас пока такой возможности нет. Как только Газпром внесет ясность, мы будем более активно работать с компаниями, которые могут перейти на газ. Мы со своей стороны все обязательства перед Газпромом выполнили, понимая, что это государственная задача. Мне, как жителю Иркутской области, обидно: газ будут добывать у нас, а завод строить — в Приморье. Это не к тому, что там не надо строить, а к тому, что и нам тоже хотелось бы получить дополнительные возможности для экономического роста. Если начнется газовый проект, синергия будет значительной: почувствует и смежный бизнес, и население, и бюджеты. Вокруг ИНК, за счет взаимодействия с этой компанией, развивается множество малого бизнеса. Так же и вокруг других крупных предприятий. Поэтому нам важно, чтобы создавались такие точки экономической активности. Говоря о развитии экономики, мы должны в первую очередь обращать внимание на промышленность. И на малый и средний бизнес — как сектор, где создаются рабочие места. Нам нужны инвесторы, которые готовы работать с богатой сырьевой базой региона: не только заниматься добычей, но и глубокой переработкой, и мы будем создавать для них благоприятные условия. — Непонятная ситуация в сфере внешнеэкономической деятельности, коронавирус и т. д. поставили все инвестиционные процессы на паузу, или же в экономике присутствует какой-то оптимизм? — Конечно, экономика — это живой организм. Инвесторы лучше нас с вами считают деньги, и сегодня, действительно, все замерло. Но не умерло! Они строят планы на будущее, понимая, что деньги не должны лежать мертвым грузом, они должны работать. Сейчас инвесторы активно присматриваются к Иркутской области. Те, кто находится в процессе реализации инвестиционных проектов, деятельность не сворачивают. Возьмите ИНК: они планы не изменили, только сроки ввода подкорректировали. — В какие отрасли можно будет ожидать приток инвесторов, когда все оживет? Туризм, глубокая переработка леса? — Глубокая переработка леса и так сегодня набирает обороты: желающих построить здесь предприятия очень много. Лес есть, инвестиции — есть. Та же Группа «Илим» готова построить новый завод в Усть-Илимске. Много малых и средних предприятий занимаются производством топливных гранул — пеллетов. Уже есть и теплоисточники, которые работают на этом виде топлива. Перспектива переработки леса очевидна. Мне бы хотелось, чтобы создавались предприятия, которые не только пилили бы доску, но еще и изготавливали бы из нее готовую продукцию — мебель, строительные материалы. Туризм также будет развиваться. Но сейчас вопрос упирается в урегулирование законодательства об озере Байкал. Даже в Байкальске, самом инфраструктурно развитом месте на всем Байкале, где можно с успехом развивать круглогодичный туризм, возникают проблемы. Что говорить про другие территории на берегу озера? Пока не будут урегулированы законодательные вопросы, комплексного развития туризма не будет. Но мы рассчитываем, что в ближайшее время федеральный центр приведет законодательство в надлежащий вид. Все готовы работать, нужна отмашка. Мы уже рассматриваем мастер-план развития Байкальска, который подготовлен ВЭБом. Мы работаем с компанией «Гранд Байкал»: у них есть хорошие идеи, как дальше развивать горнолыжный курорт в Байкальске. Не стоит ждать от туризма каких-то свехдоходов и большой налоговой отдачи, их не будет. Но нам нужна занятость, рабочие места, развитие инфраструктуры. И, кроме того, туризм — это сфера, чрезвычайно важная для формирования имиджа региона. — Вы сами как относитесь к туризму на Байкале? — Я раз в год хожу по экологической тропе от Листвянки до Большого Голоустного, это 8 часов пешего похода. Впервые прошел по этому маршруту в 16 лет. На Мамае катаюсь на лыжах. Кроме того, люблю кататься на коньках по льду Байкала. Нужны новые маршруты. Так, мы предлагаем ВСЖД совместно проработать параллельно Кругобайкальской железной дороге сделать велодорожку или пешеходную дорожку. КБЖД проходит в очень красивом месте, пешеходный и вело-маршрут были бы востребованы. — Существует две концепции регионального развития: при одной приоритет получает периферия, при другой — центр, агломерации. Вы придерживаетесь какой стратегии развития? — В моем понимании вкладывать средства нужно туда, где будет получен максимальный эффект — экономический и социальный. Я считаю, что агломерационное развитие должно иметь приоритет. У нас уже де-факто имеется агломерация, включающая Иркутск, Иркутский район, Ангарск, Шелехов и, может быть, даже Усолье-Сибирское. И возможны агломерационные процессы на северных территориях, где столицей должен стать Братск. Еще одна агломерация может сложиться с центром в Тайшете. Эти три территориальных центра должны идти с опережающим развитием. Тема агломерационного развития не нова для Иркутской области, об агломерации «Большой Иркутск» говорится с 2005 года. Но целенаправленные комплексные решения по ее формированию так приняты и не были. Сейчас начинается хаотичная застройка территории между Иркутском и Ангарском, именно там имеет смысл размещать новые жилые районы. Но вопросы нужно комплексно решать! Сейчас эти территории застраиваются без плана. Мы недавно провели заседание, на котором энергетики подтвердили: они уже перестроили свой технологический процесс по ТЭЦ-10, расположенной в Ангарске, и уже готовы дать тепло в Ленинский район города Иркутска. — А попутно они раздавать тепло смогут? — Конечно! В этом и вся история. Попутно к теплу можно будет присоединять новые жилые районы, в этом заинтересованы многие застройщики. И нам сейчас важно разработать план развития, чтобы не получилась территория без больниц и школ. Там, как мне кажется, было бы целесообразно разместить и областную детскую больницу, новый экспоцентр, прочие объекты. Нам нужно уходить от точечной застройки в Иркутске. Поэтому территория между Иркутском и Ангарском, на мой взгляд, является приоритетной. — Подводя итоги 2020 года, какие события вы бы назвали важнейшими для Иркутской области? — Из политических — выборы губернатора. — Они вас удивили? Высокий рейтинг Игоря Кобзева, отсутствие протестного голосования… — Для меня сразу было очевидно, что он победит с огромным отрывом, потому что его стиль работы людям понятен и востребован. — А куда, все-таки, делать фирменная иркутская протестность? — Команда Игоря Кобзева сработала со всеми социальными группами. Не было почвы для протеста. Из важных вопросов также хотел бы отметить решения по ликвидации экологического ущерба БЦБК и Усольехимпрома. И еще одно важное событие: как бы мы сложно ни жили, мы выдержали бюджет, не секвестировали, не урезали расходную часть. Это тоже важно, потому что уменьшение бюджета привело бы к негативным процессам. В финансовом плане мы год прошли мягко, устойчиво, несмотря на сложную экономическую ситуацию в стране и в мире и несмотря на пандемию. Мы вошли в 15 лучших регионов страны по показателю поддержки бизнеса. Мы не остановили ни одну стройку. Москва выходила в июне из карантина и говорила, что открыла возможность строителям работать. А мы и не закрывали! У нас 75% бизнеса работало без ограничений. — Какие события в социальной сфере вас порадовали в 2020 году? — Мне больше всего понравилась новая школа в Тулуне. И «Точка роста» (умная школа) в Иркутске. В целом, построили много объектов, включая такие важные, как инфекционная больница. Для меня, как человека, всю жизнь занимающегося спортом, очень значимо, что у нас появился современнейший ледовый дворец международного уровня «Байкал», что в родном Ангарске этом году мы впервые купили современную технику для лыжно-биатлонного комплекса. В январе–феврале пройдем аккредитацию, и это будет единственная лыжная трасса в Иркутской области, где можно будет проводить всероссийские соревнования, где ребятишки будут получать разряды. — Какие планы на 2021 год... — Урок пандемии высветил много проблем. В том числе, проблему здравоохранения. Поэтому для нас уже сегодня очевидно, что потребуются изменения в системе здравоохранения. Будет более эффективно перенаправить средства на медицинский персонал, сократив, где это возможно, административный. Минкультуры объединило бухгалтерию подведомственных организаций, это оказалось правильно и удобно. Мы в налоговой службе в свое время процессы оптимизации запустили, и доходность бюджета росла, налоговое администрирование улучшалось. На уровне региональной власти, подведомственных организаций нам еще предстоит пройти эту оптимизацию. Также важнейшей задачей является оживление рынка труда. Нужны новые рабочие места. У нас в Иркутской области на вахту ежегодно приезжают 20 тысяч человек. Из них жители Иркутской области — 4 тысячи. Это — резерв для регионального рынка труда. — В прошлые годы регион регулярно под Новый год возвращал в федеральный бюджет деньги, которые не смог израсходовать по государственным программам. Нынче сколько будет возвращено? — Ничего не возвращаем, наоборот, то, что было не освоено в 2019 году, мы вернули обратно. И эти деньги построили соц.объекты. Губернатор правильную политику проводит, что если кто-то из наших главных распорядителей бюджетных средств — министерств и ведомств — не выполнит задачу и вернет деньги, это будет означать профессиональную непригодность ответственных лиц и их увольнение. Деньги, которые выбиваются их федерального бюджета — это большая ответственность, нужно соответствовать. В целом задача исполнительной власти Иркутской области — обеспечить опережающее развитие региона, сделать жизнь в нем более комфортной. Мы обязаны шагнуть быстрее к новациям, но есть важное условие: наши действия должны быть понятны людям.