Иван Грачев: «Потенциал роста цен на масло – до 150 рублей за литр»

Российская вакцина «Спутник V» и «белый лебедь» Ту-160 показывают, где должны быть национальные приоритеты Цены в нашей стране рванули так, что с ними пришлось разбираться президенту. Однако экс-депутат Госдумы РФ, доктор экономических наук, главный научный сотрудник Центрального экономико-математического института РАН Иван Грачев не считает, что разобрались. Также в очередной своей колонке он рассуждает о том, почему России стоит сконцентрировать усилия на биофарме, аэрокосмосе и сельском хозяйстве. Следующая эпидемия, скорее всего, не за горами НАДО, ЧТОБЫ У НАС БЫЛО «ЖЕЛЕЗО», ПОСКОЛЬКУ СЛЕДУЮЩАЯ ЭПИДЕМИЯ, СКОРЕЕ ВСЕГО, НЕ ЗА ГОРАМИ Вновь — о качестве управления. По ковиду для меня картинка совершено очевидная — что все можно было просчитать еще в марте. Те, кто скажут — легко советовать задним числом, могут проверить: я говорил о необходимости дифференцированного подавления контактов еще в марте, давал примерный уровень этого необходимого подавления, утверждал, что полный локдаун никому не нужен… То есть картинка считалась еще весной. И это позволило бы России сберечь примерно 200 тысяч своих граждан и избежать где-то $100 млрд потерь в деньгах. К сожалению, управление эпидемией было чисто рефлексивным, оценки и подсчеты не делались. Да, у нас было не хуже, чем средне-бездарное управление в европейских странах, но и не лучше. И еще одна тема, очень для меня важная. Потому что я много раз говорил, что правильно выбранные локомотивные проекты, в добавление к быстрому развитию малого предпринимательства — это то, что действительно позволяет по 6-8% в год расти экономике, и одновременно расти уровню жизни граждан, уровню их доходов. И когда я перечислял локомотивные проекты для России — тэковские, аэрокосмос, интеллект — IT с учетом математики, то на четвертое место обычно ставил, предупреждая, что не очень-то в этом разбираюсь, но думаю, что это биофарм с выходом на аграрный сектор. И вот практика сейчас совершенно четко показала, что это было абсолютно правильное суждение. Любой локомотивный проект должен снимать сливки с земного шарика, это должно быть то, что всем нужно — раз, и то, по чему у страны есть неотъемлемое конкурентное преимущество, прежде всего в виде накопленных знаний — два. То есть огромные затраты, которые осуществлял Советский Союз, а Россия частично сохраняла, по бактериологической обороне, они, конечно, создают огромные конкурентные преимущества. Это и выразилось в быстрой подготовке набора российских вакцин против ковида, в том числе «Вектором». А это было совершенно очевидно оборонное предприятие, думаю, уровень секретности там и нынче примерно такой же, как раньше. Какие из этого надо делать управленческие выводы? Если мы признали, что это рассуждение правильное, и жизнь доказывает экспериментально, что именно здесь и надо было строить один из локомотивных проектов, то, наверное, надо это зафиксировать. И думать о том, как следует перестроить «железо» для производства вакцин. Не случайно об этом «железе» на своей пресс-конференции говорил и Владимир Путин . Он заметил, что идеи у нас есть, что вакцины мы сделали, а вот «железа» не хватает. Значит, надо им заниматься, поскольку следующая эпидемия, скорее всего, не за горами. К тому же нужны и другие вакцины, не только от ковида, но и, скажем, против гриппа. Понятно, что тут прямые выходы и на агросектор, потому что и животные болеют, и растения надо защищать. То есть имеется огромное поле работы, которая востребована во всем мире, и где у России есть неотъемлемое конкурентное преимущество. Но пока, к сожалению, никаких решений на эту тему даже не обсуждается. Говорится о том, что, да, в рамках этой эпидемии немножко создадим мощностей, миллионов на 20 доз выйдем, и проблему с ковидом решим. И на этом вся стратегия заканчивается. Для меня это образец того, как стратегические задачи решаются, точнее, не решаются в части эффективности управления. Месяца на три крупные ритейл-компании заставят застабилизировать цены на уже достигнутом уровне, где-то 110 рублей за литр подсолнечного масла. Но дальше пойдет тот же самый рост цен, ближе к 150 рублям за литр С ОПОЗДАНИЕМ ВКЛЮЧЕННЫЕ ТАМОЖЕННЫЕ ПОШЛИНЫ СТАБИЛИЗИРОВАТЬ СИТУАЦИЮ С РОСТОМ ЦЕН НЕ ПОЗВОЛЯТ По ценам — это уже оперативно-тактическая задача. На пресс-конференции Путина даже не один раз прозвучал вопрос о росте цен на сахар, на растительное масло и прочее. Президент ответил в том смысле, что тут все ясно, методы борьбы с ростом цен известны, прежде всего, надо скорректировать вывозные таможенные пошлины. Суждение это правильное и очевидное давным-давно. Но дальше возникает вопрос — а почему это было неясно, например, весной, когда проблему гарантированно можно было решить? И второй вопрос — а решит ли ее сегодня то, что выкатило правительство в ответ на рост цен и на замечание президента, что все понятно и действуйте в соответствии с этими понятными алгоритмами? Вот решит или нет? Это вполне можно оценить. Что и почему можно было понять уже весной, и будут ли на самом деле застабилизированы цены? То, что они снижены не будут, это очевидно, но будут ли хотя бы застабилизированы? Это можно увидеть на примере растительного масла. Итак, нельзя ли было сделать выводы о неизбежном росте его цены весной? Можно посмотреть старые доклады министра сельского хозяйства России Дмитрия Патрушева о том, как у нас все здорово в сельском хозяйстве. Там рассказывается о темпах роста в сельском хозяйстве и о росте экспорта. И совершенно очевидно, что это разные цифры. Темпы роста порядка 3-4%, при этом рост экспорта 15-25%. Если экспорт значимый — а $25 млрд это значимая цифра по сравнению с внутренним потреблением, и она тоже в докладах звучала — то совершенно очевидно, что тут небьющиеся цифры. Если вы при росте в 3-4% допускаете рост экспорта пусть даже на 15%, то, скорее всего, у вас начнутся перебои внутри страны. То есть из докладов, который делал министр сельского хозяйства РФ, уже на ту пору было понятно, что в стране образуется дефицит, и дальше пойдет существенный рост цен. Грубо можно было оценить и масштабы этого роста цен. А точно определять в силу нелинейности задачи особого смысла и не имеет. Но грубые оценки надо было сделать. Вот как, если посмотреть в цифрах, образовался дефицит семечек внутри страны, который затем превратился в дефицит подсолнечного масла и вызвал рост цен? Россия в последние годы производила примерно по 12 млн тонн этих семечек. Из них примерно 6 млн потребляли внутри страны, и порядка 6 млн уходило на экспорт. В 2018 и 2019 годы произошел существенный рост производства семечек, где-то до 15 млн тонн. Внутреннее потребление не сильно менялось, а экспорт вырос, его стало уже порядка 9 млн тонн. И весь набор контрактов на будущее ориентировался как раз на эту цифру. Но что происходит на следующий 2020-й год? Урожай упал примерно до тех же 12 млн тонн, как и было раньше. Но при этом экспортных контрактов было заключено где-то на 9 млн тонн. Это значит, с точностью до переходящих запасов, которых особо не было в стране, в России осталось порядка 3 млн тонн. И тут даже при линейном приближении очевидно, что цены должны в среднем вырасти в два раза. А вообще говоря, известно, что любой дефицит на уровне выше 5% ведет к нелинейным эффектам. Это значит, что потенциал роста цен в течение этого года — с 75 рублей за литр до 150 рублей. На данный момент в среднем где-то 105 рублей за литр подсолнечного масла по стране. И это уже вызвало огромные проблемы. Еще раз подчеркну — что так все и получится, было ясно давным-давно. И по крайней мере весной надо было принять все меры, в том числе корректировку вывозных таможенных пошлин, что позволило бы сбалансировать экспорт и внутреннее потребление. А не дожидаться, пока народ почувствует на себе рост цен на подсолнечное масло, на сахар, на муку… Но этого не сделали. То есть даже в чисто тактическом плане управление у нас сиюминутное и импульсивное, абсолютно без прогнозирования даже на несколько месяцев вперед, а не то, что по стратегическим локомотивным проектам. И что же сегодня дадут принимаемые меры, которые вводятся, в том числе, с учетом того, что и президент понимает, что надо корректировать вывозные таможенные пошлины? Цифры, которые называют по подсолнечному маслу — это порядка 15 рублей за литр. Но по росту цен, который имел место — с 75 до 105 рублей за литр, и по потенциалу дальнейшего роста, видно, что таких таможенных пошлин недостаточно, чтобы примерно выровнять цены, которые потенциально диктует внешний рынок, и которые внутри страны. Это означает, что принятые с опозданием меры, включенные с опозданием таможенные пошлины стабилизировать ситуацию не позволят. Как это все по жизни будет происходить? Месяца на три крупные ритейл-компании заставят застабилизировать цены на уже достигнутом уровне, где-то 110 рублей за литр подсолнечного масла. Но дальше пойдет тот же самый рост цен, ближе к 150 рублям за литр. И тогда опять будут принимать какие-то ситуативные, репрессивные решения. Те, которые надо было принимать еще весной, но и сегодня еще можно снять хотя бы часть будущего роста цен. Но тогда таможенные пошлины должны вводиться быстрее и размер их должен быть существенно выше, чем-то, что сегодня предлагают. Так что, к сожалению, ни в тактическом, ни в оперативном, ни в стратегическом смысле управление не демонстрирует хотя бы чего-то хорошего. КАЗАНСКИЙ «БЕЛЫЙ ЛЕБЕДЬ» Справедливости ради отмечу, что бывают и хорошие управленческие стратегические решения, обычно персонифицированные. В частности, в сельском хозяйстве — это низкие упрощенные налоги и доступные кредиты, которые, собственно, и обеспечили его рост. Ввел их один из бывших министров сельского хозяйства РФ, который при мне был депутатом Госдумы, моим противником, с ним мы часто спорили. А последними наиболее значимыми позитивными событиями, на мой взгляд, стали появление и испытание российских авиадвигателей. Так, 15 декабря на аэродроме Иркутского авиационного завода состоялся первый с 2017 года полет российского «самолета XXI века» — МС-21 с отечественными двигателями ПД-14. Полет продлился 1 час 25 минут. Один из экспертов оптимистично отметил, что двигатель ПД-14, сделанный, кстати, в Перми — для России огромный шаг вперед. Это двигатель нового поколения, на его основе будет создано целое семейство двигателей. Скорее всего, он будет основным двигателем в ближайшие десятилетия, на котором будут держаться все отечественные крылья. Еще одно сообщение , на мой взгляд, не менее важное, было о первом полете глубоко модернизированного стратегического бомбардировщика Ту-160М «Белый лебедь» с новыми серийными двигателями НК-32-02. Взлетел самолет с аэродрома Казанского авиазавода, полет проходил на высоте 6000 метров и длился 2 часа 20 минут. Если двигатель НК-32-02 оправдает ожидания, то у «Белого лебедя» будет достаточно долгая судьба, и производить его будут тоже достаточно долго, что не может не радовать казанских авиастроителей. Двигатель НК-32-02 был сделан в Самаре. Про гениального конструктора Николая Кузнецова и его опытный завод в Куйбышеве (ныне это Самара) я слышал еще студентом. Хотя он был «самолетчиком», Сергей Королев разжег в нем интерес и к ракетным двигателям. Тут, возвращаясь к локомотивным проектам, хочу напомнить, что я всегда говорил про аэрокосмос, что это должен быть локомотивным проектом номер два для России. И это упирается в двигатели — и для самолетов, и для ракет. Вот патриоты того самого кузнецовского конструкторского бюро в Куйбышеве вообще считали, что если бы двигатели для лунной программы отдали Кузнецову, то наша страна была бы первой на Луне. Так что возрождение сразу двух отечественных двигателей в этом конструкторском бюро для меня очень хороший знак того, что в ближайшей исторической перспективе могут появиться передовые, экономичные, мощные двигатели не только для самолетов, но и для ракетной техники. И что в нашей стране появились управленцы, которые делают правильные вещи на долгие времена. Думаю, это заслуга вице-премьера России по вопросам оборонно-промышленного комплекса Юрия Борисова и его команды.