Геноцид и мир. Смертельное сафари на Донбассе

В истории Гражданской войны есть малоизвестный, но очень показательный эпизод. В феврале 1919 года англичане, которые первые почувствовали, что раскошеливаются на интервенцию зря, выступили с предложением провести мирную конференцию по России на Анзорских островах в Мраморном море. В ней предлагалось участвовать всем противоборствующим сторонам. И на это время — остановить все военные действия, зафиксировав сложившиеся границы… 

Большевики устами Чичерина сразу сказали: да! Ситуация у них была аховая. Колчак через губу отказался. Он же не знал, что его, Верховного Правителя, через год, как собаку, убьют в Иркутске. Колчаковцы были на подъеме, строили планы взять Москву. Набирал силу и Деникин на Юге. Зачем им мириться? Но в том-то и дело, что мириться имеет смысл, когда у тебя есть козыри на руках. С разбитыми врагами ведут переговоры только о капитуляции.

Пробалансировав два года на краю пропасти, многажды повешенные на фонарях (в мечтах белых), большевики, начиная с 1920-го, уже не видели нужды обсуждать с кем-либо пределы своей власти. Так и складываются диктатуры. Они всегда – продукт коллективного творчества, ответственны за них все силы, которые действовали до того. 

Беда России, включая Украину: все хотят победить противников со счетом 10:0. Как писал английский посол Бьюкенен в 1917 г.: «Неспособность русских договариваться имеет характер национального дефекта». 

Справедливости ради стоит отметить: Колчак с Деникиным отказались от перемирия не только потому, что верили в скорую победу, и не только под давлением, в частности, французов. Ни тот, ни другой не имели шансов удержаться у власти в мирное время. Исторический ветер дул тогда в паруса красных.

Белые не имели программы возрождения России, восстановления ее целостности. Все эти пестрые монархически-демократически-социалистические и прочие силы, сплотившиеся на время вокруг белой военной диктатуры, объединяло одно: ненависть к большевикам, жажда реванша. Белая Россия развалилась, находясь в гораздо более выгодном положении, в феврале 1917-го.

Возвращение осенью 1919-го в Москву Кутеповых, Мамонтовых, Шкуро, Слащовых могло принести им только одну радость – море крови на улицах (по официальным документам белых, всем коммунистам полагалась смерть, а их насчитывалось 300 тысяч, да плюс к тому инородцы, члены Советов, участники «черных переделов»…под полмиллиона убили бы сразу). Крым Землячки и Бела Куна отдохнул бы в сравнении с ужасами белой победы. Но удержать страну у этой компании шансов не было. Расплатились бы Закавказьем, Дальним Востоком, Украиной с интервентами за «помощь», после чего Гражданская разгорелась бы с новой силой. 

Теперь – к современности. Киевские политики не могут остановить войну на Юго-Востоке. Дело в том, что Донбасс, номинально находясь в составе Украины, при помощи России мог бы создать прецедент относительно благополучного развития. И это ускорило бы и так неминуемую дезинтеграцию страны. Не говоря о том, что они сами мир не переживут. Тот случай, когда и воевать нельзя, и не воевать нельзя.

Выход с какого-то момента стал видеться им один: нанести Донбассу неприемлемый ущерб, чтобы там лет 5-10 ушло только на восстановление.

И в этом чудовищный цинизм ситуации. Кто бы ни был там прав и виноват изначально (вероятно, все стороны хороши), но происходящее сейчас на Донбассе – классический геноцид. Нет больше другой программы у Киева в отношении мятежных территорий, как только уничтожить там всякую жизнь, всякую инфраструктуру – не только военную. 

Не случайно элиту в ВСУ стали называть «киборгами» и т.д. Донбасс для Киева – это сафари. Туда посылают не освободителей, а солдат удачи, воспитанных на компьютерных играх. Место, где можно стрелять во что угодно. Виноваты все – одни потому что воюют, другие потому, что не уехали. Детям не повезло с родителями, гибнущим от бомбежок кошкам и собакам – с хозяевами. Жалеть некого. 

Из сказанного можно сделать такие выводы:

• Происходящее на Юго-Востоке должно быть ясно обозначено как геноцид со стороны официальных властей Украины. Все люди в военной форме ВСУ, действующие на этом направлении, — пособники в проведении политики геноцида. Они должны быть предупреждены, что на Донбассе их воспринимают именно так. 
• Официальная оценка российской дипломатии должна сводиться именно к этому. (Не знаю, насколько эффективна наша кулуарная дипломатия, но публичная, по-моему, ниже всякой критики). 
• Мир не на руку киевским политикам (но на руку народу Украины). Поэтому все мирные переговоры надо приветствовать. Риторика при этом не имеет значения. «Донецкая и Луганская области в составе Украины» — это для дипломатов слова вежливости, вроде «здравствуйте», иначе с вами не будут разговаривать. По сути в ближайшие десятилетия это невозможно. Киев все сделал для того, чтобы его возненавидели на уровне подсознания. Разговоры про «путинслил» для слабоумных. Там уже захочешь, а не сольешь. 
• Вместе с тем, хлопанье имперскими крыльями в духе «Даешь Запорожье!», «Даешь Харьков!» чрезвычайно вредно. Дай бог обустроить ту территорию, которая есть. Остальное решит мирная жизнь. Мир, переговоры, народная дипломатия – только это, в конечном счете, способно залечить раны и похоронить политическую накипь…не только киевскую, конечно.

Сообщение Геноцид и мир. Смертельное сафари на Донбассе появились сначала на Будка гласности.