Президент и смена власти: Владимир Путин рассказал о внесистемной оппозиции
В многосерийном телеинтервью корреспонденту ТАСС Андрею Ванденко по Первому каналу глава государства почти тепло высказался о своих политических противниках: «Представители несистемной оппозиции очень нужны: они реально влияют на конкретную жизнь, особенно на уровне муниципалитетов, крупных городов и так далее». По его словам, в любой стране всегда была, есть и будет часть общества, не согласная с действующей властью. «И это очень хорошо, что такие люди есть», – сказал президент.
Владимир Путин о внесистемной оппозиции: «Дай Бог ей здоровья!». Фото ura.ru
При этом, отметил Путин, те, кто «доводят до революции» в той или иной стране, «как правило, во власти тоже не задерживаются». «Очень быстро им становится неприятна и та власть, которая была создана в результате их активной и бурной деятельности, – пояснил глава государства. – Исключение, пожалуй, только большевики, которые задержались после октябрьского переворота достаточно долгое время, и потом сами развалились, и страну за собой утащили». Президент отметил важность критики в адрес властей, но советовал оппозиции предъявлять потенциальным избирателям позитивную программу, а не просто ругать действующую власть.
Звучит, на первый взгляд, убедительно и симпатично, но при внимательном рассмотрении, мягко говоря, странно. Либо президент лукавит, либо и впрямь у него весьма специфический для XXI века взгляд на общественно-политические процессы.
Начать с того, что роль оппозиции Владимир Владимирович видит исключительно в выявлении недостатков для их исправления действующей властью. Этакий ОНФ (Общероссийский народный фронт), только вид сбоку. Борьбу оппозиции за власть и ее приход к власти президент то ли вообще не допускает, то ли считает ненормальным, неприемлемым действием. Отсюда и его рассуждения переходят от частных задач, «малых дел» оппозиции сразу к революции, которая, конечно же, не приветствуется.
А где же «золотая середина» – сменяемость власти через выборы, без всяких там революций, баррикад и беспорядков? А ее вроде как и не предусмотрено. Оставлены только два варианта. Либо помогайте в качестве младших партнеров (то есть занимайтесь тем же, чем и оппозиция системная, а по мировым стандартам вообще не оппозиция – КПРФ, ЛДПР, «Справедливая Россия»). Либо у вас будут сложности с законом. Или – или, третьего не дано. Хотя в странах с развитой демократией присутствует как раз и только третье.
Отсюда, скорее всего, и пассаж главы государства о революционерах, которым быстро становится неприятной установленная ими власть. Однако, на самом деле, а в чем проблема? Ну, становится да становится, изберите других, затем следующих и т.д. Обычная, даже рутинная, но обязательная сменяемость власти (включая президента и правительство) через выборы. Но вот как раз об этой процедуре в президентском интервью – да и в предыдущих выступлениях – ни звука.
О позитивных программах. Они не просто имеются, а даже в избытке. Просто судить о достоинствах и недостатках программ должны избиратели. А у нас это делает одна из политических сил – правящая, а затем получается так, что оппозицию раз за разом не допускают до выборов. Иными словами, роль арбитра выполняет один из игроков (или одна из команд).
В интервью зашел разговор и о протестных мероприятиях – митингах, шествиях и т.п. С формальной стороны Владимир Путин прав: получили разрешение на акцию – пожалуйста, не получили – не обессудьте на дубинки, автозаки и т.д. Однако по существу…
Вот, скажем, ссылки на опыт Запада – мол, там тоже нужны согласования. Но на практике у нас, в отличие от них, все же разрешительный, а не уведомительный принцип – начинаются долгие препирательства о времени, месте и формате акции, причем запреты следуют один за другим. И если за бугром отказ в проведении протестной акции – событие крайне редкое, то у нас повсеместное. Чтобы далеко не ходить, в Иркутске с недавних пор разрешено проводить массовые мероприятия только в одном-единственном (!) месте – на площади Труда (до этого было хотя бы пять вариантов). И наш пример не экзотический, а скорее типичный для всей страны. Опять же такие ограничения предусмотрены законодательством. То есть формально не придерешься. Но, опять же, по существу…
Юрий Пронин для ИА «Альтаир»