Самосуд — форма протеста? К событиям в поселке Цигломень
Маньяк — тоже человек?
Поселок Цигломень, что в Архангельской области (строго говоря, сейчас это пригород и один из микрорайонов Архангельска), не так давно отпраздновал своё официальное шестисотлетие. Впервые о нём упоминается в «Двинской летописи», датированной 1419 годом, в связи с не очень веселым поводом. Речь идет о разорении норманнами деревень по берегам Северной Двины. С тех пор, как мы можем судить, деревня жила тихо, незаметно, в общероссийские новости особо не попадала, на мировом уровне и подавно не светилась. И вдруг там произошло событие, вызвавшее резонанс по всей России: местные жители устроили самосуд.
Как именно развивались события, во всех подробностях установит следствие. Тем более что уже и Следственный комитет РФ взял дело под свою опеку. Мы же пока поговорим о том, что лежит на поверхности, а событийную канву дадим лишь в общих чертах.
Итак, несколько жителей деревни, собравшись вместе, решили наказать местного «маньяка», который, по свидетельствам очевидцев и пострадавших, отличился на самых разных поприщах: и к детям приставал, и в грабежах пенсионерок участвовал, и на женщин нападал. Мужчины ворвались в квартиру потерпевшего (увы, но теперь мы вынуждены называть его так), избили, связали, привели на деревенскую площадь и привязали к столбу. Как раз эта часть самосуда есть в открытом доступе, при желании вы можете найти видео на YouTube или каком-нибудь другом видеохостинге.
Однако все закончилось достаточно мирно. «Линчеватели» дождались приезда полиции и передали «маньяка» ей. Правда, потом некоторых из них самих арестовали, предъявив весьма серьезное обвинение в похищении человека группой лиц по предварительному сговору. В свою очередь, местные жители уже успели провести митинг в поддержку арестованных, резонно утверждая, что можно как угодно относиться к самосуду, но парням надо помочь, иначе их засудят.
Чем закончится дело, судить пока рано. Но очень похоже, что искатели справедливости получат несколько большие сроки, чем те, кого местные жители прямо называют маньяком. Увы, их преступление совершалось у всех на виду, снималось на видео, фотографировалось. То есть, в отличие от «жертвы», проделывавшей свои делишки тайно и тщательно заметавшей следы, тут у следствия проблем с доказательной базой не будет. И, как мне думается, с учетом определенного политического запроса «влепят» им, скорее всего, на полную катушку.
Нам много не надо — дайте хотя бы правосудие!
Да, наверное, вы заметили: симпатии автора явно на стороне тех, кому надоело ждать активности от органов правопорядка. Хотя они, если называть вещи своими именами, действительно нарушили закон. Причем, с точки зрения действующего УК, нарушили его довольно грубо. Но в то же время они совершенно не походят на бандитов, как это иногда сейчас пытаются подать в СМИ. Прежде всего потому, что действовали открыто, до настоящего самосуда дело не довели, дождались приезда полиции и передали гражданина в её чуткие руки. Конечно, несколько оплеух, полученных "жертвой", вряд ли были приятными, но это не такая уж большая цена за те преступления, в которых этот человек обвиняется местными жителями.
Как действуют бандиты, мы тоже хорошо знаем: своих жертв они везут не на площадь, а в лес, после чего те обычно пропадают без вести. Свидетелей они не любят, и те обычно тоже долго не живут. Так что хоть статья, по которой задержали организаторов самосуда, вполне «бандитская», называть их так язык просто не поворачивается.
На самом деле суть проблемы, обнаженной этим происшествием, именно в том, что у рядового россиянина все меньше надежд на правосудие и защиту его интересов. У него нет денег, за его спиной не маячит могущественная диаспора, готовая защищать «своего» в любом случае, что бы он ни совершил, рассчитывать на симпатии судей и правоохранительных органов ему тоже не приходится. И он терпит. Долго терпит, пока есть на это какие-то моральные силы.
Но потом, отчаявшись найти правосудие и закон, человек может решить сам стать таковым – хотя бы только для себя и своих близких, а большего ему чаще всего и не нужно. И именно поэтому произошедшее в поселке Цигломень есть не что иное, как очень серьезный звоночек для власти. Если продолжать игнорировать нужды людей, их совершенно законные требования безопасности и справедливости, то эрозия правосудия однажды приведет если не к революции, то как минимум к череде кровавых бунтов и выступлений. Не верите? Вспомните Кондопогу…
Что покажет показательный процесс?
Сейчас раздается много голосов, призывающих непременно разобраться с теми, кто решился на самосуд. Мотивируется это разными способами, но везде проглядывает одно: чтобы другим неповадно было! Засудить, упечь в тюрьму, дать понять всем вокруг, что попытка взять на себя функции правоохранителей чревата самыми печальными последствиями!
И у власти, конечно, огромный соблазн «прислушаться» к этим голосам, провести показательный процесс. Но более разумно было бы, наверное, именно показательно разобраться с бездействием полиции, с равнодушием местных правоохранителей всех мастей. В конце-то концов, слишком многим из нас буквально во всех концах страны приходилось слышать фразу «вот убьет кого-нибудь, приедем». И чаще всего именно такое отношение убивает у людей всякую веру в правосудие и всякое желание связываться с полицией.
С другой стороны, в СМИ очень много примеров того, как явные преступники разгуливают на свободе либо отделываются условными сроками за свои немаленькие преступления. Речь и о разных «мажорах», устраивающих настоящие гонки на улицах российских городов и часто становящихся виновниками ДТП, в которых страдают совершенно невинные люди, и о более серьезных случаях. Например, массовое отравление метанолом в Иркутске, от которого погибло 78 человек. Сколько человек оказались в тюрьме по итогам расследования? Пока, кажется, никого: массовое отравление, по количеству жертв обогнавшее многие теракты, расследуется неторопливо и аккуратно. Хотя троих высокопоставленных чиновников областного уровня вроде как освободили от должности – уже хорошо. Но складывается ощущение, что этим все и ограничится: стрелочника назначить не могут, а сажать «уважаемых людей» у нас категорически не желают.
Понятно, что на этом фоне само слово «правосудие» вызывает у многих кривую ухмылку. А раз так, соблазн решить спорную ситуацию (а для многих людей, пострадавших от преступников, она совершенно бесспорна) таким простым на первый взгляд способом будет все чаще и чаще посещать головы наших сограждан.
Условный срок за условный самосуд?
Откровенно говоря, в этой истории мой разум спорит с моим сердцем. Да, я понимаю, что самосуд — крайне сомнительное во всех смыслах занятие. Нет, я даже не про риск «судебной ошибки» — увы, традиционные суды тоже идеальной точности не гарантируют, и это ещё мягко сказано. Но само нежелание граждан привлекать правоохранительные органы в разрешение споров и конфликтов весьма симптоматично и неприятно для государства. Это, если уж называть вещи своими именами, вотум недоверия именно ему, а не конкретному участковому или районному УВД.
И это, конечно, плохо. Плохо для всех нас, потому что невозможно предсказать, как далеко зайдет эта самостийность и где ещё нашему государству жители начнут отказывать в праве вмешиваться в их жизнь.
Но, с другой стороны, я такой же живой человек, как и те, кто сейчас находится под следствием по весьма серьезному обвинению в связи с упомянутым делом. И я им, скажу честно, сочувствую. Не от хорошей жизни они решились на такое, не бесясь с жиру, не уверовав в собственную безнаказанность, купленную за папины деньги. И я бы очень не хотел, чтобы их сделали участниками показательной порки.
И все-таки власть не может полностью проигнорировать случившееся. И если у неё есть инстинкт самосохранения, то сейчас стоило бы пройтись буквально по всем пунктам проблемы. В частности, провести ревизию деятельности местного УВД, прокуратуры, выслушать жалобы людей и принять по ним соответствующие меры. Кроме того, обязательно расследовать деятельность «жертвы», из-за которой, как говорят местные жители, женщины вечерами ходили по поселку с бейсбольными битами. Расследовать и наказать, несмотря на национальную принадлежность, «замолвленное словечко» от представителей диаспор, связи, деньги, угрозы и так далее.
Вот тогда, наверное, и наказание для тех, кто решился на самосуд, будет выглядеть не издевкой над правосудием, не попыткой запугать только одну сторону конфликта, представляющую местных жителей, а адекватной мерой. Особенно если срок с учетом всех обстоятельств будет большим, но условным.
- Автор:
- Виктор Кузовков