Сергей Левченко: за 4 года сделано больше, чем за предыдущие 15 лет
На этой неделе исполнилось четыре года со вступления в должность губернатора лидера иркутских коммунистов Сергея Левченко.
В канун годовщины сам Сергей Георгиевич Левченко и его товарищи по партии подвели некоторые итоги деятельности губернатора-коммуниста.
В разговоре приняли участие секретарь Иркутского ОК КПРФ Сергей Чупров, главный редактор газеты ОК КПРФ «Приангарье» Александр Глушков, заместитель руководителя интернет-сайта Иркутского областного отделения КПРФ Михаил Сеурко, член совета по партийной печати Иркутского ОК КПРФ Анатолий Хотулев.
– Сергей Георгиевич! Давайте мысленно вернемся в октябрь 2015 года, когда Вы приступили к работе в должности губернатора Иркутской области. Разошлись ли Ваши ожидания того времени и реальность, которая открылась перед Вами в последующем?
– Думаю, слишком не разошлись. Здесь жил, живу, работал и депутатом всех уровней, и руководителем регионального отделения партийной организации… Я обязан был иметь полную достоверную информацию о состоянии дел в области. Я старался это делать и, собственно, не в последнюю очередь принимал решение и согласился идти на выборы губернатора.
Я видел тогда, что результаты деятельности предыдущих руководителей, мягко говоря, оставляют желать лучшего. Я напомню, что область находилась по многим показателям на самых последних местах в России.
Помните, как не могли тогдашние руководители решить таких элементарных базовых вещей в сельском хозяйстве как обеспечение кормами животных? Как в 2015 году селяне повсеместно с болью в сердце вынуждены были осенью резать скот из-за недостатка кормов?
Я напомню, что мы были в числе самых последних в России по задолженности по заработной плате, которая достигала 300 млн рублей. Мы были на самых последних местах по таким очень болезненным вещам, как борьба с наркоманией.
Я всегда болезненно переживал, когда ежегодно на заседании сессий Законодательного собрания Иркутской области «традиционно» резали государственные программы. Сначала депутаты примут бюджет, а потом – режут, режут, режут.
Помните, был лозунг: «Бюджету области – чистоту и прозрачность Байкала»? Я сегодня могу сказать с гордостью: мы имеем самый прозрачный бюджет в стране. Это признано Министерством финансов России. Мы получили первую степень. Недопустимо, чтобы бюджет был известен нескольким человекам в правительстве и депутатам. Как только мы прозрачность навели, бюджет увеличился с 97 млрд до 213.
– У вас две ипостаси – работа первым секретарем Иркутского обкома КПРФ и губернатором области. Насколько удачно, на ваш взгляд, оказалось такое совмещение?
– Вы знаете, у меня есть большое чувство вины перед моими партийными товарищами, что я гораздо меньше стал уделять времени партии. Если уж говорить прямо, многие вещи я просто переложил на плечи секретариата и бюро обкома КПРФ, актива.
Скажу откровенно, что у меня был выбор, когда меня избрали губернатором, и я принял решение: надо полностью войти в работу и доказать, что люди правильно поступили, отдав за меня голоса. И я тогда считал, что представитель КПРФ имеет полную возможность достигать результатов гораздо лучше, чем представитель правящей в стране партии… Я сделал выбор в пользу того, чтобы все-таки доказать, что можно добиваться результатов даже в сегодняшнее время, в нашей стране и даже будучи представителем оппозиции. И я сейчас не жалею, что такое решение принял, по крайней мере четырехлетний результат работы – тому свидетельство…
Вот мы сегодня приходим к выводу, что по многим направлениям за 4 года сделано больше, чем за предыдущие 15 лет. Поэтому сегодня мы вместе можем открыто и честно смотреть в глаза избирателям, народу Иркутской области и сказать: мы вас не подвели. Результаты в несколько раз лучше, чем у предыдущих руководителей области. А ведь скептики и оппоненты всё время людям говорили, что, если вы изберете представителя оппозиции, то и Москва денег давать не будет, и он всё завалит; что он лишь политик и умеет только говорить и критиковать…
Мы работать умеем. Поэтому, наверное, если возвращаться к смыслу вопроса, увы, не очень удается совмещать, как вы сказали, «две ипостаси»…
– Удалось ли Вам создать в правительстве Иркутской области коллектив единомышленников, способных решать сложные задачи социально-экономического развития Прибайкалья? Были ли разочарования в назначенных Вами кадрах?
– Разочарования были. И, если окунуться в эту четырехлетнюю историю, то, конечно, были переназначения руководителей ведомств, министерств. Это во многом связано с тем, что надежды, которые я возлагал на людей, не оправдывались. Но если вы посчитаете, сколько таких замен за четыре года было, имея в виду громадное количество министерств, ведомств, служб разных, то вы увидите, что это минимум, и он гораздо меньший, если сравнивать с любым предыдущим губернатором.
Во многом работа команды зависит от ее руководителя. В одних условиях человек может работать с одной отдачей, в других случаях – с другой. Даже вот, смотрите: прежняя команда управляла бюджетом в 97 миллиардов рублей, сейчас в 213 миллиардов рублей. И то же число людей, мы же не увеличили штат ни на одного человека. Мало того, даже уменьшили – я определенные сокращения провел.
Приведу пример. Вот, скажем, строительство: мы увеличили в два с половиной раза объем строительных работ в области. Но тогда они 5 млрд рублей осваивали – сейчас 12,5. А люди-то те же самые остались. Словом, главное, чтобы была грамотная профессиональная работа, тогда люди будут работать более эффективно.
– Истекшие четыре года со времени вступления в должность губернатора Иркутской области вместили в себя множество проблемных событий. Какое или какие из них оставили у Вас самое сильное впечатление?
– Конечно, были за эти четыре года сложные ситуации, связанные с трагедиями людей, – особенно пожары 2016 и 2017 года. Нынешний год – трагедия по наводнению и одновременно пожары. Всё очень тяжело переживается, потому что всегда думаешь: наверное, можно было как-то это предотвратить, если бы больше внимания уделил этому, и, наверное, трагедии могло не случиться. Стараешься самым откровенным образом проанализировать, насколько это всё было правильно…
Я уже говорил, что для меня в начальный период было непонятным: почему мы зарплату людям не выплачивали. Даже бюджетникам. Была задержка по нескольку месяцев в муниципалитетах, на региональном уровне. Вот уже три года зарплату выплачиваем регулярно. Это определенное удовлетворение приносит.
Вот что тогда еще было для меня непонятным: почему Иркутская область не может себя кормить теми видами сельскохозяйственной продукции, которые у нас произрастают, – не бананы-ананасы, а пшеница, мясо, молоко, овощи? Почему мы не могли это сделать при всех наших ресурсах? Я вам сейчас могу сказать, что, несмотря на сложнейшую ситуацию в нынешнем году: юг – половина области тонула, северная часть горела. Причем одновременно. И даже в этой ситуации мы сделали за три-четыре года большие вложения в семеноводство, удобрения, химикаты, покупку сельскохозяйственной техники, инвестирование в сельхозпредприятия, строительство новых, сельхозпереработку, хранение, подработку семян. Нам это позволяет через пару недель получить рекордный урожай зерновых. Рекордный! За постсоветское время такого урожая не было, какой область получит нынче: мы превысим 900 тысяч тонн зерна! Та задача, которая в нашей региональной пятилетке поставлена: достигнуть в ближайшие три года миллиона тонн, она выполняется. Несмотря ни на что. Вот вам плановый подход.
– Сергей Георгиевич, не всегда однозначно воспринимается разработанная по Вашему поручению «Пятилетка КПРФ». Как символ социалистической экономики ее считают несовместимой с олигархическим капитализмом.
– Пятилетний план мы создавали полтора года назад. И еще полгода мы согласовывали его в разных инстанциях. Я лично проехал по многим территориями области, в которых мы собирали мэров, глав поселений, депутатов, руководителей предприятий, общественных организаций и объясняли, что такое Госплан. На этих встречах ни разу никто не сказал, что «Пятилетку» делать не надо или что в ней что-то неправильное. А теперь исподтишка можно рассказывать о том, что она чем-то плохая. Но я предпочитаю открытый разговор.
Мы настроены на то, чтобы руководители всех уровней и простые люди понимали, что их ждет в течение ближайших лет, во что это конкретно выльется, кто ответственный. Наша беда в том, что мы разучились ставить цели и достигать их.
Можно говорить и критиковать «Пятилетку», но это надо делать не исподтишка. Я и сегодня готов выставить для разговора команду Государственного плана социально-экономического развития Иркутской области, и пускай критики будут говорить открыто. Но я боюсь, что они этого делать не будут.
– В начале августа на пресс-конференции, посвященной ликвидации последствий наводнения в западных районах Прибайкалья, Вы сказали: «Чем больше проходит дней, тем чаще слышу слово «спасибо». А в конце сентября, когда в том же Тулуне появились реальные результаты восстановления города, люди говорят Вам «спасибо»?
– Конечно, говорят. Я не коллекционирую это… Задача в том, чтобы как можно больше людей ощущали помощь и поддержку. В первые дни и недели главная задача была – обеспечить пострадавших всем необходимым для жизни. Сейчас задачи более долговременные, например, до холодов завершить капитальный ремонт в большинстве домов, добиться того, чтобы максимальное число людей приобрели себе жилье или заказали для стройки в любом месте, помочь людям приобрести на зиму запас продуктов.
Сегодня регион и государство в целом оказывают беспрецедентную помощь пострадавшим от наводнения. Думаю, что наша помощь и наша организация работы станет примером для всей страны. Таких темпов восстановления не было никогда, хотя по масштабу она превосходит все трагедии, которые были в России в последнее время.
– На выборах 2015 года Вас активно поддержала молодежь. Как Вы оцениваете возможности и перспективы развития высшего образования в Иркутской области?
– Меня радует, что большинство высших учебных заведений мы сохранили, что нам это удалось сделать под эгидой того или иного учреждения. Как самостоятельный вуз мы потеряли иняз, педагогический институт. В высшем образовании идут постоянно реформы, и я поставил задачу, чтобы они, по крайней мере, не влияли негативно на ситуацию.
Должен сказать об Иркутском государственном аграрном университете им. А.А. Ежевского, которому мы вчера открыли памятник в Шарагуле. Вуз у нас был в долгах как в шелках, задолженность была около 500 миллионов рублей: и по зарплатам, и по коммунальным платежам, и по налогам. Ректор Юрий Вашукевич мне вчера сообщил, что большинство из них закрыто при помощи Министерства сельского хозяйства РФ. Сейчас мы наконец-то сможем думать о развитии вуза.
Достаточно серьезно мы распространяем систему целевого обучения, когда за человека платит муниципалитет. И я думаю, что сегодня молодой человек, выбирая будущую профессию, может знать, что будет в Иркутской области через пять лет, какие профессии будут нужны.
– Вы часто встречаетесь с жителями Иркутской области, знаете их нужды и надежды. Ваш предвыборный лозунг «Услышу голос каждого» вошел в практическую деятельность. Как сейчас выстраивается Ваша коммуникация с жителями, когда ИГТРК замалчивает Вашу деятельность, а федеральные телеканалы льют грязь со своих экранов, выпускают по сотне сюжетов в месяц?
– Двести в неделю. Да, были случаи, что выходило по двести в неделю таких сюжетов по центральным каналам. Но телевизор мне в последнее время смотреть некогда. Какое-то влияние это на людей оказывает, но на меня это точно никакого влияния не оказывает, потому что причину я знаю. За этим стоят те люди, которые были с моим приходом лишены того, чтобы сосать бюджет, не платить налоги, пользоваться природными ресурсами.
Они привыкли диктовать органам власти свои желания. Я изменил подход: друзья, если вы здесь работаете, вы должны заниматься созданием нормальных условий жизни для людей, должны платить налоги, как это положено по закону.
Я уже говорил, что бюджет в 2015 году был 97 миллиардов рублей, а сейчас стало 213 миллиардов. А за это время экономика, конечно же, не шагнула в 2,5 раза за три года. Хотя у нас темпы роста выше, чем в среднем по стране, но все-таки не такие. Просто мы заставили многих работать по закону.
И это не всем нравится. Раньше была полная вольница: хочу не плачу, хочу плачу куда-нибудь в другое место. И все, кто имел раньше эту вольницу, хотят вернуть прежнее положение дел, и платят за это деньги средствам массовой информации. Я, по большому счету, ожидал этого, поэтому отношусь спокойно.
– Работа губернатором требует от вас полной мобилизованности и самоотдачи. Удается ли вам найти время для семьи? Есть ли у вас свободное время для спортивных занятий или других ваших увлечений?
– Периодически. Что касается такого сложного периода, как наводнение, то я больше двух месяцев прожил на затопленных территориях. Там точно не находилось времени. Работал почти круглосуточно. Моя жена была почти всё время со мной, жила в гостинице. С ней я имел возможность видеться.
У меня был такой график: вечером в субботу я приезжал в Иркутск, в воскресенье проводил пресс-конференции, встречи, которые нельзя было отложить, подписывал самые важные документы, и в воскресенье ночью уезжал обратно.
– Какие Вы видите приоритеты в Вашей деятельности в год, ос-тавшийся до выборов губернатора?
– Приоритеты мы расставили в «Пятилетке», в стратегии социально-экономического развития Иркутской области до 2030 года. Как бы там ни было, а чрезвычайная ситуация сложилась, и нам пришлось восстановление затопленных территорий сделать приоритетом.
Но, с другой стороны, я не привык к тому, чтобы объясняться, что у нас вот случилась трагедия, поэтому мы «Пятилетку» – сворачиваем. 99% того, что было намечено до ЧС, выполняется и сейчас. Несмотря на трагедию, уровень исполнения у нас выше, чем по стране. Хотя в нацпроектах есть еще много неясностей… Вообще же я должен сказать, что нацпроекты – это шаг к Госплану, как бы его ни называли. Вспомните, еще 10 лет назад, когда говорили о том, что рынок сам всё распланирует и расставит, невозможно было даже представить, что будут конкретные государственные национальные проекты.
Мы можем говорить: давайте это сделаем, то сделаем. Но что если подготовка у нас одна, а национальные проекты диктуют другой подбор профессий? Они же у нас не стыкуются сегодня. Мы же сегодня готовим юристов и экономистов, а тех, кто в цехах будет работать, где взять? Я недавно приезжал в одну из школ. «Спасибо, – мне говорят. – Вы нас компьютерами обеспечили». А я спрашиваю: «У вас трактор есть?». «Нету». «А грузовичок хоть какой-нибудь?». «Нету». «А теплица при школе есть?». «Нету». А это же сельская школа. Я собрал всех, говорю: «Вы что думаете, мы сельским профессиям в городе обучим?».
Поэтому по стране мы постепенно идем к более полному планированию. Но на уровне региона мы это уже сделали: мы привязали к задачам в Госплане трудовые, энергетические, природные, финансовые ресурсы. И получили высокую оценку специалистов.
по материалам
сайта КПРФ Иркутской области