Иркутского судью дисквалифицировали за приписки. Финал вопиющего скандала
Самой абсурдной истории года в нашей легкой атлетике положен конец. Напомним, несколько недель назад основатель популярной группы в соцсети Максим Карамашев сообщил о том, что в результатах соревнований в Иркутске имеются очевидные несоответствия. Карамашев раскопал, как минимум, девять случаев, когда в итоговых протоколах результат спортсменов кардинально менялся в лучшую сторону по сравнению с предварительными результатами. Хотя теоретически эти результаты если и могут различаться, так максимум на несколько сотых секунды.
Но в Иркутске
Протоколы не прислали, судей отстранили
ВФЛА в случае с Иркутском проявила себя принципиальной организацией. Сначала у местных организаторов были официально запрошены протоколы — как промежуточные, так и итоговые. Однако эту документацию не прислали ни в установленный срок, ни вообще. Федерации ничего не оставалось, кроме как аннулировать результаты вообще во всех беговых дисциплинах (включая даже те, где несоответствий на первый взгляд не было). Шкурбицкого, а также главного секретаря соревнований Оксану Булах, отстранили от работы на один год.
— На каждых соревнованиях есть рабочие протоколы, которые заполняются судьями от руки в нише или в секторах, и официальные, которые печатают по итогам каждого вида на основании рабочих протоколов, — объяснила «СЭ» начальник отдела спортивных программ ВФЛА, судья международной категории Елена Орлова. — Их в секретариате печатают либо вручную, либо автоматически подгружают, если есть единая компьютерная сеть соревнований. Человеческий фактор никто не отменял, поэтому все вышестоящие организации требуют хранить именно рабочие, рукописные протоколы с официальных соревнований в течение трех лет. Они считаются отчетной документацией и основой, например, для подтверждения правильности итогового печатного протокола при присвоении спортивных званий. Бывает, что в официальном протоколе допущена ошибка, например, в написании фамилии, и тогда за основу берется как раз рабочий протокол.
Кроме таблицы в Excel у нас нет вообще никаких документов
— Куда делись рабочие протоколы из Иркутска?
— Нам написали, что они уничтожены. Это само по себе является грубым нарушением. Не говоря уже о том, что у федерации теперь нет вообще никаких доказательств, что аппаратура на соревнованиях работала правильно. Мы должны просто поверить людям на слово. Я говорила с одним из судей, кто работал на соревнованиях, он утверждает, что фотофиниш был. У меня нет оснований ему не верить, но ведь у нас нет ни распечатки с проверкой аппаратуры, которая обязательно должна быть подшита к протоколам беговых видов и доказывать, что аппаратура работала правильно, ни бумаг от хронометристов по ручному хронометражу, который является резервным. Кроме таблицы в Excel, которую теоретически можно было заполнить произвольно, у нас нет больше никаких документов с этих соревнований.
— Почему тогда были отменены результаты только беговых видов, а прыжковые остались в силе?
— По этим видам не было вопросов у участников соревнований. К нам не поступало жалоб. У нас нет никаких оснований отменять эти результаты.
— Насколько реально теперь, чтобы Шкурбицкий потерял звание спортивного судьи?
— Это не в сфере ответственности федерации. Федерация может только провести заседание президиума и, если Президиум примет такое решение, ходатайствовать перед Минспорта, чтобы он был лишен судейской категории. Это очень сложный процесс, хотя в принципе, нарушение судейской этики является веским основанием.