В Монголии, в аймаке (провинции) Баян-Улгий, что на самой границе с нашим Горным Алтаем, введён противочумный карантин

Тревожная новость пришла из Монголии. Здесь зафиксированы уже две смерти от чумы. Скончалась супружеская пара, трое детей остались сиротами. Заболевшие, вероятно, съели мясо заражённого сурка, а именно эти грызуны остаются в этих местах главными переносчиками болезни.

В аймаке Баян-Улгий, что на самой границе с нашим Горным Алтаем, введён противочумный карантин. В карантин попали 17 русских туристов. Все они здоровы, но выехать за пределы аймака в лучшем случае смогут только после 6 мая. Обстановка остаётся стабильной, больше случаев заражения не зафиксировано. Все противочумные службы вблизи нашей границы приведены в состояние полной готовности, завезены необходимые вакцины и препараты.

Но всё равно каким-то инфернальным холодком веет от этих новостей. Слишком много культурных и исторических ассоциаций связано у нас с самим понятием «чума», слишком укоренено оно в языке. 

Зараза. Самая страшная зараза.

Латиняне называли чуму pestis — просто зараза. В старину различали две её формы — бубонную и лёгочную. Главным признаком бубонной чумы считалась опухшая и воспалённая лимфатическая железа (бубон), преимущественно в паху. Лёгочная начиналась сразу с поражения дыхательной системы. У бубонной чумы фиксировался инкубационный период 6-12 дней, и смертность от неё составляла 95%. Лёгочная развивалась почти моментально, от неё спасения не было ни при каких обстоятельствах. Надеялись только на чудо. Сейчас считается, что чума — и лёгочная, и бубонная — единая болезнь, но у неё может быть разное течение и симптоматика.

С конца XIX столетия мы знаем, что возбудитель чумы — «чумная палочка», которую переносят многие теплокровные животные. Прежде всего это грызуны, но можно заразиться даже и от верблюда.

Есть в распоряжении современной медицины и ряд вакцин, первую из которых в 1897 году создал русский микробиолог, ученик Мечникова. После изобретения антибиотиков чума хоть и по-прежнему пугает, но так или иначе излечивается. Смертность — 5-10% — отнюдь не самые страшные показатели для инфекционных заболеваний.

Есть в распоряжении современной медицины и ряд вакцин, первую из которых в 1897 году создал русский микробиолог, ученик Мечникова. Фото: www.globallookpress.com

Однако ещё два-три столетия тому назад дело обстояло совершенно иначе. Чумную эпидемию считали последствием миазмов и дурного воздуха. Она несла смерть, только смерть и становилась самим символом смерти. 

Пандемии чумы

На исторической памяти современного человечества — три пандемии чумы, две из которых безо всяких преувеличений развернули ход мировой истории.

Первая — «Юстинианова чума» — пришлась на годы высшего расцвета Византийской империи в середине VI века. Болезнь тогда пришла из Египта и унесла по всему Средиземноморью больше 100 млн жизней. От чумы умер и сам император, и многие его близкие. В 542 году в Константинополе в день умирали тысячи человек.

В известной степени Византия так и не оправилась от этого удара, по крайней мере, не вернула себе своих итальянских владений.

Вторая — страшнейшая — эпидемия пришла в Европу в середине XIV века из Крыма. Легенда гласит, что болезнь началась в рядах монгольского войска, осаждавшего Кафу (Феодосию), в то время принадлежавшую генуэзцам. Ордынский хан Джанибек, испугавшись чёрной смерти, косившей его воинов, приказал снять осаду, но до того он обстрелял осаждённый город из катапульт трупами чумных больных. В Кафе началась эпидемия (всего в Крыму погибло около 85000 человек), генуэзцы в ужасе бежали в Европу. Они-то и привезли чуму вместе с крысами и песчанками в трюмах и на палубах своих кораблей.

Сегодня нам даже трудно представить себе масштаб бедствия. Европа почти опустела. Погибло около 50 млн человек (Западная Европа в ту пору была гораздо менее населена, чем Византия при Юстиниане). Генуя потеряла 40 тысяч человек (половину своих жителей), Венеция — 100 тысяч (70%). В Лондоне чума унесла девять десятых жителей.

На исторической памяти современного человечества — три пандемии чумы, две из которых безо всяких преувеличений развернули ход мировой истории. Фото: www.globallookpress.com

Тогда же возникло и само слово «карантин» — от итальянского quaranta — «сорок». Все прибывавшие в город содержались в специальных помещениях 40 дней, чтобы гарантировать, что они не несут новой болезни. Однако эти меры хоть и остановили в определённый момент эпидемию, но помогали мало.

Джованни Боккаччо писал в «Декамероне»:

Славную Флоренцию, лучший город Италии, посетила губительная чума… От этой болезни не помогали и не излечивали ни врачи, ни снадобья. Так как для великого множества мёртвых тел, которые каждый час подносили к церквам, не хватало освящённой земли, то на переполненных кладбищах при церквах рыли огромные ямы и туда опускали целыми сотнями трупы. Сколько сильных мужчин, красивых женщин, прелестных юношей, которых даже Гален, Гиппократ и Эскулап признали бы совершенно здоровыми, утром завтракали с родными, товарищами и друзьями, а вечером ужинали со своими предками на том свете.

Больше всего современников поражало, что чума как приходила внезапно в город, так же внезапно его и оставляла. На вопрос о том, почему так случалось, не знают точного ответа и современные учёные.

И, наконец, третья, последняя пандемия чумы случилась в Индии в начале 90-х годов позапрошлого века. Она унесла жизни шести миллионов человек. После этого была изобретена вакцина, и чуму остановили. Хотя вспышки её в природных очагах наблюдаются до сих пор по всему земному шару, и, по данным ВОЗ, ежегодно число заболевших составляет до 2500 человек. 

Чума в России

На Русь чума пришла в XIII-XIV веках, почти сразу же после монгольского нашествия. В Пскове и Новгороде она выкосила две трети жителей. Из Смоленска ушли только пятеро, при этом они наглухо забили городские ворота. В Глухове и на Белоозере умерли все, и это было куда страшнее самих татар, но историки почему-то редко учитывают этот фактор, когда разбирают природу раздробленности и нравы первых десятилетий ига.

В 1771 году чума вновь проникла в Россию, на сей раз из Османской империи. В Москве в то лето в день умирали до тысячи человек, как за 1200 лет до того — в Константинополе. Но справившийся и с самой заразой, и с Чумным бунтом генерал-поручик Пётр Еропкин вряд ли тогда вспоминал императора Юстиниана… 

Победа над чумой в СССР

Несмотря на то, что в СССР — в южнорусских степях, на Каспии, на Кавказе, в Средней Азии и на юге Сибири — располагались природные очаги чумы, болезнь в нашей стране фактически оказалась побеждена уже к середине 30-х годов прошлого века. Это стало возможным благодаря целостной программе борьбы с особо опасными инфекционными заболеваниями, разработанной сразу после Гражданской войны. Первые противочумные станции и Научно-исследовательские институты, созданные в Саратове, Ростове-на-Дону, Иркутске, Сталинграде и Ставрополе, по причине масштабной организации работы сумели практически подавить чуму в большей части её природных очагов. И, несмотря на отдельные локальные случаи, ярчайшим показателем их достижений стал тот простой и неотменяемый факт, что во время Великой Отечественной войны чумы не было. Она не вспыхнула даже на фоне боевых действий, которые велись на огромных территориях юга России от Херсона до Ставрополя и, естественно, порождали самую сложную эпидемиологическую обстановку. 

Ныне чума, взятая как медицинский факт, не несёт и половины тех смыслов, которые мы вкладываем в это слово. О наших соотечественниках в Монголии можно не беспокоиться. Понадеемся, что с ними всё будет хорошо.

И всё же всякое упоминание о чуме в обыденной ленте новостей — своего рода вторжение иного поветрия, совсем других времён и символов.