Анатолий Юрков: Более полувека мы по-крупному травим Байкал

Так начинает прощание с озером в своей последней книге о нем непревзойденный певец Байкала Валентин Распутин, величая его русским чудом, сибирской жемчужиной. Книга так и называется "Земля у Байкала" (как мы, семилетние, во время войны говорили друг другу, назначая сбор на игру: "Где собираемся?" "У Фенина дуба, где ж еще?" Хозяева того клочка земли, где рос столетний дуб, перед войной ту землю покинули, бросили сад и огород, их поглотили сорняки. А Дуб остался. Он был так высок, что мы забирались к нему на макушку, чтобы увидеть, как от Михайлова уходят поезда. До Михайлова было двадцать пять верст по большаку, а у Фенина дуба была наша родимая земля. В Михайлове, как наши прогнали немцев, осталась одна колокольня, но вот парадокс: с нее нашу деревню не было видно).

"Произошло это, - пишет про Байкал Валентин Григорьевич, - как считают ученые, двадцать-двадцать пять миллионов лет назад, слишком задолго до появления здесь и где бы то ни было первого человека".

А дальше Распутин произносит (пишет) слова, которые могли образоваться только в его душе, вызреть, выкристаллизоваться и выйти в мир до скончания века: "Вот это и не понятно: Байкал был, а человека не было, и любоваться-дивиться на него, выходит, было некому. Уж очень неразумно..." Так глубоко умом и сердцем чародей слова любил жизнь. Землю у Байкала и сам Байкал, что думать без придыхания о них не осмеливался.

Все это святое даже для самого Бога.

***

Года полтора назад Михаил Александрович Грачев, академик РАН, два десятка своих лет отслуживший Байкалу директором Лимнологического института и поработавший на науку об озере, сказал в разговоре, не обязывающем ни к чему ни его, ни меня:

- А что бы не построить каплю Бога... Недавно увидел Астану, какую построил Назарбаев к Всемирной выставки. Солнце, сталь и стекло сделали ее сказочным городом.

- А капля Бога?

- В центре Астаны стоит ажурная башня, а на вершине переплетающихся опор - как две ладони поддерживают сияющий шар. Вот и на высоком берегу Байкала построить бы из стекла и бетона высокое здание в виде капли. Для завода по разливу глубинной байкальской воды. И чтоб внутри этой Капли все было прозрачное, весь процесс подготовки воды был виден каждому, представляете? Вот и работающий музей Байкала.

- Распутин одобрил бы, - сказал я.

- А кто еще?

- Ваши друзья, соратники по институту... И мои тоже. Сам и внуки. И, думаю, большинство читателей "Российской газеты". Так и назвать "Капля Бога".

- Чтобы посмотреть на живую Каплю Бога, паломничество туристов начнется. И папе римскому не зазорно будет на поклон к Байкалу приехать!

К сожалению, до нас, нынешних, жадных и циничных, это плохо доходит. Или не доходит совсем. Нам по фигу, хоть караул кричи, тот факт, известный науке давно: больше половины территории России пребывает в плену вечной мерзлоты.

А плазма нашей крови, как и морская вода, состоит из раствора хлористого натрия. Но чуднее всего байкальская вода: в ней растворено 320 000 тонн этого хлористого натрия, а хлор не улавливается при обычном анализе байкальской воды, а только весьма тонко "чувствующими" инструментами.

...Мы так увлеклись, что всерьез поверили в идею Михаила Грачева. На пробу я заикнулся об этом в своем очередном репортаже с Байкала - никто не откликнулся. Кроме Амирхана Магомедовича Амирханова, замглавы Росприроднадзора.

- Тут есть над чем подумать, - ответил он.

- Подумать, чтоб отказать?

- Или подумать, как за дело взяться?

- Нет, скорее, второе. Ведь дело-то не копеечное, а на весь мир - Россия торгует байкальской водой!

Бывший министр природы сделал вид, что не заметил публикации. Ну да Бог с ним.

"Как вы относитесь к китайцам?"

...Звонок из Иркутска неожиданным не был. По всем информканалам галдели одноголосо:

- Почему китайцы самовольно строят на Байкале завод по перекачке воды на свою родину, а мы ушами хлопаем?

Михаил Грачев был краток:

- Вы как относитесь к китайцам?

- Нормально. Творчески. Бывал у них, они у меня. Был членом-соучредителем Российско-Китайс...

- Я не об этом, - ценил время Михаил Александрович. - Я о строительстве ими завода по производству байкальской глубинной питьевой воды.

- Который оказался...

- Ну, да, его строительство приостановили по суду. Как вы к этому относитесь? - Голос Михаила Грачева звучал напряженно: - Сначала им отвели участок, где была нефтебаза, а потом прирезали кусок берега... Они за все заплатили, а их же и клянут, в суды вызывают, в газетах чихвостят, по телевизору...

- Михаил Александрович, "Российская газета" давно доказывает, что цивилизованная торговля байкальской глубинной водой - неизбежное широкое колоссальное и богоугодное дело. С вашей помощью пытается растормошить деловых людей, любящих Россию, по крайней мере, как себя. За байкальскую воду не надо платить как за нефть, газ. Получить же можно, не особенно вкладываясь, в десятки, сотни раз больше.

- Но суд-то состоялся. Не в пользу китайцев. А они не согласны. Будут на пересуд подавать. Насколько я осведомлен, правда на их стороне.

- Вы и за них переживаете?

Он помолчал секунд пять:

- Я за Байкал переживаю. Все никак денег не найдут, чтобы надежную и эффективную сеть очистных сооружений построить: денег нет. Опять планируют какие-то ущербные самоделки. А китайцы и деньги заплатили и вместе с заводом эффективную очистку запланировали, а им: "Осади, любезный!"

Возмущение академика РАН Михаила Грачева я искренне разделяю. Байкал, как субъект нашего бытия, заслуживает лучшего отношения. А китайцы-инвесторы - и уважения.

В итоге Грачев мне продиктовал интересную считалку:

- Напишите шесть. Нет, число шестьдесят и шесть нолей к этому числу.

- Написал: 60 000 000.

- Теперь еще три ноля.

- Написал: 60 000 000 000.

- И еще три ноля.

- Написал: 60 000 000 000 000 (шестьдесят триллионов).

- ...Столько кубометров воды вытекает из Ангары ежегодно, чтобы влиться в Мировой океан.

- Вытекает? - хочу я убедиться еще раз.

- Да, вытекает: Байкал отдает через Ангару, через Енисей, в Карское море, где летом резвятся белухи, киты и касатки, моржи и тюлени. 60 кубокилометров своей воды. И ни копейки за это не получает: ни озеро, ни Россия.

***

Особенно громкий гвалт прокатился по средствам массовой информации в марте 2019-го. "Китайцы выкачают из Байкала всю воду!", "Они уже строят завод - тайно и ударными темпами!"

Новость "про китайцев" наделала много шума еще 3-5 лет назад. Но тогда она была ближе к истине. А сейчас-то с какого бодуна?..

...Вчера, сегодня и всегда.. Или мы таким образом призываем весь мир считать, что в Байкале вода ничья, и не стоит она медного алтына?

За полвека до...

...Завтра будет заседать Государственная приемочная комиссия, и мы с Михаилом Зиновьевичем Гофманом, полномочным представителем Минводхоза СССР, пошли еще раз посмотреть, как готов качать байкальскую воду заводской цех ее приготовления. Михаилу Зиновьевичу, как члену госкомиссии, обеспечен проход всюду. И я, стало быть, с ним.

... В цехе мы поднялись на ажурный "капитанский" мостик под стеклянной крышей, чтобы лучше увидеть. Я глянул вниз и отпрянул: пола не было, вместо него зиял бездонный провал зеленоватого цвета. Откуда-то из недр матушки-Земли, из ее плодовитого нутра вертикально поднималась и неслась на нас упругая река воды, наполняя помещение глухим гулом. Поток поднимался, вспучивался нехотя над "полом" (вместо которого зиял провал) гигантской шевелящейся шляпкой тянущегося к небу гриба и круто опадал, исчезая в круглых отверстиях бетонных стен...

- Потрясающе! - только и нашелся сказать. - Это прямо из озера?

Гофман, видимо, испытывал похожие чувства, хотя он был крупный специалист по водоканальным делам, ему должно быть, это не в диковинку.

- Чистейшая байкальская водица. По 600 кубометров (тонн) на выработку каждой тонны целлюлозы.

- Не многовато ли? Десять железнодорожных наливных цистерн - целый состав.

- Очень даже многовато, - отозвался Михаил Зиновьевич. - Проектная норма - 400 кубометров на тонну.

- А что сбрасывает обратно в озеро?

Я еще не был на очистных сооружениях, а он неделю им посвятил.

- Жидкость.

- А куда же еще 200 кубов девается? На "догоним и перегоним" Америку?

- Можно только догадываться, - сказал Гофман. - Наши инспекторы утверждают, что остальная вода идет на разбавление грязных стоков. А директор Черепанов все списывает на "отработку экспериментальной технологии".

- Что за эксперимент? В проектном задании "Сибгипромбума" (он у нас в редакции был) все по полочкам разложено: сколько, куда, зачем.

- Там и стоки на сброс предусмотрены чистые, почти питьевые, - эхом отозвался Михаил Зиновьевич. - А еще мне директор завода отбрил: слушай, говорит, в Байкале 23 тысячи кубокилометров воды, чистой, как слеза младенца. А ты за каждый "кубик" цепляешься.

- А вы цепляетесь?

- Как репейник, - усмехнулся Гофман. - Но вы вдумайтесь: они Байкал хотят превратить в экспериментальный полигон - за сколько времени его можно отравить. За 10 лет или за 200?

Мне вчера директор Лимнологического (байкальского) института Григорий Иванович Галазий сказал, что вся вода в Байкале обновляется за четыреста лет. Сказал об этом Гофману.

- Я знаю, - ответил он. - Но никто не знает, сколько отравы за это время будет сброшено в озеро.

* * *

Нынче знают. И сколько сбросили, и сколько накопили на берегу. После остановки комбината подсчитали: 6 миллионов 200 тысяч тонн содержится в картах-отстойниках (накопителях) всякой всячины. За пять лет, как не работает БЦБК, из 6 миллионов 200 тысяч кубометров отходов взяли ... два самосвала. На эксперименты. Если суммировать все, что пошло на эти ... научные "эксперименты", то вышло больше трех миллиардов рублей. Так посчитала Счетная палата. Из которых ученым перепало, как говорится, три пятьдесят медяками.

Но это будет через полвека.

Вечером он сел писать докладную министру. Но слова не ложились на бумагу. Гофман вспомнил минуту жгучего стыда, что пережил на сегодняшнем заседании комиссии. Да что там пережил. Он и сейчас не в своей тарелке. Потому и Оглоблина, своего местного коллегу, спровадил, чтобы побыть одному, разобраться в происшедшем и принять новое решение.

В самом разгаре сегодняшних дебат он встал и попросил:

- Разрешите мне зачитать особое мнение.

Черепанов с Ложкиным переглянулись, успел заметить Михаил Зиновьевич, выходит, знали. От кого? На раздумья времени не было, и он стал читать...

История знает, чем кончился этот эпизод: двое из его единомышленников не подписали "Особое мнение", как обещали вчера.

А он не подписал Акт Госприемки.

Его коллеги объяснили ему свое поведение так:

- Вы, Михаил Зиновьевич, беспартийный, москвич, вам терять нечего. А у нас партбилеты, дети, жилье казенное...

Жизнь человека вложена в дело для людей, вот он и помнит всякие "мелочи".

Реализация по актуализации

В 2012 году была утверждена Федеральная целевая программа "Охрана озера Байкал и социально-экономическое развитие Байкальской природной территории на 2012-2020 гг.". На реализацию мероприятий по этой программе закладывалось более 54 миллиардов рублей. Чуть ли не первым пунктом стояло основное: "реализация мероприятий по ликвидации негативного воздействия отходов, накопленных в результате деятельности ОАО "БЦБК". (Потом, правда, сумму урезали, но задача осталась. "Актуализировали" по нынешней казенной терминологии).

6 миллионов 200 тысяч тонн их скопилось в картах-шламонакопителях к счастливой дате 13.09.13 г. - тогда был остановлен БЦБК.

Что с ними делать, никто не знал.

Поручение одному из зампредов правительства решить вопрос с ликвидацией шлам-лигнина по зарубежной технологии, вылилось в миллионы и миллионы рублей. Но технология оказалась неприемлемой.

Около двухсот гектаров дорогущего берега Байкала остается занятой этими шлам-отстойниками и картами-накопителями, как месть хрущевских затейников: завод закрыли, а в озеро все равно фильтруется всякая нечисть из отходов.

На сцену вышли современные "актуализаторы". Кто такие? Кто ж их знает. Известно лишь, когда они берутся за бюджет, от него мало чего остается. А дело остается не тронутым.

История с отходами БЦБК еще не закончена, можно сказать, даже и не начата. Потому что ни одной тонны отходов за эти годы и по сей день не ликвидировали. Некогда людям. Перманентно идут заседания и совещания - в Байкальске, в Иркутске, в Улан-Удэ, в Москве - в правительстве РФ, --Минприроды, Госдуме, в Росводоресурсах, в Рослесхозе, Совете Федерации, прокуратуре и Общественной палате: аты-баты, шли дебаты... Пишутся докладные, составляются проекты, обсуждаются и утверждаются, а на последней ступени откладываются, а то и отвергаются: дорого, понимаешь.

А те миллиарды, которые щедро из госбюджета целевым назначением идут на ликвидацию отходов, похоже, самоликвидируются. Уже пять лет на исходе, а им, отходам, ни жарко, ни холодно.

На исходе 2016 года, и, естественно, в "рамках Федеральной целевой программы "Охрана озера Байкал и социально-экономическое развитие БПТ на 2012-2020 годы" собирается Межведомственная байкальская комиссия, чтобы поговорить об ответственном мероприятии этой государственной программы. А именно о "Реализации мероприятий по ликвидации негативного воздействия отходов, накопленных в результате деятельности ОАО "БЦБК".

Из документов этого заседания узнаем: объем накопленных отходов превысил 6,2 миллиона тонн. Основная их часть: шлам-лигнин, зола от сжигания шлама-лигнина, зола и шлаки от сжигания угля, зола корьевых котлов. Они занимают почти полтораста га великолепного берега самого красивого озера страны. И эта земля уже приготовлена к аукциону. Карта № 3 выставляется начальной ценой 5 миллионов 680 тыс. рублей. Следующие две - по 5 миллионов 680 тыс. рублей и 5 миллионов 465 тыс. рублей; Бабхинский золошлакоотвал получил начальную цену в 8 миллионов 493 тысячи рублей.

Это почти 25 миллионов (а повезет на аукционе, сумма может и удвоиться, хотя и 25 "лимончиков" на дороге не валяются).

Еще загодя, 6 апреля 2016 г. губернатор Иркутской области отправил письмо в Москву: позвольте, мол, всю реализацию, связанную с ликвидацией БЦКБ, проводить нам самим. Москва дала "добро": только не особенно жадничайте. Передачу имущества обанкротившегося ОАО "БЦБК" оформили как пожертвование. И закрутилось колесо, но вдруг скрип: токсикологический анализ забраковал технологию переработки отходов, представленную заграничными умельцами, с корнями российских жуликов: обнаружив в них вредные вещества V класса опасности, лучше по этому показателю оказалась технология Лимнологического института СО РАН.

Но вся эта матата, как вскоре выяснилось, была затеяна, чтобы напустить туману на плесневеющую проблему, но весьма денежную. Туманозапускатель включили на следующем заседании комиссии, через год. Оно было выездным, заседали в Улан-Удэ. На нем, судя по материалам, подводились итоги первого полугодия Года экологии. Так по календарной логике выходило. И первый пункт это как бы подтверждал: "О ходе реализации федеральной целевой программы "Охрана озера Байкал и ... за 2016 год и первое полугодие 2017 года". И текст был солидный, девятнадцатистраничный. Но...

Всего на двух страничках была изложена суть главного вопроса, который в срочном порядке рассматривала Байкальская Межведомственная комиссия. Из других десяти не удостоилась столь высокой чести ни одна тема. Классический пример прятать концы провальных вариантов.

Воздав должное Федеральной целевой программе по Байкалу на 2012-2020 гг. - и какая она перспективная и мудрая, всеохватно-комплексная, и какая она такая и сякая, что жалко ее заканчивать в 2020 году.

"Главное на сегодняшний день - это усилить эффективность ее реализации, обеспечить должный контроль на всех уровнях, закрепить соответствующую ответственность за ответственными лицами...

Эпохальная формулировка придумана: "закрепить соответствующую ответственность за ответственными лицами..."

"... В этой связи Минприроды России предложено... дополнительно проработать с федеральными органами власти и органами власти Иркутской области, Республики Бурятия и Забайкальского края меры в отношении озера Байкал и БПТ в целях подготовки комплексного приоритетного проекта..." Ага, у Байкала были всякие проекты, пусть земля им будем пухом, но "комплексного приоритетного" еще не было.

Четыре высоких проекта, три из которых были всесоюзными ударными комсомольскими стройками, давно окупившими себя:

Иркутская ГЭС - 154 км2

Братская ГЭС - 547 км2

Усть-Илимская ГЭС - 1922 км2

Богучанская ГЭС - 2326 км2

В итоге Байкал ежегодно наполняет водохранилища электростанций общей площадью 9890 квадратных километров. Каскад ангарских водохранилищ соответствует суммарной мощности гидроэлектростанций в 10334 МВт с годовой выработкой электроэнергии около 55 миллиардов кВч. Таким образом, от продажи 55 миллиардов кВч в бюджет должно поступать... хотя сами посчитайте, чтобы приобщиться к байкальским нуждам, сколько, если каждая семья платит по 5 рублей за киловатт.

А рыба омуль, осетр, а другие деликатесы? А питьевая вода в разлив и в розницу? Но и в этой ситуации Росводоресурсы умудрились в начале ХХI века ни копейки за водопользование с хозяев не брать. А некоторым теперь так и за чистую монету китайцам жалко.

Пусть чиновники Росводоресурсов посчитают - это их законная обязанность - кто и за сколько каждодневно пользуется байкальской водой, эксплуатирует байкальские ресурсы: по моим расчетам сумма получилась многотриллионная.

Даже если направить на строительство кольца суперсовременных очистных сооружений четвертую часть этой суммы, а на завод - памятник "Капля Бога" десятую долю...

Россия внакладе не останется. Ведь весь фокус в том, сколько бы байкальской воды ни продавали, сколько бы ее ни выкачивали из озера (в пределах 1 кубического километра), Байкал не обмелеет даже на метр: утром взяли, а к следующему утру озеро уже восполнит взятое. Уникальность озера еще и в том, что оно - возобновляемый источник водных ресурсов. Вчера, сегодня, завтра и всегда. Вот уже около 23 миллионов лет.

Более полувека мы его по-крупному травим. Будто кто-то поставил цель: количеством не возьмем, так качеством ноги переломаем.

В конце концов, ну нельзя же так с бесценным ресурсом страны обращаться. Ведь никто другой нам такое сокровище не отстегнет.

Велели паспорт не казать

Нынче составлены новые "Планы мероприятий" на 1 января 2019 - 31 декабря 2024 годы и даже Паспорт федерального проекта "Сохранение озера Байкал". Все это возведено в ранг национального проекта. В преамбуле документа подчеркнуто, что он сохраняет связь с предыдущими государственными программами, а именно: "Охрана окружающей среды на 2012-2020 годы" и федеральная целевая программа "Охрана озера Байкал и социально-экономическое развитие Байкальской природной территории на 2012-2020 годы".

Обозначены ответственные лица за выполнение означенных мероприятий.

"Цель федерального проекта - экологическое оздоровление озера Байкал за счет сокращения объемов сбросов загрязненных сточных вод в озеро Байкал и другие водные объекты Байкальской природной территории на 28,2 процента к концу 2024 года, а также снижение общей площади территорий, подвергнувшейся высокому и экстремально высокому загрязнению и оказывающих воздействие на озеро Байкал, на 448,9 га к концу 2024 года".

Как ему и завещано при рождении, Байкал ничего не берет у людей, а только им отдает.

Всю воду, которой в нем 23 тысячи кубических километров. Без ущерба для Байкала, утверждают ученые, можно брать из озера 1 кубический километр воды. Да, да на продажу. Как продают ее сегодня в Москве, по 77 рублей за литр. Но все как-то не по-людски: все по ведру, по бутылке, по плошке. Зато пользуются по-крупному, по-современно-российски.

У Байкала давно уже отбирают ресурсы четыре крупнейшие гидроэлектростанции на Ангаре.

Паспортизация неподъемную до сих пор задачу рисует так:

"К концу 2024 года обеспечен выпуск не менее 700 миллионов шт. личинок омуля и 1,5 миллиона шт. молоди омуля и 1,5 млн шт. молоди осетра".

На это, начиная с 2022 года, выделяются суммы: 2022 г. - 500,9 млн руб, 2023 г. - 5,9 млн руб. и 2024 г. - 512,7 млн руб.

И так по каждому пункту, записанному в паспорт.

***

А сам "паспорт" заканчивается сноской:

"Снижение общей площади территорий (на 448,9 га), подвергшихся высокому и экстремально высокому загрязнению и оказывающих воздействие на озеро Байкал, указано с учетом мероприятий ФЦП "Охрана озера Байкал и социально-экономическое развитие Байкальской природной территории на 2012-2020 годы" на 2019-2024 годы".

Надо полагать, за этой формулировкой кроются и карты-отстойники отходов производства БЦБК общим объемом 6 миллионов 200 тысяч тонн и около 200 га, занятых под ними.

Если я ошибаюсь, то что же станется с ними? И когда?

Так выглядит та самая "соответствующая ответственность за ответственными лицами" в паспорте федерального проекта по "сохранению Байкала".