Катастрофа Ан-124 в Иркутске 6 декабря 1997 года
Огромный военный борт уходит в глубокий крен, едва оторвавшись от взлетно-посадочной полосы. Пилот отчаянно тянет на себя штурвал, пытаясь увести обреченный самолет в сторону от жилой застройки. Но "Руслан" уже полностью неуправляем: сотни тонн металла и авиационного керосина на взлетной скорости обрушиваются на многоэтажные дома.Тридцать пять секунд.
Борт RA-82005 получает добро на взлет от диспетчера экспериментального аэродрома Иркутск-2 в 14:40 по местному времени 6 декабря 1997 года. Полностью заправленный и загруженный самолет весит более 350 тонн — 150-180 тысяч литров топлива во внутренних баках, два "голых" 17-тонных истребителя Су-27УБК для вьетнамских ВВС в грузовом отсеке, восемь членов экипажа и 15 пассажиров. Впереди — многочасовой перелет в Камрань с посадкой во Владивостоке. Рутинный, в общем-то, рейс для опытного командира воздушного судна подполковника Владимира Федорова, налетавшего за свою богатую практику 2800 часов на тяжелых транспортниках. Не вызывает подозрений и сам 12-летний "Руслан", отработавший цикл "взлет-посадка" 576 раз, что для такого самолета не так уж и много.Метеоусловия — штиль. Температура воздуха — минус 20, видимость 3000 метров. Лучше и не придумаешь. В 14:42 подполковник Федоров плавно толкает от себя рычаг управления двигателем. Ан-124, постепенно набирая скорость, бежит по взлетке. Отрыв происходит в расчетной точке на удалении 1900 метров от начала разбега. А дальше начинается какая-то чертовщина.Сразу после взлета начинает чихать брызгами пламени третий двигатель. Ровно через три секунды он глохнет. Прерывать полет уже поздно — точка так называемого "времени принятия решения" осталась далеко позади. Шесть секунд спустя на высоте 22 метра останавливается второй двигатель. И почти сразу же — первый. Экипаж успевает сообщить диспетчеру об отказах двух левых движков. Владимир Федоров приказывает подчиненным перезапустить хотя бы один из них… и на этом связь прерывается. Самолет, идущий на одном двигателе, резко заваливается влево. "Руслан" задевает крылом деревянный двухэтажный дом, разворачивается и врезается в кирпичную пятиэтажку, задев расположенный рядом детский дом. С момента отрыва Ан-124 от взлетной полосы до крушения проходит ровно 35 секунд.Страшная суббота.
Шестое декабря в 1997 году пришлось на субботу. Жильцы обреченных домов занимаются своими делами. Кто-то смотрит телевизор, кто-то готовит обед, кто-то гуляет во дворе с собакой. А кто-то, как позже рассказывали очевидцы, весело празднует свадьбу. Привычная жизнь десятков людей за считаные секунды превращается в ад. Удар основной части фюзеляжа принимает на себя жилой дом № 45 по улице Гражданской. Полторы сотни тонн авиационного керосина — это эквивалент двух железнодорожных цистерн — мгновенно воспламеняются и сразу же охватывают огнем пятиэтажку с деревянными бараками неподалеку. Хвост самолета после падения отделяется, врезается в дом № 120 по улице Мира и начисто срезает с фасада все балконы.Первые отряды пожарных прибывают к месту катастрофы практически моментально. Времени на развертывание тяжелой техники нет — спасатели бегут к горящим домам с легкими лестницами, чтобы успеть спасти жильцов, в панике выбежавших на балконы. Вытащить удается далеко не всех: в пожаре погибают 49 иркутян, в том числе 14 детей.Тушение горящего топлива и разбор завалов продолжались более полутора суток. Дом № 45 по улице Гражданской и четыре деревянных многоквартирных барака снесли сразу после случившегося. Почти 70 семей, оставшихся без крова, пришлось переселить. Сейчас на месте трагедии стоит церковь Рождества Христова. А дом № 45 по улице Гражданской сегодня не найти ни на одной карте — местные власти так и не решились присвоить этот роковой номер другому зданию.
Виновных нет.О том, что в те секунды происходило в кабине экипажа Ан-124, мы не узнаем никогда. Оба бортовых самописца оказались в самом эпицентре пожара и выгорели практически полностью. Следствие с самого начала лишилось главных источников информации. По официальной версии, причиной крушения стало последовательное выключение трех двигателей самолета во время взлета и набора высоты. Выяснить, почему это произошло, не удалось ни при помощи средств объективного контроля, ни экспериментальным путем. Одной из возможных причин эксперты называли большую перегрузку воздушного судна. Вместе с тем специалисты неоднократно высказывали мнение о конструктивных недостатках двигателей Д-18Т, изготавливавшихся украинским ОАО "Мотор Сич".Озвучивались и другие предположения. В частности, в 2009 году генеральный конструктор Запорожского машиностроительного конструкторского бюро "Прогресс" (предприятие-разработчик двигателей для Ан-124) Федор Муравченко выступил со своей версией причин катастрофы. На основе проделанных им исследований, опытов и теоретических выкладок он пришел к выводу, что к катастрофической ситуации привело повышенное содержание воды в авиационном топливе и, как следствие, образование льда, забившего топливные фильтры. Это, по мнению Муравченко, и вызвало помпаж двигателей с их последующей остановкой.Как бы то ни было, подтвердить это сегодня не представляется возможным. Настоящие причины крушения борта RA-82005 так и останутся одной из главных загадок авиакатастроф последних десятилетий.Стоит отметить, что тяжелые дальние транспортные самолеты Ан-124 зарекомендовали себя как надежные и неприхотливые машины. За 30 лет эксплуатации было построено 55 машин этого типа. До иркутской трагедии "Русланы" разбивались всего дважды — и оба раза из-за ошибки экипажа.