Леонид Броневой и Генрих Мюллер

Замечательный актёр Леонид Сергеевич Броневой, чьим талантом мы все восхищались, – сын и племянник крупных чекистов и немалую часть жизни прожил с клеймом «сын врага народа».

ИСТОРИЯ его семьи началась в 1917 году, когда произошла революция. На Украине национально мыслящие украинцы мечтали о государственной самостоятельности. В Киеве появилась собственная власть – Центральная Рада. И по всей Украине начались бои между большевиками и сторонниками независимости.

В Одессе среди красногвардейцев был токарь Абрам Факторович. Рассказывали, что он «грудью пошёл на вражеский броневик, прикрывавший вокзал», и погиб. Его братьев – Александра и Соломона Факторовичей – в городе именовали «бронированными» или «броневыми». Прозвище понравилось и стало фамилией.

Два брата

Советская власть на Украине утвердилась, и оба брата потом служили в ведомстве госбезопасности. Оба сделали немалую карьеру.

Дядя Леонида Броневого Александр Факторович возглавил транспортный отдел ГПУ Украины. Он отвечал за борьбу со шпионажем, диверсиями и вредительством на всех видах транспорта. Ни диверсантов, ни вредителей не было, поэтому сооружались липовые дела. Кроме того, в[end_short_text] его обязанности входило «чекистское обслуживание» – информирование начальства обо всём, что происходит в этой сфере. Александр Факторович получил редкий тогда орден Красного Знамени. Но в 1936 году его неожиданно перевели в Наркомат здравоохранения, назначили заместителем республиканского наркома. А в 1938 году арестовали и посадили, он умер в лагере. Сталин никому не доверял и регулярно проводил чистки чекистского аппарата.

Отец Леонида Броневого Соломон Факторович участвовал в Гражданской войне, в 1919 году вступил в комсомол, служил в пограничных войсках. Потом его взяли в ЧК. А он хотел учиться! Получил образование и работал в Институте народного хозяйства Украинской ССР. Но в 1928 году его вернули на службу в органы госбезо-

пасности. С Украины отправили в Иваново оперуполномоченным экономического отдела. В декабре 1932 года наградили орденом Красной Звезды. Вернули на Украину.

Он получил звание майора госбезопасности – это генеральское звание. Служил в экономическом отделе управления госбезопасности НКВД Украины. Экономический отдел – это борьба с диверсиями и вредительством в народном хозяйстве (ничего этого не было!), борьба с валютчиками и спекулянтами. И чекистское обслуживание всего народного хозяйства – то есть присмотр за руководящими кадрами.

Главная задача состояла в том, чтобы находить виновных в экономических неудачах. Нельзя же было признать, что сам механизм командно-административной экономики неэффективен, что опытных инженеров пересажали, а руководящие должности заняли неучи и неумёхи. Поэтому чекисты должны были постоянно раскрывать заговоры, находить мнимых иностранных агентов или, на худой конец, вредителей.

В 1935 году Соломона Факторовича уволили из органов госбезопасности. Он стал заместителем ответственного секретаря пролетарского спортивного общества «Динамо» и директором Киевского стадиона. На следующий год ему поручили руководить строительством Центрального парка культуры и отдыха. А потом посадили. Он был нужен лагерному начальству как опытный строитель, поэтому выжил.

Отпустили отца Леонида Броневого на свободу только в 1954 году, через год после смерти Сталина. Он жил в Ростове-на-Дону, работал в стройуправлении. Ему вернули партбилет и орден. Жизнь только потерянную не вернёшь...

Проклятая анкета!

А его жена развелась с арестованным мужем, сменила сыну отчество и фамилию. Спасала мальчика, знала, какая судьба ждёт членов семьи врагов народа. Так появился Леонид Сергеевич Броневой. Он стал замечательным артистом, которого любили зрители.

Но по анкете он долго значился сыном осуждённого врага народа. Вспоминал, как участвовал в правительственном концерте в Кремлёвском Дворце съездов, читал «Стихи о советском паспорте» Маяковского. После концерта за кулисы пришёл только что назначенный первым секретарём Московского горкома Борис Ельцин.

Кто-то из артистов Свердловского хора спросил его:

– Борис Николаевич, как вам тут, в Москве?

Он махнул рукой:

– Даже не спрашивайте!..

Повернулся к Броневому:

– Вы – сибиряк?

– Можно сказать – да, работал в Иркутске.

Ельцин повернулся к сопровождавшим его чиновникам Министерства культуры:

– Почему вы не даёте людям звания?

Броневому никак не присваивали звание народного артиста СССР. Слова Ельцина оказалось достаточно. Через несколько дней коллеги уже поздравляли Броневого.

Я думаю, что помимо актёрского мастерства глубоко вживаться в роли ему помогало понимание трагизма и сложности жизни, о чём он знал не понаслышке. И он разбирался в сотрудниках спецслужб! Потому блистательно сыграл роль начальника гестапо Мюллера в фильме «Семнадцать мгновений весны».

Педант и бюрократ

А в реальной жизни группенфюрер СС и генерал-лейтенант полиции Генрих Мюллер был педантом и бюрократом. Его главная забота состояла в том, чтобы все бумаги были зарегистрированы и разложены по папкам. Коллеги жаловались, что беседовать с ним было невозможно, любой разговор больше походил на допрос.

Генрих Мюллер окончил восьмилетку и поступил учеником механика в авиационные мастерские в Мюнхене. В 1917 году пошёл добровольцем на войну, стал лётчиком. После войны его взяли в полицию. Мюллер питал зависть и ненависть к образованным людям и однажды злобно сказал:

– Всех интеллигентов нужно загнать в угольную шахту и взорвать!

В двадцатые годы Генрих Мюллер работал в политическом отделе управления полиции Мюнхена и занимался коммунистами. Считался главным специалистом по конспиративной деятельности компартии, поэтому в 1933 году, когда нацисты провели чистку полицейского аппарата, его оставили на прежней должности.

Мюллер восхищался методами НКВД. Говорил, что хотел бы знать, каким образом чекистам удалось заставить маршала Тухачевского подписать показания о том, что он работал на немецкую разведку. Наверное, с завистью говорил Мюллер, у русских есть какие-то наркотики, которые даже маршалов делают безвольными.

Начальник гестапо почти не ходил в отпуск и никогда не болел. Он не ездил по стране, а сидел в кабинете. Принципиально держался на заднем плане, был молчуном. Мюллер стригся очень коротко, почти наголо, только спереди оставлял пучок волос, разделённый пробором. Он был невысокого роста, с карими глазами. Его начальник рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер считал тёмный цвет глаз признаком расовой неполноценности. Темноглазые и темноволосые ему не нравились. Но для эффективного работника Мюллера было сделано исключение.

Генрих Мюллер не был членом партии, что выводило из себя местных партийных чиновников. Они плохо относились к Мюллеру, пока Гиммлер не помог ему получить партийный билет. Мюллер успешно продвигался по служебной лестнице и наконец возглавил гестапо. Но высшее в СС звание – обергруппенфюрер – не получил.

В качестве начальника гестапо Мюллер руководил расправами на оккупированных территориях Советского Союза. По его вине погибли сотни тысяч советских военнопленных, которых сознательно загубили. Именно Мюллер подписал инструкцию «О порядке обращения с советскими военнопленными».

Немецкая разведка не могла похвастаться особыми успехами ни в предвоенные годы, ни в годы войны. Отсутствие агентуры на территории Советского Союза немцы пытались компенсировать тем, что в массовом порядке забрасывали в советский тыл бывших военнопленных, которые, чтобы спастись от неминуемой смерти в концлагере, соглашались работать на немецкую разведку. Абсолютное большинство сразу же сдавалось органам госбезопасности. Кое-что немецкой разведке давало прослушивание радиопереговоров советских войск в прифронтовой полосе, потому что советские офицеры пренебрегали правилами безопасности – не пользовались кодами, а называли всё своими именами.

А что же произошло с Мюллером в мае сорок пятого?

Убежал или убит?

Любовница Мюллера в последний раз видела его 24 апреля 1945 года. Мюллер обзавёлся капсулой с цианистым калием. Любовнице он дал такую же. Но она не воспользовалась его любезностью. Начальник гестапо сжёг все личные документы, которые хранил в её квартире. С горечью сказал:

– Война проиграна, русские нас переиграли.

Мюллер разрешил всем сотрудникам гестапо покинуть Берлин, сказал, что сам вынужден остаться. Он приказал подготовить себе несколько конспиративных квартир в Баварии, но уехать не успел или не сумел.

В ночь на 2 мая оставшиеся в живых обитатели бункера под имперской канцелярией покинули его. Начальник охраны Гитлера группенфюрер Ханс Раттенхубер предложил Мюллеру прорываться вместе:

– Генрих, пошли с нами, сейчас самое время.

Мюллер отказался. Он вновь сказал:

– Нет, Ханс, режим пал, и я пал вместе с ним.

Фактически начальник гестапо был чуть ли не последним человеком, оставшимся в имперской канцелярии. Никто не знает, что с ним произошло. Через несколько дней на одной из улиц нашли человека в генеральском мундире с документами на имя Генриха Мюллера. Труп похоронили. В 1958 году родные поставили ему памятник. Но мало кто поверил в его смерть.

В сентябре 1963 года была проведена эксгумация предполагаемого трупа Генриха Мюллера. Берлинский институт судебной медицины установил, что найденные кости принадлежат различным людям. После этого человека, похожего на Мюллера, обнаружили в Панаме. Его арестовали. Западноберлинская прокуратура была уверена, что нашла Мюллера, и просила министерство юстиции добиться выдачи арестованного. Но у него не оказалось не только обязательной для эсэсовцев татуировки с указанием группы крови, но и шрама, оставшегося у настоящего Мюллера после удаления аппендикса.

***

2 мая 1945 года начальник гестапо, видимо, либо покончил с собой, либо попытался бежать и был подстрелен. Подлинные обстоятельства смерти Генриха Мюллера, надо понимать, уже никогда не будут установлены.

Да и какое это имеет значение теперь, когда выяснилось, что все они, и в том числе начальник гестапо, были не супершпионами, а самыми обычными чиновниками? Всё дело в том, что преступления, в которых они участвовали, настолько чудовищны, что это поневоле создаёт преувеличенные представления о масштабе их личности.