Силовики пришли с обысками к производителю ...
Выемка документов и обыски проходят на Ипатовском пивоваренном заводе, выпускающем пиво «Живое», лимонады и энергетики Mirax, говорят источники РБК. По их данным, действия силовиков связаны с выявлением схемы скрытого производства.
Сотрудники Федеральной службы безопасности (ФСБ) проводят обыски и выемку документов в компании — производителе пива и лимонадов Ипатовский пивоваренный завод, рассказал РБК источник, близкий к правоохранительным органам, и подтвердил источник, знакомый с подготовкой оперативных мероприятий.
«Обыски проходят на территории производственной площадки завода в Ставропольском крае в связи с выявлением схемы скрытого производства пива», — сказал источник РБК.
На заводе производятся пиво под брендами «Живое», «Лебердон», «Домашнее», «Ипатово», а также лимонады и энергетики Mirax, указано на сайте производителя. Продукция, по собственным данным завода, поставляется в сети «Перекресток», «Метро», «Пятерочка», «Лента» и «Магнит». РБК направил запрос в компанию.
Владелец 100% компании — бизнесмен Михаил Харин, он же занимает пост гендиректора и владеет трейдерской структурой «Продбизнес», которая специализируется на оптовой торговле напитками, следует из базы данных СПАРК. Выручка Ипатовского пивоваренного завода в прошлом году составила около 486 млн руб., чистая прибыль — 3,9 млн руб.
Ранее в интервью РБК глава ФНС Даниил Егоров заявлял, что Федеральная налоговая служба фиксирует признаки использования схем уклонения от налогов на рынках табака и пива. Отвечая на вопрос, присутствуют ли такие признаки на рынке пива, он заявил: «Да, там тоже это есть». «Повышенное налогообложение (акцизы — это как раз тот случай) создает мотивы к тому, чтобы инвестировать в схему, — отметил Егоров. — Любая схема требует затрат, и то, что ты не можешь себе позволить тратить на схему в рамках обычной системы налогообложения, все еще выгодно потратить, например, в системе акцизов. В этом смысле там мотивов больше и аппетит к риску гораздо выше».
Выявить такую схему — не самое сложное, говорит глава ФНС. «Но это игра в кошки-мышки. Мы знаем схему, вопрос — сколько она проработает», — указал он.